Разрушение - Э. К. Хантер

Она слушала меня, разжимая кулаки и позволяя мне скользить внутрь, дюйм за болезненным дюймом. Она вскрикнула, когда я был почти по самые яйца, ее слова были бессвязны.

— Я так чертовски горжусь тобой, детка, у тебя все так хорошо получается, — уговаривал я, и то, как она сжалась вокруг меня, сказало мне, что мои слова подстегнули ее. Я дал ей несколько секунд, чтобы привыкнуть, прежде чем выскользнуть, не полностью, но достаточно, чтобы медленно войти обратно.

А потом я сделал это снова.

И еще раз.

Болезненные крики Райли вскоре превратились в крики потребности, и когда я ускорил темп, я протянул руку, чтобы найти ее клитор, потирая его в такт моим толчкам.

— Кай, о черт, я собираюсь кончить, — закричала она. Я был так чертовски рад, потому что не был уверен, сколько еще смогу продержаться.

Я толкнулся снова, на этот раз сильнее, и, напоследок потерев ее клитор, она кончила, все ее тело напряглось, прежде чем сильная дрожь пробежала по всему ее телу. Ее пальцы вцепились в простыни, пальцы на ногах поджались, когда она снова и снова выкрикивала мое имя. Этого было достаточно, чтобы вызвать мой собственный оргазм. Я вышел из ее задницы как раз вовремя, чтобы выпустить струйки спермы по всей ее спине и заднице.

У меня едва хватало сил держаться на ногах, я никогда в жизни не кончал так сильно. Рухнув рядом с ней, я развязал галстук и схватил ее, притягивая в свои объятия, и мне было наплевать, что ее спина была покрыта моей спермой. Мы оба лежали, тяжело дыша, приходя в себя, пока не прошло несколько минут, и Райли не пошевелилась, чтобы посмотреть на меня.

Ее волосы были растрепаны, на лице застывшее выражение удовлетворения. Она одарила меня застенчивой улыбкой, прежде чем усмехнуться.

— Если это было моим наказанием, думаю, мне нужно снова стать плохой девочкой.

Я не мог не согласиться.

Глава 11

Райли

Проснувшись на следующее утро, я обнаружила, что придавлена тяжестью тяжелой руки Кая, его крепкое тело свернулось вокруг меня, пока он мирно спал. Наверное, впервые за несколько недель, если судить по черным мешкам у него под глазами.

Я не хотела его беспокоить, на улице было еще темно, и он выглядел таким довольным, когда засыпал, что заслужил отдых. Не разбудив его, я повернулась на бок, чтобы получше рассмотреть его лицо. Он сбрил бороду, которой начал щеголять в последние несколько дней, но за ночь небольшая темная щетина отросла на его щеках и поперек выступающего подбородка. Его черные ресницы лежали на острых скулах. Даже во сне Кай, возможно, был самым великолепным мужчиной, которого я когда-либо видела.

Глядя на него, я почувствовала чувство вины. Я имела в виду то, что сказала, когда он занимался со мной любовью в домике для переодевания, что это будет всего лишь еще раз между нами.

Чего я не ожидала, так это того, что обезумевший Майлз ворвется в мою комнату и сообщит мне, что Кай и Хендрикс планируют уехать на весь день, прежде чем потребовать моего вмешательства. Когда я спросила Майлза, как именно он ожидает, что я это сделаю, он понимающе посмотрел на меня и сказал, что уверен, что я найду способ. Мне не особенно понравился сарказм, прозвучавший в его голосе.

Я быстро приняла душ, все это время ломая голову над тем, как бы мне уговорить Кая остаться со мной на день, игнорируя очевидное.

Мне просто нужно было предложить ему себя.

Но я не хотела давать Каю ложную надежду. Стирая воспоминания о нем с прошлой ночи, я пыталась придумать другие решения, но время резко поджимало, и я приняла единственный вариант, который у меня был. Это означало, что я буду манипулировать Каем, что-то, что тяжелым грузом лежало у меня на сердце, но разве у меня был выбор?

Я должна была предложить нечто большее, чем простой трах, если хотела полностью отвлечь его, поэтому я совершила набег на свой шкаф в поисках самого скудного неглиже, которое смогла найти. Кай возненавидел бы, если бы я разгуливала в нем, особенно если бы меня увидели другие, но я знала, что он никогда не смог бы устоять. Мне была ненавистна мысль, что Кай подумает, будто я обещаю ему нечто большее, и если он когда-нибудь обнаружит, что это была уловка, он будет опустошен, но я высоко держала голову, выходя из своей комнаты в нижнем белье, которое едва прикрывало мои достоинства.

У меня все еще было твердое намерение уехать, как только Энджел вернется домой, но единственный способ вернуть ее — это отправиться за Майлзом на поиски необходимых нам доказательств. В конечном счете, живой и разозленный Кай был лучше мертвого Кая, и, поскольку никто не знал, какова конечная цель Хендрикса, было лучше держать Кая как можно дальше от него.

Недостатком того, что я снова отдалась Каю, было то, что мои чувства к нему только росли. Я отдалась ему так, как никогда не представляла, что отдам себя кому-либо. Стены, которые он уже снес, были по-настоящему разбиты вдребезги после того, как он целый день боготворил меня, а я подчинялась ему.

После той первой безумно интенсивной утренней тренировки остаток дня прошел в том, что Кай набрасывался на меня в любой момент и выебывал мне мозги. Он трахнул меня через кухонную стойку после того, как съел мою киску, как изголодавшийся мужчина. Я жестко наседала на него на диване, когда мы пытались посмотреть фильм в гостиной, а потом, когда Хендрикс позвонил и сказал Каю, что он нужен в другом месте, я отвлекла Кая, отсосав его член и позволив ему кончить мне в горло.

В моменты, когда Кай не вел себя со мной порочно, я молча желала, чтобы Майлз поторопился и нашел доказательства невиновности Дэнни, потому что моя киска ни за что не выдержала бы ударов, которые Кай устроил ей еще один день.

Этот мужчина был ненасытен, но, как оказалось, и я тоже.

Когда наступила ночь, Кай снова занялся со мной медленной страстной любовью, прошептав мне на ухо, что любит меня и не может жить без меня. Мне так сильно хотелось повторить эти слова, потому что я действительно любила Кая. Я любила в нем все до единой, даже темноту, но если бы я сказала ему эти слова, ни у кого из нас не было бы