Жестокие наследники - Ана Уэст

— Что ты собираешься делать? — Спросил Киллиан, откинувшись на спинку стула.

— Я пока не знаю. Но нужно предупредить и Сиену, и нашего отца. Если Змей нападёт на наших людей, оставив после себя хотя бы один из этих пистолетов, это даст моему отцу повод начать войну. — Я замолчал.

Мы с Киллианом уставились друг на друга, когда до нас обоих одновременно дошло.

— Ты же не думаешь, что за этим стоит наш дорогой папочка, не так ли? — Тихо спросил Киллиан.

Я замешкался всего на секунду.

— Нет, конечно, нет.

Вэнь внимательно изучал меня.

— Ты уверен, парень? Я давно знаю твоего отца. Он всегда был амбициозным. Умным, когда ему это было нужно. Это действительно похоже на то, что он придумал бы.

Дерьмо. Они не могли быть правы. Я старался не думать о том, что за всем этим стоит мой собственный отец – за смертью Джованни, нападениями на Сиену, а теперь ещё и похищенным оружием и слухами о готовящемся нападении. Когда произошло нападение на избирательном участке, они оставили меня в живых. Вэнь был прав: это действительно было похоже на Сэла. Он хотел заполучить то, что принадлежало Розани, и хотел этого уже много лет. Этот Змей был идеальным прикрытием для того, чтобы наконец сделать то, чего он всегда хотел.

— Я не знаю, — признался я. — Сейчас мы почти ничего не знаем об этом Змее, кроме того, что он явно охотится за Сиеной и переманивает наших людей.

— Похоже, у тебя мало времени, — неуместно заметил Вэнь.

— Почему бы просто не заставить Змея выйти из тени обманом? Используй Сиену в качестве приманки, — предложил Киллиан.

Я стиснул зубы.

— Мы уже пробовали. Это не сработало. Оба раза.

— Этот ублюдок дважды тебя переиграл? — Киллиан тихо присвистнул. — Чёрт.

— Да. — Я попытался отбросить мысль о том, что Змей мог быть моим отцом. Многое говорило против него. Мой отец всегда ненавидел Джованни, а теперь он мёртв. Он всегда хотел заполучить бизнес Розани, утверждая, что он принадлежит нам, как раз перед тем, как их предок украл его у нас. Теперь это действительно могло бы стать возможным, если бы у него был повод начать с ними войну. Судя по всему, это мог быть мой отец.

— Ты придёшь на ужин? — Спросил я, поворачиваясь к Киллиану.

Он нахмурился.

— Мы будем ужинать?

Я ломал голову, пытаясь придумать хоть какое-то оправдание тому, почему отец пригласил нас с Сиеной на ужин, если вся семья не собирается за столом. Даже несмотря на то, что Киллиан постоянно пьян, мама всё равно пригласила бы его. Или, по крайней мере, она бы убедилась, что он в курсе. Если Киллиан не знал об этом, то, вероятно, и мама тоже. И если моя мать не придёт, значит, у отца есть причина не приглашать её. И эта причина, скорее всего, не из приятных. Это я точно знаю.

Но зачем ему приглашать Сиену? Это просто бессмысленно. Он ненавидел её семью и, соответственно, её саму. Сэл не слишком уважал её как дона. Это было ясно по тому, как он вёл себя во время голосования.

— Сегодня да, — сказал я через мгновение. — Я позвоню маме и сообщу. Ужин в семь ровно. А ты, Кил?

Он слегка наклонил голову.

— Да.

— Не опаздывай, чёрт возьми. — Я убедился, что он понял. — Я не знаю, что задумал отец, но ничего хорошего. Мне нужно, чтобы ты и мама проследили, чтобы он не натворил глупостей. Может, тогда мы сможем поговорить с ним начистоту и разобраться в этих слухах.

Мой брат поднял свой бокал.

— Ни за что на свете не пропустил бы такое.

Я поставил свой пустой бокал перед Вэнем.

— Есть шанс, что мне нальют ещё? Ночь будет долгой.

ГЛАВА 13

СИЕНА

Поход в дом Скарано на ужин был на сто процентов последним пунктом в моем списке «того, что я хочу сделать», но Данте не оставил мне выбора, кроме как согласиться. Я впервые увижу его отца после голосования и впервые увижу его мать после нашей свадьбы, которая состоялась несколько недель назад. Отчасти я нервничала из-за того, что мне придётся находиться рядом с Сэлом Скарано так скоро после его вопиющей попытки отобрать у меня титул на последней Комиссии. И всё же другая часть меня не могла не злиться на него за то, что он сделал.

Хотя многоквартирный дом, в котором жила моя семья, был роскошным по меркам Нью-Йорка, поместье Скарано выглядело помпезно. Огромный особняк располагался в центре нескольких акров земли вдоль побережья. Он был пугающе похож на Белый дом, хотя я была почти уверена, что это не совпадение. Четыре белые колонны поддерживали покатую крышу, которая покрывала всю колоннаду вдоль фасада дома. Только вдоль фасада было не менее двадцати окон, и все они были идеально выровнены с белоснежными ставнями. Внутренний дворик тянулся от одного конца дома до другого, каменные ступени вели к огромным двойным дверям.

Сад, окружавший дом, был ухожен. Кусты, обрамлявшие выложенную камнем дорожку, были аккуратно подстрижены. В центре подъездной аллеи стояла статуя льва, извергающего воду, в окружении каменных роз. Я не могла разглядеть большую часть территории из-за живой изгороди, отделявшей подъездную аллею от остальной части поместья, но могла себе представить, что она такая же вычурная, как и фасад.

Я пока не видела машину Данте на подъездной аллее и сомневалась, что он припарковался в гараже на четыре машины, расположенном с правой стороны дома. Не желая встречаться с его родителями наедине, я припарковала машину и заглушила двигатель. Я просидела там добрых двадцать минут, прежде чем наконец появился Данте. Он сказал мне быть здесь ровно в семь, но, видимо, это касалось только меня. Я даже не узнала машину, на которой приехал Данте. Вместо его матово-чёрного «Ягуара» был новенький блестящий «Линкольн», а за рулём сидел какой-то лысый парень, которого я не знала. Данте и его брат вывалились из машины с заднего сиденья, смеясь и повиснув друг у друга на плечах.

При виде Данте таким, беззаботным и расслабленным,