Беглая жена дракона. Наследница проклятого поместья - Адриана Вайс

А потому, я делаю шаг вперед и, сглотнув вязкую слюну, которая едва не застревает в пересохшем горле, говорю так громко, чтобы меня услышали все:

— Послушайте! Если все оставить как есть, это поместье не переживет зиму. Поэтому я прошу вас помочь спасти не столько само поместье, сколько ваш дом, вашу работу и жизнь, к которой вы привыкли. Я знаю, что вы боитесь проклятия, но я уверена в том, что неприятности, которые на нас свалились, дело рук подлых и недобросовестных людей. А потому, мы запросто с этим справимся. Ну, а если проклятие действительно существует…

Я делаю паузу, чтобы отдышаться и обвести взглядом замерших крестьян, которые напряженно вслушиваются в мои слова.

— Если проклятие существует, то я стану первым человеком, который его встретит. Потому что даже если никто из вас не выйдет на сбор урожая, я пойду собирать ягоды одна. Не важно, что я не смогу справиться даже с одной десятой частью, но я сделаю все что в моих силах. Ведь тогда, я буду знать, что выложилась на полную и теперь моя совесть чиста. Как перед вами, так и перед моей тетей, мадам Беллуа. Так что вы скажете? Вы поможете мне с урожаем?

Глава 33

После моих слов замирают даже те, кто до этого недовольно обсуждал что-то друг с другом. Десятки напряженных взглядов буравят меня, до сих пор колеблясь принять такое важное для всех нас решение.

Вдруг один из мужчин, высокий и крепкий, делает шаг вперед.

— Мадам Шелби, — говорит он, снимая шляпу. — Если вы готовы работать вместе с нами, то и я не откажусь от своего долга.

Я чувствую, как сердце наполняется теплом и облегчением.— Спасибо вам, — отвечаю я, с трудом сдерживая радость.

Даже если откликнутся несколько человек, все равно это будет уже хоть какой-то прогресс.

Однако, похоже, что моя речь настолько тронула крестьян и пробудила во всех что-то большее, чем простой страх перед проклятием или сомнение в новых обещаниях, раз один за одним они начинают кивать. Сначала неуверенно, а затем все смелее. То и дело, до меня доносятся возгласы:

— Я тоже пойду!

— Мы все пойдем! — выкрикивает кто-то еще, и эта фраза разносится по собравшимся, словно волна.

Поднимается оживленный гомон. Люди обсуждают сбор урожая, прикидывают за какой срок они могут уложиться и гадают что такого я придумала, чтобы продать неуродившуюся вишню. Я же, в свою очередь, чувствую, как напряжение наконец-то отпускает меня.

Уже через несколько минут мы шумной толпой направляемся к саду. Я иду среди крестьян, радуясь, что они снова готовы взяться за работу. Впереди шагает Рафаэль, который не может сдержать ухмылки и кидает на меня заинтересованные взгляды.

К тому времени, когда мы приступаем к сбору, солнце уже высоко, а, значит, за сегодня нам вряд ли удастся собрать много вишен. Тем не менее, откладывать все на завтра я не хочу, а потому с удвоенным рвением принимаюсь за работу.

Я подхожу к первому дереву и протягиваю руку к ветке, усеянной ярко-красными ягодами. Чувствую под пальцами гладкую кожу вишен и не могу сдержать довольной улыбки.

Рядом со мной тут же появляется Рафаэль, который держит на вытянутых руках корзину, чтобы мне было проще скидывать туда вишню.

— Не ожидал, что у тебя получится так быстро их убедить, — говорит он, наблюдая за тем, как я аккуратно складываю вишни, — Особенно после того, как часть из них пропала.

— Спасибо, — искренне улыбаюсь я, — Честно говоря, я и сама не ожидала что получится именно так. Думала, со мной пойдет лишь часть, но пошли все.

— Думаю, это лишнее подтверждение тому, что мадам Беллуа сделала правильный выбор, решив передать поместье именно тебе.

Я рассеянно киваю, потому что мои мысли в этот момент крутятся вокруг только что оброненной фразы Рафаэля про пропажу людей. То, из-за чего эти крестьяне и заперлись по своим домам.

— Рафаэль, а ты можешь рассказать подробнее про эти исчезновения?

Он вздыхает, оглядываясь вокруг, чтобы убедиться, что нас никто не подслушивает.

— На самом деле, рассказывать особо нечего, — тихо говорит он, — Но после ухода мадам Беллуа пропало пять человек. Кто-то ушел в лес и не вернулся, кого-то не досчитались после работы в поле и в саду. Так или иначе, но никто не знает что с ними случилось.

Я чувствую, как холод пробегает по коже. Не удивительно, что подобное стало причиной укрепившегося суеверия. И именно поэтому я должна разобраться с подобными странностями раз и навсегда.

— Это ужасно, — с тяжелым сердцем отвечаю я, — А кто-нибудь расследует их пропажу?

Рафаэль криво усмехается.

— Вообще, да. Этим занимается стража. Но, поскольку пропавшие — не люди высокого чина, то дело застопорилось. Формально, расследование все еще идет и Ламберт даже несколько раз приезжал, чтобы провести опросы, но это не дало ровным счетом ничего. Время от времени я связываюсь с ним, чтобы узнать подробности, но, откровенно говоря, я не особо верю в результат.

Я сжимаю губы, ощущая растущее беспокойство и мысленно отмечаю еще одну причину, по которой нам срочно нужна собственная охрана. Эти исчезновения ни в коем случае нельзя оставлять без внимания. А еще, ни в коем случае нельзя, чтобы они повторялись.

Видимо, почувствовав мое состояние, Рафаэль продолжает работу молча. Так мы и собираем урожай до вечерних сумерек. Хоть усталость постепенно накапливается в мышцах, однако внутренний огонь не дает мне остановиться.

Лишь когда солнце уже касается горизонта и я замечаю с какой паникой крестьяне косятся на небо, я решаю остановиться на сегодня.

Всех отпускаю по домам, а сама не без помощи Рафаэля, Винсента и нашего конюха Жерара, который подгоняет повозку, отвожу весь собранный урожай в особняк. Там мы с горничными Сильви и Патрисией, и присоединившимся чуть позже поваром Килианом перебираем вишни. В одну кучу уходят целые крепкие ягоды, в другую помятые и давленые — те, из которых при всем желании не получится приготовить наши десерты.

Килиан предлагает их выбросить, а Патрисия возмущается, что их можно пустить на варенье. Я же не соглашаюсь ни с одной стороной ни с другой. Выбрасывать их слишком уж расточительно, точно так же как и варенье из пресной вишни получится не очень вкусным.

Вместо этого, я закатываю рукава и объявляю:

— Мы сделаем густое вишневое пюре с медом