Ненужная жена, или Сиделка для Дракона - Маргарита Абрамова

Я захотел помочь Элиссон. В первые за долгие годы мне не было наплевать. Я хотел выяснить, что произошло. А еще разозлила уверенность в своей безнаказанности мэра. В свое время я общался с людьми и повыше его статусом.

Элиссон сидела на берегу, вглядываясь вдаль, мокрая и продрогшая.

— Элиссон, — крикнул, — Вы простынете, — сейчас бы сесть около нее и сказать, что она ни в чем не виновата, но я мог только смотреть, не ползти же по песку.

— Да, я иду… Простите, — подошла, поражая своей непосредственностью, вся мокрая, смотрю на нее и не понимаю, что-то в ней такое необычное, никак не пойму что именно.

Что-то она скрывает… Это не просто целительский дар.

— Вам не за что извиняться. Я должен за то, что оставил вас.

— Все в порядке, мне не стоило быть такой доверчивой…

Она не спрашивала где я пропадал, думала о чем-то своем.

— Мой дебют провалился, — попробовала улыбнуться, но вышло так грустно, что у меня даже кольнуло в груди от ее печального вида.

Не стал ее огорчать еще больше, что да шепотки пошли. Когда ее искал, парочку сплетниц иронизировали по поводу моей спутницы. Оторвать бы им языки. Ну хоть указали в каком направлении ее увел Шурц.

— Неудачи случаются и порой от нас ничего не зависит.

— В последнее время их слишком много, — произнесла тихо, забираясь в повозку.

Френсис помог мне, и мы покатили к дому. Старался не смотреть на нее, слишком свежи были воспоминания наших поцелуев, ее податливость под моими пальцами, а сейчас платье липло к мокрому телу и мне не нужно никакой брошки, чтобы чувствовать. Так падко… Ей плохо, она так слаба и уязвлена, а я в противовес ее чувствам полон запретных желаний.

Глава 20

ДЖОН

Вернулись домой поздно, Элиссон вся прозябла и клевала носом в экипаже.

— Спокойной ночи, — попрощался у двери, она кивнула, поспешив к себе.

Что-то мне не нравился ее настрой. Пробыл несколько минут напротив ее двери, в которой она скрылась и решил постучать.

Когда она открыла, то в руке были ножницы, она не успела переодеться, но вид имела решительно печальный.

— Что вы задумали? Платье изрезать?

Она помотала головой.

— Нет, я…

— А ну-ка отдайте, — протянул руку, требуя предмет.

— Это все они, — девушка дернула себя за локоны, с ними я как кукла

— У вас очень красивые волосы.

— В том и дело. Я не хочу быть красивой, я хочу быть собой, — она говорила странными словами, столько обиды и досады было в голосе.

— Вот и будьте. Нечего подстраиваться под остальных. Что теперь будете всю жизнь прятаться из-за идиотов?!

— Всегда винят жертву! Не то одела, не то сказала, не то сделала, слишком красивая, улыбалась…

— Вам надо просто отдохнуть.

— Да, вы правы простите мне мой порыв…

— А это все-таки отдайте.

Она протянула ножницы.

— Отдыхайте, Элиссон. Все наладится.

— С каких пор вы стали оптимистом? — буркнула, скрещивая ничем не занятые руки.

Что тут скажешь. Мне давно плевать на все и на всех, но сегодня драконье чувство справедливости вновь проснулось, требуя хоть что-то сделать.

Утром не стал завтракать, а поспешил по одному важному делу.

— Джон Фирнен. Кого не ожидала видеть здесь. Какими судьбами? — миссис Картер не изменилась с нашей прошлой встречи года два назад.

— Мне нужно личное дело Элиссон.

Она усмехнулась, но не спешила доставать его и делиться со мной.

— Зачем оно вам, позвольте узнать?

— Отчего же не узнать. Она моя сиделка, — поморщился на этом слове, — А вы так и не прислали полный список сопроводительных документов.

— Если она вас не устраивает, то можно просто уволить ее.

— Меня все устраивает. Просто хочу знать чем она так привлекла вашего благодетеля, — сказал прямо, никогда не умел юлить.

— Что-то случилось? — напряглась.

— То, что произошло, должно караться законом. Вы, конечно, станете выгораживать Харда, он ваш спонсор и попечитель. Неужели все погрязло в коррупции и ваш приют на самом деле бордель.

— Не неси чепухи, — она отвернулась, резко встала, прошла к окну, рассматривая пейзаж. — Они никому не нужны здесь, что я могу поделать… Мне самой не нравится, но их никто не просил изменять, жили бы себе спокойно и раздвигали ноги только перед мужем.

— А вы значит заделались в поборницы морали?

— А для чего я иначе здесь? В этом место должен быть смысл. Они в первую очередь наказаны, не я придумала эти правила, но четко следую им.

— Что там с делом Элиссон, — бесполезно о чем-то говорить, система уже давно укоренилась и одних слов будет недостаточно, чтобы что-то изменить.

— Все странно с этой девицей. Мачеха и муж утверждают, что неоднократно проводили магическую проверку. Ты сам знаешь процедуру, они не врут. Откуда мог взяться дар непонятно, она сама молчит, не признается, упирается и утверждает, что во всем виноваты родственники. И как все рассказывает сказки, что ее подставили и она ни в чем не виновата.

— Ты не поверила ей?

— Не знаю. Тут каждая вторая говорит так. Но в ней есть какой-то стержень, такая упертая… Сначала подумала обычная лгунья, тем более с невинностью…

— А что с ней? — удивился.

— В том-то и дело, что она при ней, как будто не спала с мужчиной.

— А муж что?

— Муж утверждает, что брак консумирован.

Мутная история.

— Мы и подумали, что она хитрая, ума ей не занимать. Придумала все эту историю, будто невинна, а значит, измены не было. Я не виновная, к кому обратиться… Такого на моей памяти еще не было. И Монд поверила, умеет расположить к себе. Даже я засомневалась.

Она, наконец, выудила из ящика бумаги и протянула мне, я вчитался, несколько раз пробегая глазами по одной и той же формулировки: «восстановила невинность». Вот что привлекло извращенцев. Как и дракона, сущность завозилась внутри, опаляя грудь огнем.

Взял себя в руки, нашел время, в голове закрутились мысли, цепляясь одна за другую, поведение девушки походило на девственницу, будто не понимала, как некоторые слова и действия могут влиять на мужчину. Интересно… Расскажет ли она правду, если спросить напрямую?

Запомнил имена мужа и родственницы, чтобы навести справки и о них.

— Джон, я бы не советовала тебе переходить дорогу Честеру Харду.

— Сам разберусь.

— Это всего лишь сосланная девчонка, тебе же здесь еще жить.

Не так много мне осталось, а вот ей да. Надо позаботиться о ее дальнейшей судьбе, чтобы такие выродки, как мэр, не могли на нее влиять.

ЭЛИССОН

Какой ужас! Утром я проснулась не