Спасибо, доктор - Ольга Жар

Света задумалась о многих причинах, которые могли мешать женщинам расслабиться в отношениях с ним, ведь он своим пациенткам совсем не в лицо заглядывает. С этим надо либо смириться, либо тоже быть врачом. Хотя и это не факт, что поможет.

— А ты любишь?

— Я люблю женщин. И то не всех, а только очень конкретных, — Сергей, наконец, взглянул на её и приподнял её подбородок пальцами, потянулся и поцеловал, будто бы указывая на ту самую женщину, вдруг она до сих пор не поняла этого сама. А потом уточнил, — конкретную.

Он что? Он… это было признание в любви?

Перед глазами Светы немного потемнело с краёв. А можно упасть в обморок, лёжа в постели? Она заморгала, чтобы разогнать темноту длинными ресницами. С ним, кажется, можно что угодно. Какой же он потрясающий, она сейчас заорёт в голос!

— А я… — задохнулась она, — кажется, я тоже… люблю, — она посмотрела на его пухлые губы, потом в глаза, — очень конкретного врача!

Выдохнув это, она, будто гору с плеч столкнула, и её словно подбросило в воздух. Хотя в какой-то степени так и случилось, потому что доктор сгрёб её в объятья и перевернулся на спину, уложив Свету на себя, крепко обнял и начал целовать так, будто они не виделись сто лет и ужасно по ней соскучился.

Или наконец-то нашёл!

Конечно, это закончилось очередной волной нежности и ласки, плавно перетекающей в чувственный медленный секс. Неторопливый, тягучий, будто густой мед, обволакивающей своей сладостью их тела. Это пока Света не взмолилась к своему доктору, заигравшемуся в прелюдию:

— Возьми меня уже, Серёженька!

И он взял, потому что не мог устоять перед её жаркими мольбами, которые заменились на ещё более громкие: «Да! Ещё! Серёжа-а-а!». Она снова кончила дважды, переводя совпадение в традицию. Но в этот раз продержалась уже больше двух секунд на первом заходе, смогла растянуть примерно на пятнадцать. А Серёжа, лишь нежно улыбался, глядя на неё, бьющуюся в экстазе, будто это был самый прекрасный подарок для него, а потом продолжал, разжигая новый огонь. И Света не оставалась в стороне, стараясь сделать ему приятно всеми своими силами, ведь его вздохи и стоны удовольствия, были ценнейшей наградой уже для неё.

Так они и старались, пока не уставали, а потом долго разговаривали обо всём на свете и наговориться не могли. У них оказалось столько общего, они читали одни и те же книги, любили те же фильмы, мечтали о похожих вещах, хотели так много разного и так много общего, что темы не иссякали, как бурный весенний поток. Время летело незаметно в компании и нежных объятьях друг друга.

А потом они смотрели фильмы в вечерней темноте, выбирая совершенно разные жанры. Пили горячий чай и доедали конфеты прямо в постели, довольно урча, как два изголодавшихся сладкоежки, которые раньше отчего-то запрещали себе получать удовольствие от сладкого.

Удовольствие от жизни. От секса. От другого человека рядом.

Ужин пришлось заказать с доставкой на дом, а потом долго спорить, кто пойдёт на кухню за забытым там халатом, чтобы не выходить к курьеру голышом. В итоге халат так и остался там лежать, а еду встречал Сергей, завёрнутый в одеяло, пока Света громко хихикала, выглядывая из-за двери спальни. Конечно, было над чем похихикать, потому что у Серёжи упало одеяло, когда он пытался взять объёмные коробки в руки. Видел бы доктор глаза курьера, но ему было совсем не до того.

А Света смеялась от радости и гордости.

Ведь это был её Серёжа!

Самый лучший и единственный!

Глава 27

Света вскочила на постели и глянув на яркий свет за окном, спешно перелезла через спящего Серёжу к тумбочке, где лежали его часы. Посмотрела на время и ахнула, она не только забыла вчера вернуться домой, но и проспала сегодня на работу. Начальник, наверное, уже весь телефон оборвал, названивая прогульщице. Это был первый раз, когда она не явилась раньше времени и не начала разгребать дела, как самая прилежная и успешная сотрудница отдела.

— Ты чего? — сонно заворочался Сергей, обнимая её за талию своими тёплыми со сна руками.

— Сегодня понедельник! Уже одиннадцать, я проспала! О, боже мой, я никогда не опаздывала так сильно!

Серёжа притянул её к себе под крылышко и обнял, вдавливая в своё тело, как плюшевого мишку для сна.

— Пусть у тебя будет ещё один выходной. Скажи, что ты заболела и доктор запретил тебе выходить на работу.

Света поелозила внутри его рук, развернулась к нему лицом, чтобы ей в ягодицы не так сильно упирался его утренний «флагшток».

— И чем же я заболела, доктор? — уточнила она у него хитро.

— Мной, — он сладко чмокнул её в лоб, даже не открывая глаза. — А ещё у тебя ноги вместе не сходятся. Ты сама так сказала. А я проверил… так и есть. — С этими словами он двинул бёдрами и ткнулся в неё сильней, будто бы дразня или даже приглашая к «утренней зарядке». Глянул игриво из-под пушистых чёрных ресниц.

Света не смогла устоять, и её лицо растянулось в улыбке. И как у него это получается? Дарить ей радость всем, что делает и даже не делает, а только собирается.

— Это правда, — она погладила его щеку, — больше совсем не сходятся. И к обеду точно не сойдутся. А может быть, и никогда.

— Мне нравится «никогда», — он открыл глаза полностью и взглянул как-то по-новому. — И «навсегда» тоже красивое слово.

Света заволновалась и прикусила губу. Что тут вообще можно ответить к таким утренним откровениям? Если причинами «никогда» и «навсегда» будет он, то она согласна.

— Мне всё равно надо, как минимум позвонить начальнику и сказать об этом.

— Во всех подробностях? — продолжал заигрывать он под тихий смех Светы, — с горячими деталями? Где были эти прекрасные не сходящиеся теперь ножки? На моих плечах, — он гладил её по круглой попке, будто ничего не происходит и смотрел в глаза темнеющим взором, — или коленочками на кровати, а быть может, просто дрожали в воздухе?

Света сейчас и сама начнёт дрожать, если он не прекратит так её возбуждать. Надо разобраться с работой, пока она не забыла про неё окончательно и бросилась на Серёжу.

— Ты не видел мой телефон?

— Я много чего ещё сегодня не видел, — продолжал он низким чуть хриплым после сна голосом, — сосочки твои не видел, — его пальцы сжимали её грудь, жадно перекатывая озвученные эрогенные зоны, — «кнопочку» твою сладкую тоже…

Голос его в конце