Мальчик - Лера Титова

Громко. Отчаянно. Вся дрожа.

Он не остановился.

— Ещё, — сказал он.

— Не могу.

— Можешь.

Он продолжил. Языком, губами, зубами.

Она кончила снова. Тихо. Почти беззвучно.

Он поднялся.

— Теперь я, — сказал он.

— Я твой.

Он лёг на неё сверху. Раздвинул её ноги коленом.

— Смотри на меня, — сказал он.

— Смотрю.

— Не закрывай глаза.

— Не буду.

Он вошёл в неё.

Медленно. Дюйм за дюймом.

Она вздохнула.

— Ты такая узкая, — сказал он.

— Ты такой большой.

— Это хорошо?

— Это идеально.

Он опустился до конца. Замер на секунду. Привыкал. Чувствовал, как её стенки сжимаются вокруг него — горячие, влажные, живые.

— Двигайся, — прошептала она.

— Не торопи меня.

— Я не тороплю. Я хочу чувствовать.

Он начал двигаться.

Медленно сначала. Плавно. Как будто они танцевали — медленный, чувственный танец.

Потом — быстрее. Ритмичнее. Глубоко.

Кровать скрипела. Изголовье стучало о стену.

Она вцепилась в его плечи. Ногтями. До крови.

— Быстрее, — прошептала она.

— Не могу.

— Можешь.

Он ускорился.

Она кончила. Громко. Отчаянно.

Он не остановился.

— Ещё, — потребовал он.

— Не могу.

— Можешь.

Она кончила снова.

Он — следом.

Кончил с рыком — низким, гортанным, почти звериным.

Упал на неё, тяжело дыша.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Да.

— Врёшь.

— Да. — Она обняла его. — В порядке.

Он перевернулся на спину. Она положила голову ему на плечо.

— Что теперь? — спросила она.

— Теперь — жить.

— Как?

— Вместе.

— Навсегда?

— Навсегда.

Она закрыла глаза.

И уснула.

Микеле смотрел на неё.

На её спокойное лицо.

На её губы — припухшие от поцелуев.

На её руки — которые сжимали его даже во сне.

— Моя, — прошептал он.

Она улыбнулась во сне.

Он закрыл глаза.

И заснул.

Глава 56

Они вышли из воды, но не пошли в дом.

Виолетта взяла Микеле за руку и потянула обратно — не на берег, а в сторону, где за скалами была маленькая бухта, скрытая от чужих глаз. Песок здесь был белее, вода — прозрачнее, а солнце — жарче.

— Ты куда? — спросил он.

— Хочу показать тебе одно место.

— Какое?

— Увидишь.

Она шла быстро, не оглядываясь. Её мокрые волосы прилипли к спине, трусы облепили бёдра. Микеле смотрел на неё и чувствовал, как внутри разгорается огонь.

Она остановилась у большой скалы, за которой открывалась маленькая бухта. Песок, вода, тишина. Ни души.

— Здесь, — сказала она.

— Красиво.

— Да.

Она повернулась к нему. Посмотрела в глаза.

— Раздевайся, — сказала она.

— Здесь?

— Здесь.

— А если кто-то увидит?

— Никого нет.

— А если придёт?

— Тогда увидят.

Он усмехнулся. Снял трусы. Она сняла свои.

Они стояли друг напротив друга — голые, мокрые, солёные.

— Иди сюда, — сказала она.

Он подошёл.

Она обняла его. Прижалась всем телом. Его член упёрся ей в живот.

— Ты хочешь меня? — спросила она.

— Да.

— Скажи.

— Я хочу тебя, Виолетта.

— Что именно?

— Войти в тебя. Прямо здесь. В море.

Она усмехнулась.

— Тогда входи.

Он подхватил её на руки. Отнёс в воду. По колено. По пояс. По грудь.

Вода была прохладной, но не холодной. Она обнимала их, поддерживала, прятала.

— Смотри на меня, — сказал он.

— Смотрю.

— Не закрывай глаза.

— Не буду.

Она обхватила его ногами. Он вошёл в неё. Медленно. Глубоко. Вода качала их, приподнимала, опускала.

— Осторожно, — прошептала она.

— Не уроню.

— Не урони.

Он начал двигаться. Ритмично. Глубоко. Вода плескалась вокруг них, солнце светило, чайки кричали где-то вдалеке.

Она вцепилась в его плечи. Ногтями.

— Быстрее, — прошептала она.

— Не могу.

— Можешь.

Он ускорился.

Она кончила. Тихо. Почти беззвучно. Только вздох вырвался из груди.

Он не остановился.

— Ещё, — сказал он.

— Не могу.

— Можешь.

Она кончила снова.

Он — следом.

Кончил глубоко внутри неё, прижимая её к себе, чувствуя, как вода омывает их тела.

Она обвисла на нём. Положила голову на плечо.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

— Я знаю.

— Ты тоже скажи.

— Я люблю тебя, Виолетта.

— Пойдём на берег.

— Пойдём.

Он вышел из воды. Отнёс её на песок. Опустил.

Она лежала на спине, смотрела на небо.

— Это был лучший секс в моей жизни, — сказала она.

— Правда?

— Правда.

— А завтра?

— Завтра будет лучше.

— Почему?

— Мы будем вместе.

Он лёг рядом. Обнял её.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я знаю.

— Ты тоже скажи.

— Я люблю тебя, Микеле.

Она поцеловала его.

Солнце поднималось выше.

Море шумело.

Песок был тёплым.

— Что теперь? — спросила она.

— Теперь — завтрак.

— Не хочу.

— Надо.

— Почему?

— Потому что я голоден.

Она усмехнулась.

— Ты всегда голоден.

— Когда ты рядом — да.

— Тогда пойдём.

— Пойдём.

Они встали. Отряхнули песок. Пошли в дом.

Глава 57

Они прожили в домике у моря три дня.

Три дня без выстрелов. Три дня без крови. Три дня без братьев, без отца, без прошлого. Только море, солнце, песок. И они.

На четвёртый день утром Микеле проснулся оттого, что Виолетта сидела на краю кровати и смотрела на него.

— Ты не спишь, — сказал он.

— Нет.

— Который час?

— Шесть.

— Рано.

— Надо ехать.

— Куда?

— Домой.

Он сел. Провёл рукой по лицу.

— Зачем?

— Отец звонил.

— Когда?

— Вчера. Ты спал.

— Что сказал?

— Что мы нужны.

— Для чего?

— Не сказал.

Он смотрел на неё.

— Ты хочешь вернуться? — спросил он.

— Не знаю.

— Врёшь.

— Да. — Она взяла его за руку. — Хочу.

— Почему?

— Потому что это наш дом.

— Здесь тоже дом.

— Здесь — убежище. Там — жизнь.

Он молчал.

— Ты боишься? — спросила она.

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Он сжал её руку. — Боюсь.

— Чего?

— Что ничего не изменилось.

— Изменилось.

— Что?

— Мы.

Он смотрел на неё.

— Ты права, — сказал он.

— Всегда права.

— Не всегда.

— Сегодня — да.

Она поцеловала его.

— Собирай вещи, — сказала она.

— Не хочу.

— Надо.

— Почему?

— Потому что мы Корлеоне.

Он усмехнулся.

— Хорошо. Пошли.

Дорога до Палермо заняла три часа.

Микеле вёл машину. Виолетта смотрела в окно. Молчали.

— Ты думаешь? — спросил он.

— Всегда.

— О чём?

— О том, как нас встретят.

— Как обычно.

— То есть?

— Доменико скажет, что мы выглядим отдохнувшими. Лука спросит, где мы были. Винченцо уже знает. Антонио будет пить вино. Джульетта обнимет.

— А отец?

— Скажет: «Садитесь».

— И всё?

— И всё.

— Этого достаточно?

— Для него — да.

Она смотрела на дорогу.

— Ты скучал? — спросила она.

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Он сжал руль. — Скучал.

— По кому?

— По всем.

— А по мне?

— Ты была со мной.

— Это не ответ.

— Это единственный ответ, который у меня есть.

Она взяла его за руку.

Он сжал её пальцы.

Машина ехала по улицам Палермо.

Солнце светило ярко.

Особняк встретил их запахом жасмина и