После неё - Naike Ror

— Я же говорила, он застал меня врасплох.

— А захлопнутая перед носом дверь?

— Пёрпл…

— Учитывая ваше детски-романтическое прошлое и внешность, он тебе нравится до такой степени? — поинтересовалась Пёрпл.

— У меня руки чешутся, я этого никогда не отрицала.

— Что ж, значит, он тебе нравится. А если ты не реагируешь, то это потому, что ты одна из тех: если мужчина тебя привлекает, ты его ненавидишь, бросаешь ему вызов, но при этом и убиваешь его. Дело в том, что Бо Бакер делает с тобой то же самое, но, в отличие от тебя, он бьёт, и я не вижу, как это может быть хорошо, — сделала вывод сестра-предательница.

— Уайт права, ты действительно одна из тех.

— Одна из тех?

— Одна из тех, да, и добавь к этому тот факт, что ты серийный любитель оттягивать. Когда перестаёшь их ненавидеть, ты откладываешь их в сторону и в итоге перестаёшь их любить. Вспомни, как было с Сэмом. Он всегда был навязчивым, согласись — характеристика неприятная, но когда он перестал тебе докучать, ты переключилась на безразличие и бросила его от усталости. Потому что ты одна из тех.

— Перестань говорить «одна из тех», мне не нравится! — Я выпила последний глоток дайкири и встала. — Я иду домой, хочу немного поработать над своей коллекцией. Ещё нужно сделать, по крайней мере, три стирки, и я в депрессии.

— Ты одна из тех, кто любит страдать, у тебя нет депрессии.

Я снова показала Пёрпл средний палец, вышла из паба и направилась в сторону Tower. Было холодно, очень холодно, поэтому я плотнее закуталась в куртку, защищаясь от ветра, пахнущего снегом. Скоро Балтимор проснётся весь в белом, я в этом уверена.

Добравшись до здания, я увидела Энни у стойки консьержа и попыталась улизнуть, пока она меня не заметила.

— Пенни, подожди, давай вместе поднимемся на лифте.

Я закатила глаза и задержалась, ожидая её, потом мы вошли в кабину.

— Холодно, не правда ли? Я не привыкла к такому морозу.

Я ничего не ответила, просто хотела приступить к выполнению своего плана и продолжила игнорировать её.

— Значит, вы с Бо давно дружите. Все меня о нём предупреждали, но на самом деле он такой сочувствующий и милый парень, — пискнула она.

— Он не сочувствующий и не милый.

— Не задерживайся на видимости.

— Знаешь, в отличие от тебя, я не общаюсь с ним так близко.

— Мы не общаемся близко, — смущённо ответила она.

— Мне всё равно, что и как ты делаешь. Это не моё дело.

Лифт остановился на моём этаже, и я сбежала, попрощавшись на лету.

Как же мне хотелось ничего не делать! Но чистой одежды не осталось, поэтому я собрала грязные вещи для стирки и побежала в общую прачечную. Я заметила единственную свободную машинку, куда и загрузила всё бельё. Жаль, но когда пришло время её запустить, ничего не произошло.

Я начала нажимать на разные кнопки, но в ответ раздавались лишь тревожные сигналы.

— Твою мать, не хватало только неисправной стиральной машины!

— Стиральная машина работает нормально, если закрыть дверцу, Пенелопа, — услышала позади себя.

Дверца и правда была закрыта плохо, поэтому я сделала так, как посоветовал мистер Конгениальность. Стиральная машина запустилась.

Я обернулась. Бо сидел на столе за моей спиной и смотрел на меня. Как долго он там?

— Если бы они установили специальную сигнальную лампочку, я бы заметила это раньше.

— Специальная лампочка для предупреждения, что стиральная машина не запустится при открытой дверце?

— Она не была открыта, её просто неправильно закрыли.

— Тогда отправь свой запрос в Whirpool.

— Хватит относиться ко мне с пренебрежением!

— Я не отношусь к тебе с пренебрежением.

— Да, нет, ты поступаешь именно так, — захлопнул дверь у меня перед носом.

— Много лет назад Келли сказала мне, что ты будешь стоять за моей дверью и ждать меня, и мне захотелось хотя бы раз доказать её правоту.

— А если бы Келли сказала тебе несколько лет назад, что ты меня убьёшь, ты бы сделал это, чтобы доказать её правоту?

— Келли никогда не бывает такой радикальной, к тому же ты ей очень нравишься.

— Значит, писклявая Энни права, ты действительно сочувствующий и милый, — поддразнила я.

— Я правда такой.

— Пошёл ты, Бакер! Если ты сочувствующий и милый, то я мисс Америка, а та просто богатая, избалованная французская сучка.

В этот момент Милашка Би почти рассмеялся. Настоящий смех, не злобный, а весёлый.

— Ты ревнуешь к Энни?

— Ты можешь так думать только потому, что не знаешь меня.

— Знаешь, Пенелопа, ты тоже меня не знаешь и никогда ничего во мне не понимала.

— Тогда объяснись.

— Мне не нужно ничего объяснять, — ответил он, спрыгивая со стола и приближаясь ко мне. — Может, сходим куда-нибудь вместе в четверг?

— У меня запланировано дело.

— Отложи.

— Я правда не могу.

— Конечно, можешь, потому что это будет единственный и последний раз, когда я тебя спрашиваю.

— А после этого ты взорвёшься, как мина?

— После этого я навсегда вычеркну тебя из своих мыслей.

Я смотрела на него, и мне хотелось его убить. Отчасти из гордости за те случаи, когда я не давала отпор, а отчасти чтобы доказать, что я не одна из тех.

— Ты шантажируешь меня?

— Возможно.

— Тогда спроси меня как следует.

— Я уже спросил, меньше шестидесяти секунд назад, но Пенелопа Льюис не любит простых вещей. Встретимся на парковке в 21.30. Я не могу раньше, у меня встреча с главным тренером.

— Я не залезу своей задницей в одну из твоих стратосферных машин, не хочу, чтобы все на меня смотрели.

— Ты можешь посадить свою задницу на меня, пока сижу за рулём, вот увидишь, машина будет последним, на что окружающие будут смотреть.

Глава 29

Она

Labyrinth

Балтимор, декабрь 2022

Последний раз, когда стояла в раздумьях перед шкафом, закончился для меня плачевно. Поэтому я надела джинсы и водолазку — ничего сексуального.

В конце концов, у меня и правда не имелось никаких притязаний.

Что я теряла? Ничего, кроме своих ожиданий, а их я должна обнулить, прежде чем отправлюсь на парковку. Так я и сделала, хотя пришлось поднапрячься, когда увидела Бо. Он ждал меня, прислонившись к белому «Бугатти».

— Что случилось с короткими платьями?

— Я надеваю их только для Элвуда.

— Главное, чтобы ты не снимала их для Элвуда.

Он галантно открыл передо мной дверь.

— Ты серьёзно?

— Я наполовину француз, иногда моя галантная сторона