Одержимость сводного брата - Елена Гром

— А Элиас — долбанный принц, да? Вы с Ниной и свадьбу им, небось, запланировали. Так вот я тебе больше скажу, я очень огорчен, что его смерть случайность. И не говори, что тебе за меня стыдно. Сложно представить, что ты делал с соперниками.

— Запомни, Ярослав, Мира тебе только сестра.

— Черта с два. Она мне такая же сестра, как тебе Нина. Я залез в сейф в вашей спальне. Не знаю, почему ты все не сжег, но я нашел лабораторный анализ и показал его Мире. Так что и она в курсе.

— Ясно, — лишь на миг лицо отца стало белее, но вскоре вернулось к своему привычному отстраненному выражению. — Тебе придется уехать. Я уже поговорил с дядей Джейсоном. Он возьмет тебя к себе. Через год поступишь в армию. Потом сможешь вернуться.

Я рассмеялся. Зло. Обиженно. Для своего сына он бы сделал все. Закопал бы всех австрийцев, сжег в своей печи, а меня можно и в ссылку. К человеку, который меня не знает. Подальше, чтобы не мешал рождению настоящего наследника. Только он забыл про одну вещь. Без Миры я не уеду.

— Класс. Теперь я престал быть нужным? Теперь у тебя появится родной ребенок!

— Я всегда относился к тебе, как к сыну. И ты не перестанешь им быть. Но убийство ребенка, а Элиас ребенок, тем более, такое прилюдное не скрыть, не замести следы. Здесь только время. И убийцу никогда не примут, как директора завода, обычные работяги.

— Вот оно что, — мне снова смешно. Как будто у них выбор будет. — А когда твой собственный сын станет убийцей, ты заведешь нового?

— Замолчи!

— А что я не так сказал⁈ Я защищал Миру!

— Ее не требовалось бы защищать, держи ты ширинку закрытой, а ты провоцировал. Ее. Элиаса. Все время. Ты думаешь, я слепой и ничего не видел⁉ Ты думаешь, я не замечаю, как ты на нее пялишься?

— Тебе напомнить, во сколько ты напялил Нину?

— Рот закрой! И не смей так говорить о Нине. Ей было не пятнадцать. И если я узнаю, что ты ее хоть пальцем тронул, я убью тебя, я не посмотрю, что ты мне сын, я убью тебя.

— Если я не убью тебя первым.

Отец сорвался с места и буквально вломил мне кулак в челюсть, а я не стал отвечать. Просто вытер кровь рукой с губы и понял, что нельзя быть таким безбашенным. Нужно все обдумать. После такого заявления он меня к ней не подпустит.

— Нет, я, пожалуй, не буду тебя убивать, а заставлю ее написать на тебя заявление. В тюрьме тебе быстро объяснят, что маленькие девочки табу. Ты вырос слишком уверенным в своей безнаказанности.

— Учусь у лучших.

— Все, на этом закончили. Собери свои вещи. Сегодня ночью вылетаешь.

— Так торопишься от меня избавиться? Даже с Мирой не дашь попрощаться? Она же моя сестра, — язвительно напомнил я.

— Выметайся, пока мозги на место не встанут, в этом доме я видеть тебя не хочу.

— Ярослав? — она стояла в дверях, ничего не понимая. Красивая, сладкая, моя. Неужели отец думал, что я просто так откажусь от нее? Думал, что забуду о своих чувствах? Желаниях? — Куда ты собираешься?

И вот здесь очень важный момент. Если скажу правду, Мира может решить, что это к лучшему. Что все так и должно быть. Что жизнь на расстоянии пойдет нам на пользу. Но я не могу этого допустить. Сейчас придется использовать ее состояние, чувство вины и чувства ко мне, которые она так упорно подавляет.

— Хочу убежать. С утра за мной приедут, чтобы отвезти в тюрьму.

— В тюрь… Что? Нет! Отец бы не допустил этого! Ты его сын!

— Не настоящий. А скоро появится родной. Он не будет портить отношения с австрийцами. Так что да, мне лучше исчезнуть.

— Тогда я сейчас пойду и скажу, что это я…

— Нет, — догнал ее и к себе спиной прижал. Такую маленькую, хрупкую. — Ты не должна портить себе жизнь. Ты должна блистать, как и мечтала. Всегда мечтала. А я не пропаду. Денег смогу заработать, выживу везде.

— Но стой, стой, — ее плечи затряслись, на руки стали капать горячие капли. Да, малыш. Плачь из-за меня. Плачь. — Ведь потом ты вернешься, вернешься ко мне? Потом, когда все уляжется?

— Нет, Мира. Это будет слишком рискованно. Сейчас я уйду и больше никогда не вернусь.

Глава 51

Она ахнула, развернулась и сама налетела вихрем, буквально снесла все запреты и стала сама меня целовать в губы. Неумело, так по-детски. Но так приятно, что я не смог не ответить, наслаждаясь вкусом ее губ, сладостью слез, гибкостью тела.

Как я отпущу ее? Как буду жить без нее?

Я сам оттолкнул Миру, давая пищу для размышлений.

— Мне пора. Времени совсем не осталось, — отвернулся к своей сумке и стал пихать туда остатки вещей, ноут, свои документы и, конечно, наличные. Картам отца я никогда не доверял.

— А как же школа?

— Я сам себе школа, не волнуйся за меня, — стер со щеки слезу и стал подходить к окну. Нарочито медленно. Открывать его.

В этот момент послышались шаги, и я запаниковал, что отец, а судя по звуку, это он, может сболтнуть лишнего. Но если увести разговор в нужное русло, то Мире будет проще решиться. Она должна уйти со мной. Но это должна быть ее идея. Ее мысль.

— Спрячься. Сама все услышишь.

Она кивнула и залезла в шкаф, а я кинул сумку на кровать и сел. Через несколько секунд зашел отец, и я сразу встал в оборону.

— Если ты пришел еще раз сказать, что я тебе больше не нужен…

— Я пришел узнать, не надумал ты ли какую-нибудь глупость? Помни, все имеет последствия.

Последствия. Я посмотрел в сторону кровати, понимая, что то, что сейчас сделаю, навсегда перекинет Миру на мою сторону. Обратного пути не будет.

— А когда ты убивал людей, сжигал их в печи, ты думал о последствиях? Ведь этого пижона я убил случайно, так ли поступал ты?

— Не тебе меня судить. Не делай глупости, и, возможно, скоро я смогу тебя вернуть.

— Да-да, я буду вести себя хорошо и больше не стану нарушать закон.

— Верно. Собрался? За тобой приедут утром. Поэтому ложись спать.

— Понял. Я все отлично понял. Теперь могу еще немного побыть в своей комнате?

— До завтра, сын.

— Отец, — кивнул я насмешливо, и тот скрылся за дверью. Потом убедился, что никого нет, и вытащил Миру из шкафа. Она ревела, не переставая.

— Это правда? Он убивал?

— Большой бизнес имеет большие последствия, — гладил я ее по спине.

— А мама? Мама, наверное, не знала. Не знала, с