Зверь выбирает тебя - Лана Светлая

- Ну так может… мне нечего скрывать? И твоё предположение неверно, раз на твоей сестре не красуется моя метка?

- Думаю, ты считаешь, что моя сестра, – губы женщины изгибаются в презрительной улыбке, – недостойна быть твоей парой. Ну, ещё бы, сам Доронин и какая-то человечка истинные. Ведь наверняка ты считаешь, что Алёна – слабая, никчёмная самка, которая…

Она затыкается и стонет от боли, крепко зажмурившись. Сжимаясь на стуле и прижимая ладони к вискам, хрипло и прерывисто дышит.

Сдавленно матерясь, осаживаю своего волка, который ментально кинулся на волчицу и силой Альфы воздействовал на Надежду.

Та поднимает веки и смотрит на меня полными боли глазами.

Давай, посчитай, что я «атаковал» тебя из-за одной-единственной причины. Думай, что я разозлился, посчитав, что ты недостаточно уважительно говоришь со мной.

- Она действительно… твоя пара! – выдыхает потрясённо Надя, убирая руки от висков. – И ты скрыл это ото всех. Даже от Алёны!

Ну, спасибо тебе, волчара. Удружил, блять!

Забыл, что она полукровка? Да, Надя не может обращаться в волчицу. Но последняя правильно доносит до хозяйки свои мысли и ощущения. И она чётко поняла, какого хрена разозлился мой волк.

Мой зверюга довольно доходчиво «объяснил», как его бесит, когда об Алёне говорят в таком тоне и такими словами.

С досадой стискиваю зубы, понимая, что теперь придётся выстраивать по-другому наш с Надей разговор.

Впрочем, может, это и неплохо. Я могу использовать Надю так, как мне нужно.

- Значит так! – мои глаза вспыхивают предупреждающим жёлтым пламенем. – Давай кое о чем договоримся. Дальнейшая наша с тобой беседа остаётся строго между нами. Если о ней хоть кто-то, включая Алёну, узнает… – делаю многозначительную паузу.

Удивительно, однако кажется, Надежда не особо пугается моей угрозы, которую я не озвучил, но которая повисла в воздухе между нами над столом. Она пристально и с жадным любопытством осматривает моё лицо, окончательно перестав ощущать на себе последствия моего ментального воздействия.

- Твой зверь не против её кандидатуры, – медленно начинает говорить Надя. – Значит… ты против, – и всё-таки в её тоне звучит вопросительная интонация.

Хмыкаю, не подтверждая, но в то же время и не отрицая её утверждение.

Пусть сначала озвучит свои мысли и предположения.

Но Надежда решает идти по простому пути.

- Ты планируешь хоть когда-нибудь признать её парой? – нахмурившись, интересуется у меня.

Правильно, зачем что-то предполагать, когда можно напрямую задать вопрос. Мда, они с Алёной точно сёстры.

- Планирую, – твёрдо и спокойно.

- Когда?

- Когда решу, что пора, – жёстко, давая понять, что это единственный ответ, который она сейчас услышит.

Звериная часть Нади осторожно и очень внимательно прислушивается к тому, что чувствуем я и мой зверь. Волк презрительно фырчит, улавливая от волчицы эту волну ментального «прощупывания», но не агрессирует в ответ.

И тут женщина бледнеет прямо на глазах, заставляя меня удивлённо и вопросительно изогнуть бровь.

- Алёна всё это время считала, что ты её рано или поздно отпустишь, – голос Нади немного дрожит, пока она смотрит на меня широко открытыми глазами, в которых светится осознание того, чем грозит сестре эта истинность. – О, чёрт! – чуть ли не скулит. – Ты… ты же теперь никогда её не отпустишь!

Глава 33

33

Роман

Несмотря на утверждение, в глазах женщины я вижу сомнение и вопрос.

Сложись наш разговор как-нибудь по-другому, возможно, и соврал бы.

Но теперь уже не вижу смысла скрывать, что думаю именно по этому поводу.

- Само собой, не отпущу, – искренне не понимаю, чего женщина так всполошилась. – Ты полукровка, а значит, знаешь, что для зверя значит истинная пара.

Надежда выглядит слишком взволнованной. Даже узнав про нашу истинность с её сестрой, она не настолько была взбудоражена.

- Я тебе уже сказал, что признаю её парой. Я не собираюсь держать её где-то взаперти и ото всех скрывать, если тебя этот вопрос волнует.

- Меня волнует то, что она будет категорически против остаться с тобой… на постоянной основе.

На лице ни один мускул не дрогнул после её слов.

А вот внутри… что-то противно царапает.

- Слушай, давай на чистоту. Моя сестра не тот человек, для которого будет важен статус избранника или его богатство. Счастливой она будет только с тем, кого полюбит. И думаю, для тебя не секрет, что к тебе у неё никакой любви и в помине нет. Уверена, что ты прекрасно знаешь, как сильно она мечтает о том моменте, когда ты уже… наиграешься и отпустишь.

По мере того, как женщина говорит, в груди начинает появляться недовольное рычание зверя.

- Я только сейчас подумала о том, что будет, когда она узнает правду, – еле слышно говорит Надя, зажмуриваясь. – И поймёт, что привязана к тебе теперь навсегда.

Прихожу просто в дикую ярость.

И не только потому, что Надя говорит это так, словно я – худшее, что могло случиться с её сестрой.

Пожалуй, меня больше злит то, что она права.

Да, сексуально Алёна уже привязана ко мне. Вот только от своей истинной мне нужно что-то большее. Оказалось, что в этом вопросе никакой роли не будет играть ни мой статус, ни богатство, ни власть.

Чёрт! Неприятное ощущение – знать, что ты всего лишь мужчина, которому не плевать, будет ли… любить тебя твоя истинная пара.

В глазах Алёны я тот, кто шантажировал и принуждал. Использовал её тело только по ночам, а остальное время не особо интересовался, как она живёт.

Вчера я понял свою ошибку. Планировал даже с сегодняшнего дня кое-что изменить. Вот только вопрос…

А не слишком ли опоздал с этим?

- Значит, надо сделать так, чтобы Алёна… спокойно восприняла новость о нашей истинности, – вкрадчиво начинаю говорить я, не спуская пристального взгляда с Надежды.

Алёна прислушивается к сестре. Так почему бы не использовать это в своих целях.

В отличие от сестры, Надя понимает, что такое истинность и что бесполезно пытаться как-то этого избежать или даже бороться с ней. Лучше потратить усилия на то, чтобы как можно быстрее смириться и признать её.

Женщина открывает глаза и в полном недоумении смотрит на меня.

- Стесняюсь спросить, а как ты себе это представляешь? – она даже позволяет себе произнести это с сарказмом. – Уж поверь, шантажом и принуждением ты не заставишь её в себя влюбиться.

-