Замуж за Чудовище - Анюта Васильева

Там, в нашей небольшой конторке, мы все обращались к нашей начальнице просто по имени, но сегодня утром, она заявила, что так не пойдёт, и мы должны строго соблюдать субординацию. Сейчас мы все должны враз перестроится, и обращаться впредь к ней, не просто Юлия Борисовна, но ещё и на вы!

— Дарина, беременность не болезнь. Хватит тут за спину хвататься!

Никак это не комментирую. Грузчики таскали крупногабаритную мебель, мелочёвку, мы. Вообще, сейчас не понимала своих коллег. То ли на них действует так напряжение?

Не то чтобы я сейчас ныла, как мне тяжело, но за малыша я действительно переживаю. Я тоже нервничаю! Рекламный баннер на фасад нашей фирмы, который, полностью лёг на мои плечи. Я очень переживала, что не справлюсь со столь ответственным заданием, но о чудо, устранила на готовом эскизе всего пару недочётов, но по итогу, он оказался неверных размеров. Я не стала доказывать своей начальнице, что она лично мне именно те размеры указала. Я думаю, она и сама это прекрасно помнит, несмотря ни на что. В общем едва ли не вырвав из моих рук ноутбук, она сказала, что сама всё сделает. Я-то думала, она будет полностью переделывать за меня работу и уже расстроилась, но оказалась, она всего-то подогнала всё под нужные размеры. Затратила минут пять, но Карцеву преподнесла так, будто бы это она всё сделала от начала и до конца.

Впрочем, пусть пользуются, мне не жалко! Лишь бы не орала как сумасшедшая. Хотя, если так разобраться, не орёт она, а больше оскорбляет всех. Со мной поначалу была более чем любезной. Я не имею художественного образования, оканчивала курсы так больше для себя, папа мне их оплачивал, потому что мне очень хотелось. Я сама не знаю, как у меня получается, но действительно всё словно само собой вырисовывается в моей голове, и руки сами в графическом планшете воспроизводят нужные эпизоды.

В общем, пока Юля не знала о том, что должного образования у меня нет, как то было всё нормально, а потом она стала относиться ко мне заметно хуже. Пару раз даже имела наглость попросить меня сделать для неё кофе.

— Так смотри, плоттер нам сейчас занесут. Компьютеры тоже, а мониторы, и принтеры нужно самим.

— Юля, ты сейчас серьёзно? — ловлю мгновенно озлобленный взгляд своей начальницы, понимаю всё без слов. — Юлия Борисовна, я в положении, и не буду таскать тяжести. Это может навредить моему ребёнку.

— И что ты предлагаешь? Мне одной всё это таскать?

— У нас работают грузчики. Я уверена, если сказать Семёну Валерьевичу, он кого-нибудь попросит, и нам всё принесут. Нас пять человек в отделе, у каждого по компьютеру и всего два сканера.

— Вот именно всего пять…

— Семён! — я не просто вздрогнула всем телом. Я попятилась назад и едва не завалилась на стол. Причём животом чуть не врезалась в острый угол. Если бы Демид вовремя не подскочил и не удержал меня. Сейчас могло всё закончиться очень печально. — Карцев, мать твою! — Аскаров рявкнул это, не прерывая нашего с ним зрительного контакта.

Господи, как он нашёл меня? А главное, зачем?

Паника в моей голове мешает рационально мыслить. Голова кружится слишком сильно. Я не заметила, как начала оседать на пол, но при этом, кажется, сознание не теряю.

— Демид Булатович. — голос Семёна Валерьевича слышен как сквозь призму. — Скорую вызывай!

— Да, да сейчас!

— Не нужно скорую, — говорю негромко, но в общем то нормальным голосом. — Мне уже лучше.

— Мы вас ждали завтра с утра.

— Поэтому решили беременную женщину угробить сегодня? Подарочек к приезду готовили? — те, кто сейчас присутствовал в кабинете, Юля, Семён Валерьевич и ещё две девушки с нашего отдела, которые прибежали на шум, все исключения вытянулись по стойке смирно. Наверняка всем казался голос Аскарова злым, но они ещё не слышали, как он умеет злиться. Сейчас он почему-то напуган. А еще, растерян.

Аскаров помогает мне подняться на ноги и усаживает меня на, до сих пор обтянутое плёнкой офисное кресло.

— Пройдёмте в кабинет, Семён Валерьевич. Беременную сотрудницу домой, и не хер ей здесь делать, пока полностью офис не будет готов к работе. — Демид обо мне как о рядовой сотруднице говорит. Словно я и не являлась…

Мои собственные мысли обрываются. А кем я была для него? Да никем! Я была неким орудием для достижения своих собственных целей и сейчас он не собирается меня выделять среди остальных.

— Я прошу прощения, — Юля заговорила лилейным голосом. — Безусловно, Дарину сейчас нужно отпустить домой. Я в принципе и собиралась это сделать. — моей начальнице сейчас бы заткнуться. Потому что сейчас, Демид уже начинает злиться. — Но завтра с утра у нас много работы. Нужно проектировать рекламу…

— Она у вас что, единственное работающее звено здесь? Вы для чего тут все сидите? — мне снова становится плохо, возможно потому что я сейчас начинаю снова бояться Аскарова. У меня срабатывает защитный рефлекс, и я, руками обхватила свой живот. В голове миллион мыслей, но первая и главная, он может догадаться! Вторая, та, которой я себя успокаиваю, Демид не помнит о нашей с ним первой брачной ночи. Он не помнит, что между нами что-то было!

— Воронцова. Поезжай домой, отдыхай. До понедельника можешь быть свободна.

Язык чешется спросить, столь щедрые выходные, получается, целых три, если не считать суббота и воскресенья, они оплачиваться будут, или, как обычно, за свой счёт выходные? Но мне правда нужно отсюда уйти, чтобы мысли привести в порядок.

— Серьёзно, Семён Валерьевич, отправим беременную женщину, которой только что было плохо, своим ходом домой?

Наш начальник бледнеет прямо на глазах. Он точно хочет что-то сказать, но даже одного слова произнести не может, начинает заикаться.

— Поехали, я отвезу. Такси вызову и…

— Не нужно! Я нормально. Сама доберусь.

— Давайте я отвезу. Если, конечно, можно отлучиться? Я за час обернусь. — это предлагает Ольга. Она из бухгалтерии, недавно пришла к нам, мы вроде начали с ней общаться.

Кстати, они, в отличие от нас уже часа полтора как кофе попивают. У нас в отделе двое парней, но они в старой конторе разгребать всё остались. А в бухгалтерии одни девушки. Они начали заигрывать с грузчиками, и хитро уболтали их не просто занести им мебель, совсем инвентарём, который полагался им, но и расставить всё сразу по местам. Вот нам, например, всю мебель, едва ли не в одну кучу