Стану твоим первым - Кира Сорока

А теперь вот — привет, последствия! Приплыли, вашу мать!

Останавливаюсь. После яростной пробежки и от грохота музыки в ушах пульс просто зашкаливает. Сгибаюсь пополам, судорожно ловлю ртом воздух. Отдышавшись, иду на брусья. Делаю пятьдесят жимов. Потом ещё двадцать на турнике — это всё, на что хватает сил.

Прислонившись спиной к железной трубе турника, наблюдаю за общагой девчонок. Окна Лериной комнаты выходят на другую сторону — это удручает. Хочу поскорее её увидеть, поговорить… Но пока не урегулирован вопрос с Вороновой, ничего не получится. Пока у меня без шансов с синеглазкой моей. Фотка с Жанной — это стопроцентная путёвка за ворота пансиона. Директор с радостью меня вышвырнет и разбираться не будет. И Жанну тоже. А её вроде как жалко, она хороший препод.

Перевожу взгляд на нашу общагу. Как раз выходит Феликс. Направляется ко мне. Сходу запрыгивает на турник, начинает подтягиваться. Выпендриваясь, делает семьдесят. Я могу больше, но сейчас мышцы просто горят…

— Позвонил я Лике, — сообщает Егоров, спрыгнув наконец. — Она сказала, что вопрос замят. Правда, только на две недели.

— Ты рассказал ей про спор? — рычу в ответ.

— Нет, конечно! Но я же не твоя фея-крёстная, Агоев. Смог временно выбить тебе карету, но через две недели она превратится в тыкву. К этому моменту Лера будет моей, а ты останешься с тыквой. Такова твоя сказка, принц ты наш. А насчёт троллинга не парься, Валерию я в обиду не дам.

— Ты всё сказал?

— Ну да.

— Мне кажется, у тебя фингал уже как-то выцвел. Нужно добавить.

И тут же бью в то же место, куда ударил вчера, когда дрались в бассейне. Егоров бьёт в ответ и попадает по моей многострадальной губе. С*ка!.. В то же место! Мы падаем, я беру его на удушающий.

Ярость буквально сжигает меня изнутри. Как представлю этого придурка рядом с синеглазкой — и всё, хана. Крыша едет!

Нас кто-то разнимает. Грубо оттаскивает меня от задыхающегося Феликса. Перед глазами всё плывет, когда я вглядываюсь в лицо этого смельчака. Твою ж… Охранник! Он материт нас на все лады, угрожает директором. Чёрт…

— Тренировались мы, — расслабленно заявляет ему Егоров. — Всё нормально.

Охранник скептически смотрит на обоих, и провожает меня до двери общаги, чтобы не оставлять нас вновь наедине.

Приняв душ и немного притушив ярость, напяливаю школьную форму и тащусь в столовую. Издалека вижу Феликса, который плетётся в общагу после своей тренировки. Такой же вымотанный, как и я. Вообще-то, по теме спорта мы с ним раньше общались сносно. В восьмом классе даже были друганами. В футболе и баскетболе он очень хорош и всегда был в моей команде. А потом мы просто не поделили Олимп. Началась борьба за лидерство. К тому же его предки намного влиятельнее моих. В нашей семье всем рулил дед, но он умер.

В столовке заправляюсь сладким горячим кофе и наконец-то окончательно просыпаюсь. Налив стаканчик латте для Леры, решаю дождаться её у входа в школу. Она появляется спустя десять минут в компании Кристины. Заметив меня, сразу опускает взгляд. Кажется, даже собирается просто пройти мимо.

— Лера, это тебе, — преградив ей путь, протягиваю стаканчик.

— Спасибо, я уже попила, — отвечает, не поднимая на меня глаз.

Так… Начался новый мучительный день моей нынешней реальности. Миссия под названием «добиться расположения понравившейся девушки» пока идёт — «никак»! А вчерашний поцелуй, походу, мне приснился…

Глава 21

Лера

— Эй, ты чего? — толкает меня плечом Кристина, когда я улепётываю по коридору прочь от Яра. — Он опять что-то не то сделал, да?

Физически ощущаю её пытливый взгляд на себе и выдавливаю с улыбкой:

— Я просто не хочу кофе.

— Вообще-то, это был вкуснейший латте, — говорит она скептически.

Этот латте Яр с яростью зашвырнул в урну перед входом в школу. Похоже, обиделся.

— А латте я просто не люблю, — парирую в ответ.

Почти уверена, что Кристина скоро отвернётся от меня из-за того, что обижаю их лидера. Но я готова и к этому. Наверное.

Мы подходим к кабинету истории, где нас встречает Тина.

— Истории, походу, не будет. Всех пригласили в актовый зал.

— Да? — изумляется Крис. — А что случилось?

— Ну это ты у нас староста, — беззлобно поддевает её девочка-гот. — Я думала, ты знаешь.

— Нет, — Кристина озадаченно качает головой. — Эй, Яр, разворачивайся! Идём в актовый зал! — кричит направляющемуся к нам Агоеву.

Хмуро посмотрев на меня, парень подходит к лестнице и замирает в ожидании, скрестив на груди руки. Мы проходим мимо него, спускаемся на второй этаж…

Невольно бросаю взгляд через плечо, убеждаясь, что Яр следует за нами. Его нагоняют друзья, Матвей и Костя. Они о чём-то переговариваются втроём, после чего Яр заметно напрягается.

Да и вообще, в самом воздухе чувствуется ощутимое напряжение, наверняка связанное с этим внезапным собранием в актовом зале. Только я пока не понимаю, что происходит.

Заходим в зал, Жанна Альбертовна встречает нас на входе.

— Проходите в четвёртый ряд, — указывает на кресла справа.

Здесь уже полно народу. Кажется, вся школа. Оглядываюсь. Ну точно. В первом ряду сидят учителя. На втором семиклашки, на третьем восьмой. Мы на четвёртом, а девятый и десятый классы — слева от прохода. А ещё там второй седьмой класс. В этом году Влад Сергеевич увеличил число бюджетных мест и набрал целый класс. Какие-то там проблемы у него с министерством образования. Вроде бы…

Мы с Кристиной протискиваемся к свободным местам, а Тина садится в начале ряда вместе с Милой. Сразу за мной идёт Яр. Костя с Матвеем следом. Наконец добираемся до свободных кресел. Их как раз пять. Кристина сначала опускается на первое, но сразу отсаживается, увидев, кто сидит рядом. Феликс… Он расплывается в улыбке, глядя на меня.

— Садись, Валерия. Я занял для тебя место.

Яр подпихивает меня сзади, резко бросив Феликсу:

— С Мэтом посидишь.

Матвей с нарочитым воодушевлением заявляет:

— Это я запросто!

И плюхается рядом с Егоровым.

Мне кажется, или синяк под глазом у Феликса стал больше и заиграл новыми красками?

Опускаюсь рядом с Кристиной, с другой стороны от меня садится Яр. Костя пробирается к последнему креслу, практически шагая по нашим ногам.

Всеобщий галдёж потихоньку затихает. Потом звучит звонок, и на сцену поднимается Влад Сергеевич. Вид у него решительный и крайне серьёзный. Он подходит к микрофону, проверяет звук. Его голос разносится по залу, заставляя почти всех невольно поёжиться.

— Итак, доброе утро, — начинает