Девушка из прошлого - Инна Инфинити

должен этого делать. Не должен ее обнимать. Не должен ХОТЕТЬ ее обнимать. Но я не могу от неё оторваться. Не могу заставить себя сбросить с Алисы руки и отойти в сторону.

Зачем она вернулась в мою жизнь? Девушка из прошлого… Там бы и оставалась. Там ей самое место. В прошлом.

— Поедем? — робко спрашивает.

— Угу, — мычу ей в волосы.

Силой отрываюсь от Алисы и отхожу на шаг. Перевожу дыхание.

Да, пора.

— А Кира с кем? — спохватываюсь.

— В больнице, за ней приглядывают медсестры.

— Твой муж ходатайствует о том, чтобы Кира выступала в суде.

— Плевать я хотела, что он там ходатайствует, — резко отрезает. — Я оставила Киру в больнице. Она очень слаба.

— Просто я к тому, что он уверен, что дочь хочет остаться с ним.

Фыркает.

— Макар всегда был слишком в себе уверен. Необоснованно уверен.

По дороге до суда мы прогоняем речь Алисы, которую я написал ей несколько дней назад. Я задаю ей уточняющие вопросы, которые скорее всего озвучит судья, Алиса дает на них подготовленные мною ответы. Она не плохо справляется. Я на 99 процентов уверен, что победа будет за нами. На нашей стороне опека, а врачи из больницы Киры написали Алисе характеристику, что она прекрасная мать. Ну и на Макара у нас есть компромат в виде любовницы-проститутки.

Все будет хорошо, убеждаю себя.

— У тебя точно нет никакого козыря против Макара? — спрашиваю напоследок, когда паркуюсь возле суда. — Так сказать, какого-нибудь Джокера.

Алиса долго смотрит в лобовое перед собой.

— Нет, — отвечает после долгой паузы. — У меня нет козыря.

Глава 31. Плохая мать

Алиса

У меня был большой соблазн сказать Андрею правду, чтобы никакого суда не было, и Кира точно осталась жить со мной. Но если мыслить рационально, то это риски.

В первую очередь, это риски для Киры. Я не хочу, чтобы сейчас дочь знала правду. Ей хватает стресса и без таких новостей. Но неизвестно, как Макар отреагирует на заявление о том, что моя дочь от Андрея. Вдруг он в своей попытке мне отомстить расскажет все Кире? И вообще, как после этого Кира будет с ним коммуницировать? Сейчас они регулярно общаются по телефону. В больницу Макар не приезжает.

Я даже не сказала дочери, что сегодня суд. Заявила, что мне надо по делам и уехала, оставив ее под присмотром врачей и медсестёр. Поэтому когда мы с Андреем подходим к залу заседания, и я вижу на лавочке рядом с дверью Киру и ее няню, у меня отвисает челюсть.

— Кира!? — изумленно восклицаю и подлетаю к дочке. — Ты что здесь делаешь!? — таращусь то на дочь, то на няню.

— Папа за мной приехал, когда ты ушла. Мам, а почему ты не сказала, что сегодня вы с папой разводитесь?

Я теряю дар речи. Да как он посмел! Выдернул Киру из больницы! Ей нельзя и шагу сделать за пределы медицинского учреждения, Кира должна круглосуточно быть под наблюдением врачей.

Андрей в не меньшем шоке, чем я. Беру Киру за руку и отвожу в сторону подальше от ушей няни.

— Кирочка, — опускаюсь перед ней на корточки. — Ты прости меня, что я тебе не рассказала. Не хотела тебя волновать.

— Все в порядке, мам. Я же и так знаю, что вы с папой разводитесь.

— Доченька, тебе срочно нужно возвращаться обратно в больницу. Я сейчас придумаю, кто тебя отвезёт.

— Папа сказал, что я должна выступить в суде и сказать, с кем из вас хочу остаться жить.

— Нет! Ни в коем случае.

— Мамочка, я хочу с тобой жить, — Кира бросается мне в объятия. — Ты самая лучшая мама на свете. Я скажу, что хочу остаться с тобой. Папу я тоже люблю, но жить хочу с тобой, а не с ним. Он много работает и ему все время не до меня. Иногда я могу его несколько дней не видеть. А с тобой мне хорошо. Только папе я об этом не сказала. Он думает, что я хочу жить с ним.

Слезы встают в горле комом.

— Кира, — выдыхаю. — Я очень тебя люблю.

— И я тебя, мам.

— Тебе надо в больницу.

— Нет, мам. Все равно сегодня никаких процедур у меня нет.

— Алиса, пора, — зовет меня Андрей.

Я выпускаю дочь из объятий и довожу до той же лавочки, на которой сидит ее няня. Женщина старается не смотреть на меня, прячет глаза.

— Никаких претензий Макару не предъявляй по поводу того, что Кира здесь, — шепчет, когда проходим в зал.

Макар и его адвокат уже тут, сидят на своих местах. Увидев меня, Макар салютует мне с ехидной улыбкой.

— Как он посмел! Кира должна быть в больнице с врачами! — шиплю.

— Я же сказал тебе, что он ходатайствует о ее выступлении в суде.

— Я не хочу, чтобы Кира выступала.

— Хорошо, я скажу, что мы возражаем, но решение будет за судьей.

Мы подходим к нашим местам, они напротив Макара и его адвоката. В зале уже сидят представитель опеки, детский психолог и директор Кириной школы. Последний наверняка будет рассказывать, какой Макар прекрасный отец. Я не смотрю ни на Макара, ни на его адвоката. А вот муж не сводит с меня глаз. Ещё и ехидно улыбается.

Открывается дверь, и выходит судья в чёрной мантии. Все сразу поднимаются на ноги. От нервов мои колени начинают дрожать. Нельзя, приказываю сама себе. Нельзя быть сегодня слабой.

— Судебное заседание по гражданскому делу номер 21456 по иску Ковалёва Макара Александровича к Ковалевой Алисе Сергеевне о расторжении брака и определении места проживания ребёнка и порядке осуществления родительских прав…

Судья — седовласый мужчина в возрасте — читает монотонную речь, держа в руках красную папку с гербом России. Когда он заканчивает, все садятся на свои места.

— Истец, — обращается к Макару. — Изложите ваши исковые требования.

Макар встает с места. Откашливается, поправляет галстук. Вот теперь я смотрю на него. В его наглую и хамскую рожу. Этот человек уже однажды сломал мне жизнь. Теперь хочет сделать это ещё раз. Ему ведь по большому счету по фиг, будет Кира жить в его доме или нет. Дочь права: они могут не видеться несколько дней, находясь под одной крышей.

— Уважаемый суд! — громко начинает. С выражением. Как будто репетировал перед зеркалом. — Что меня вынудило подать на развод с Алисой и просить суд оставить дочь жить со мной? К сожалению, я должен признать, что Алиса так и не смогла справиться ни с ролью жены,