Ведьмочка в Академии Магов 4 - Оксана Гринберга

- Это моя четверка, – тем временем представила нам Зои свою команду. – Марика, Нида и Миранда.

Затем предложила всем прибавить шагу, чтобы мы не опоздали.

- Я тебя помню, – сказала я Зои, когда мы шли через вестибюль. – В тот день, когда на нашего короля совершили покушение, ты пыталась прорваться через ограждение. Требовала, чтобы тебя пропустили к Ильдару, потому что ты – целительница. Подозреваю, что очень хорошая.

Зои пожала плечами, сказав, что ей сложно себя оценить.

- Она лучшая в академии, – уверенно заявила Марика из ее команды. – И вообще во всем Флоренсе и в нашей провинции.

- Может, я и хорошая целительница, но к королю меня не только не пропустили, но еще и дали пинка под зад. Заявили, что если я примусь настаивать, то меня арестуют для выяснения причины моей настойчивости.

- Ну и глупцы! – негромко произнесла Миранда. – Если бы тебя к нему допустили, может, наш король давно был бы здоров. У тебя настоящий дар, Зои!

Она пожала плечами.

- Вот сегодня мы и посмотрим, как мой дар поможет нашей команде во втором туре. Вопросы будут на эрудицию, и вряд ли составлявшие их захотят узнать, хороший ли это признак, когда из груди пациента торчит стрела, или как действовать в таких опасных случаях, как, например, взрывная диарея.

Не выдержав, я усмехнулась, и даже Северин на пару секунд растерял свою шаддарскую серьезность.

- Ты права. Скоро узнаем, что в Элеоне понимают под эрудицией, – добавил он, но тут меня заметила потерявшая капитана наша четверка.

Налетели, принялись обнимать, выспрашивая, где я снова пропадала. Северин, попрощавшись, ушел к своим, а я представила подругам Зои и ее команду.

Сказала, что я уже позавтракала, так что мы спокойно можем отправляться в актовый зал, а заодно нам всем стоит держаться подальше от команды Вербены. Как бы с их стороны не было новых провокаций!

- Пусть только попробуют, – на прощание заявила мне Зои, – и взрывная диарея на неделю им обеспечена! Посмотрим, как тогда они пройдут через завтрашние магические бои, а послезавтра отправятся в Лабиринт. Сомневаюсь, что там найдется много кустов. – Затем округлила глаза. – Хотя откуда это знать? В Лабиринте мы еще ни разу не были. У нас во Флоренсе таких не имеется.

- Зато мы были, – мрачным голосом сообщила всем Лианна. – Скажу сразу: кустов там нет. Там вообще… мало что есть.

- Это плохое место, – встряла Роуз. – Оно не для людей.

Причем произнесла это своим привычным заунывным голосом прорицательницы, который произвел довольно гнетущее впечатление на команду Флоренса.

Гретта промолчала, а я и без диареи знала, что в Лабиринте никого из нас не ждет ничего хорошего.

Поэтому предпочла сосредоточиться на текущем испытании.

В актовом зале мы прослушали несколько длинных речей. Затем капитанов четверок попросили следовать за распорядителями, а наш ректор проводил участников кислым напутственным словом.

Еще через несколько минут мы вошли в просторную аудиторию – в ней я уже бывала, иногда здесь проводились объединенные лекции для разных факультетов.

Там всех попросили рассесться поодиночке. Желательно подальше друг от друга.

Затем приставили к каждому из двенадцати капитанов собственного распорядителя. Мне достался полноватый маг, кажется, отлично пообедавший, хотя время все еще было утренним.

От него несло щами и хлебом с чесноком.

Маг уселся рядом, заявив, что будет за мной следить. И, самое интересное, он следил, но преимущественно за моей грудью, подчеркнутой облегающим серебристым жакетом.

Впрочем, подобные взгляды совершенно меня не тревожили. Куда сильнее донимал запах, и я скучала по своей мухараше с ее ароматами клубники и новым, соснового летнего леса.

Но уже скоро мне стало не до амбре, идущего от мага, потому что я получила специально составленный с учетом специфики наших миров опросник.

Целых два листа с заданиями, на которые в течение часа нам предстояло дать письменные ответы.

При этом пользоваться магией или же направлять ее против других участников было строжайше запрещено. Наказание – удаление со второго тура, и за этим правилом собирались следить распорядители.

- Письменное испытание начнется через пятнадцать… Четырнадцать… – принялся отсчитывать секунды главный распорядитель.

Я повернула голову, привлеченная чьим-то давящим взглядом. Северин сидел через два ряда от меня и смотрел не на свою работу, а на меня.

Но стоило прозвучать «Один», а затем «Время пошло!», как я отвела от него глаза.

Нахмурилась, уставившись на мага, который подвинулся ко мне еще ближе, после чего негромко заявила ему, что он может сидеть рядом со мной только в том случае, если собирается подсказывать.

Если нет, то пусть отодвинется. Правила нарушать я все равно не собираюсь.

И углубилась в чтение заданий на эрудицию.

Оказалось, под «эрудицией» прятались обычные вопросы по истории и политическому строю Элеона. Имелось также несколько скупых вопросов о последней войне с Темным миром.

Заодно надо было вспомнить, сколько времени провел наш нынешний король в заложниках у одного из Темных королевств и у какого.

- Ноктария, конечно же! – пробормотала я, быстро вписывая один ответ за другим.

Потому что я их знала, помнила и даты, и события. Затем решила – пусть и пришлось немного повозиться – несколько заковыристых примеров и четыре задачки. Наконец добралась до самого сложного, которое я оставила напоследок.

К вопросам о Лабиринте.

Тут-то я столкнулась с серьезными трудностями.

Дело в том, что в Гржине, в Академии Ведовства, никто не предполагал, что их воспитанницам могут в будущем понадобиться подобные знания. Все, что нам рассказывали о Лабиринте, – это то, что нам стоит держаться от него как можно дальше.

Нет, не так – очень и очень далеко! А если мы окажемся к нему в относительной близости, то бежать прочь со всех ног.

И все, на этом с нас хватит.

Поэтому ответов на три последних вопроса я не знала, а то, что я почувствовала на себе и увидела своими собственными глазами, когда мы с подругами вошли в Лабиринт, – об этом, к сожалению, рассказывать было не нужно.

Расстроившись, я огляделась.

Все писали так, словно находились под воздействием заклинания принуждения. Один лишь Северин, оторвавшись от своего листа в тот самый момент, когда я на него посмотрела, ответил мне вопросительным взглядом.

Словно спрашивал, как он может мне помочь.

Но я понимала, что из этого ничего не выйдет и подсказок мне ожидать неоткуда.