Бунтарка. (не)правильная любовь - Екатерина Юрьевна Васина

— Кристина Анатольевна, я приехал с вами обсудить заказ.

— Какой именно? — чуть насторожилась я.

На этой неделе клуб забронировали только на вторник и четверг: вечеринка фелинологов и честь дня кошек и девичник одной начинающей, но уже известной местной певицы. В остальное время клуб работал в обычном режиме. В среду должна была выступить местная рок-группа. Не очень то оживленная неделя, но так даже лучше: я могла продолжать разбираться с тем, что натворила Алина.

— У меня есть хороший приятель. У него есть увлечение, — проговорил Марк как-то задумчиво, — обычно он устраивал вечеринки в загородном вип-клубе «Страйз».

Я кивнула: да, читала про него. Пафосное место, куда простому смертному вход заказан. Видимо, друг у Марка непростой, раз так спокойно устраивал вечеринки в подобном месте.

— Тематика вечера? — спросила деловито, включая планшет, который теперь всегда носила с собой. Пришлось отодвинуть едва тронутый салат. Но у меня аппетит пропал под наплывом совершенно других чувств. Голод был, но иного толка.

— Вечеринка свингеров, — спокойно так ответил Марк.

Хорошо, что планшет лежал на столе, а то точно уронила бы. А так лишь замерла на мгновение, потом не удержалась от фразы:

— Зачастили они к вам.

— То были любители, — лениво ответил Марк, — а это небольшая группа, сложившаяся давно. Говорю же, обычно они устраивали вечера в «Страйз», но не знаю, что произошло в этот раз. В любом случае это нам на руку. Вот контакты моего друга.

Передо мной, рядом с чашкой кофе, легла визитная карточка. Лаконичная, типично мужская.

— Позвоните ему и организуйте все по высшему разряду. Время — пятница.

— Придется работать очень много, — пробормотала, вглядываясь в золотистую вязь букв, что складывались в имя, — Хорошо, все сделаю.

— Не сомневаюсь.

Я не могла поднять на него взгляд, так как память услужливо подбрасывала кадры с другой свингерской вечеринки. Когда мы отлавливали Нику. И словно огонь плеснули внутрь.

Фу-у-у-ух! Не думать, не думать!

— Если возникнут какие-то проблемы, то звоните мне напрямую.

Почему его голос точно обволакивает меня. Так нельзя!

— Непременно, — вышло чуть более сухо, чем я хотела.

К моему счастью, Марк не стал задерживаться надолго. Стоило ему уйти, как я откинулась на спину и тихо простонала, обхватив виски пальцами. Всегда осуждала тех, кто заглядывается на своих боссов. А в итоге, что сама?

«За тобой вообще Тимур ухаживает», — ехидно напомнил внутренний голос, не прибавивший мне энтузиазма.

Может, развод так подействовал? Никогда прежде я не сходила с ума от двух мужчин сразу, при этом второго сразу поставила в недосягаемые пределы, чтобы понапрасну не надеяться.

Пискнул телефон, пришло сообщение от Тимура:

«Я похищаю тебя сегодня с целью соблазнить катанием на роликах».

Твою мать! Знал, чем зацепить засранец. А я знала, что хочу его увидеть. Но при этом рядом с ним думала не только о нем, но и о Марке.

Нет, с этим надо что-то делать.

Я напоминала сама себе героиню комедии с романтическим налетом. Потому что только в комедии могло происходить подобное. Катание на роликах — это мелочи! Каждое утро Тимур взял за привычку являться ко мне с двумя чашками кофе. Я когда первый раз его увидела за дверью, то чуть не проглотила зубную щетку. А ему хоть бы что. Стоял в домашних клетчатых штанах, показывал мускулистую грудь и сиял улыбкой. Видимо, я устраивала его в пижаме, с кое-как подхваченными волосами и со щеткой во рту. Мне же потом икалось весь день. Честное слово, лучше бы Настя опять в унитаз забралась.

Если Тимур ловил меня утром, то Марк ухитрялся проделывать это после работы. Да, да, я, конечно, верю, что он каждый раз совершенно случайно проезжал мимо «Брайда». И совершенно случайно видел меня, чтобы предложить подвезти. Так как я находилась уже вне работы, то мы общались на кучу других тем. И, черт подери, он оказался великолепным собеседником. И знал итальянский. В итоге картина маслом: сижу я с крутым бизнесменом в его Тесле и упражняюсь кто из нас больше знает итальянских ругательств.

Возможно, звучит это здорово. Как же! Двое таких мужчин ухаживают, проявляют явную симпатию. Но спустя недели две я уже едва ли не шарахалась от любого стука в дверь или звонка мобильного. Начала удирать с Юлькой куда подальше. Пыталась прятаться у мамы, но Марк ухитрился перехватить меня. Подвезти, да еще зайти и познакомиться с родными. После восторженных дифирамб матери в его адрес я убежала домой, заперлась, нацепила наушники и до ночи смотрела по ноутбуку ужастики.

— Они сошли с ума, — бормотала я вечерами, тиская Лекса, — может, поспорили, кто быстрее меня соблазнит? Да ну бред какой-то!

Лекс урчал и соглашался, что бред, при этом жуя мою футболку и оставляя на ней мокрые пятна. Тимура он обожал. Лысый предатель сразу мчался к нему и принимался тереться о щетину. С Марком у них возник негласный договор: взаимное уважение и вежливое общение.

А мне что делать? Даже кот договорился с ними быстрее, чем я.

— Идиотка, — ругала себя в те моменты, когда оставалась одна, — кретинка.

Начала задерживаться на работе, потому что там мужчины меня не преследовали. Точнее, не ухаживали. Марк заскакивал пару раз, но по рабочим моментам. Так что хотя бы на работу их ухаживания не влияли.

В этот вечер я выбиралась из клуба через черный ход. Пробралась мимо горячего цеха, под удивленными взглядами работников, через кладовые, вывалилась на задний двор и перебежками добралась до остановки. Выдохнула только лишь когда села в свой автобус. Хватит! Я как собака на сене: оба крутятся, а мне… а мне и сказать нечего.

Потерла горящие щеку руками. Интересно, что думают другие пассажиры, глядя на мое красное лицо? Хотя, скорее всего, им плевать. Всем плевать на то, что я… что мне безумно нравятся сразу двое. И выбрать невозможно. Потому я с той поездки в село больше не подпускала к себе Тимура. Потому я на каждой встрече с Марком изо всех сил старалась не смотреть на его губы, понимая, что в горле пересыхает от одного лишь его голоса.

К дому я тоже пробиралась, как шпион ко вражескому стану. Короткий взгляд на окна Тимура порадовал: соседа явно не было дома. В уже густых сумерках его окна оставались темными. Ну или он спит. Меня устраивало и первое, и второе. Потому я сайгаком допрыгала до своей квартиры, ввалилась внутрь и тщательно заперла дверь. Все! Оставалось