Клыки - К. Л. Спир

я уже сказал, мы всегда придем за тобой, если кто-то возьмет тебя силой, Боунс. И не только наша команда. Вся чертова команда была готова разнести лес в клочья, чтобы найти тебя.

Я моргнула, надеясь, что выгляжу не такой неуравновешенной, какой себя чувствую.

— Люди здесь заботятся о тебе, — добавил он, толкая меня в плечо.

Если бы он продолжал быть милым, я бы снова сорвалась. Я ухватилась за другой вопрос, чтобы отвлечься.

— Как тебе удалось уговорить Вольфа вернуться сюда?

— Мы не оставили ему особого выбора. У нас было преимущество в том, что мы не были шокированы твоим исцелением, так что мы довольно быстро одержали верх. — Он на мгновение заколебался. — Я предполагаю, что вся эта история с магией — это то, почему он не знал о твоих способностях?

Я кивнула, моя паника снова усилилась.

— Вольф… говорил что-нибудь о том, что я его исцелила?

Мак покачал головой, нахмурившись.

— Нет, но он мало что сказал.

Это не казалось хорошим знаком.

— Однако другие задавали вопросы. Особенно Сэйбл.

Мой желудок скрутило, и я снова завинтила крышку термоса.

— Он подменял тебя в лечебнице. Ты уверена, что не хочешь еще бульона?

Я покачала головой и протянула ему термос. Он взял его, но держал на коленях, изучая меня несколько мгновений.

— У Сэйбла было много вопросов по поводу того, что ты не ешь и тебя тошнит, — наконец сказал Мак.

Я побледнела.

— Что ты ему сказал?

— Ничего. — Он нахмурился от моего удивления. — Я не собирался им доверять, пока ты не проснешься и не сможешь подтвердить их историю. Кроме того, все, что я знаю, это то, что Трей рассказал мне о том, как Джак морил тебя голодом.

Он не спрашивал, но я видела вопрос на его лице. Я скомкала одеяло в руках. Впусти их.

— Я не понимала, почему я заболела… По крайней мере, долгое время. И я всегда была такой голодной, что съедала все, что только можно, когда он, наконец, позволял мне. — Я колебалась, онемение охватывало меня, пока я говорила. — Есть нечто, называемое рефидинг-синдромом. Если кого-то морили голодом достаточно долго, его организм приспосабливается к сохранению питательных веществ, а если вы вводите пищу слишком быстро, это вызывает у него тошноту. — Я сделала паузу, мое горло сжалось. — Это часто приводит к летальному исходу, так что я предполагаю, что, вероятно, мои способности помогали поддерживать жизнь в моем теле. Но я годами ничего об этом не знала, пока не прочитала об этом. Так что мне просто нездоровилось — часто. И Джак бы… разозлился по-настоящему, если бы мне стало плохо в палатке. Так что чувство тошноты начало меня по-настоящему беспокоить. И чувство тревоги вызывало у меня тошноту, так что иногда я просто… застреваю в тупике. — Я с трудом сглотнула. — Единственный известный мне способ не заболеть — это не есть. И я знаю, что это не хорошо, но я так привыкла чувствовать голод, и я бы предпочла чувствовать его, чем тошноту.

Он немного помолчал, уставившись на термос в своих руках.

— Ты же знаешь, что никто из нас никогда не рассердится на тебя за то, что ты себя плохо чувствуешь, верно? — Он поднял голову и встретился со мной взглядом.

— Я знаю, — я выдержала его взгляд, надеясь, что он увидит честность на моем лице.

— Хорошо, — хрипло сказал он, затем сделал паузу. — Итак, твой брат и его команда зовут тебя Эмбер…

Было так странно слышать, как он произносит мое настоящее имя, и я почувствовала еще один прилив горя. От того, что никогда не услышу, как Трей произносит его.

— Это мое настоящее имя, — прошептала я, преодолевая комок в горле.

— Откуда взялось «Боунс»?

Я сморщила нос, взглянув на него, и выражение его лица быстро омрачилось.

— Ты серьезно? — спросил он. — Мы все это время называли тебя именем, которым наградил тебя этот злобный ублюдок? Ты что, серьезно? — спросил он.

— Прости, — пробормотала я.

Он глубоко вздохнул, несколько секунд свирепо смотрел на меня, но затем спросил:

— Какое имя ты хочешь использовать?

Я понятия не имела.

— Думаю, ты можешь называть меня «Эм», если хочешь.

— Эм, — повторил он своим глубоким голосом, и мои глаза наполнились слезами. — Что случилось? — спросил он, нахмурившись.

Я не узнавала того человека, которым стала — мягкотелого, постоянно распадающегося на части.

— Я никогда не говорила ему, — выдавила я, прижимая рукава к глазам.

— Ты никогда не говорила Трею своего настоящего имени? — предположил он мягким голосом.

Я кивнула, с трудом сдерживая рыдания, и он на мгновение замолчал.

— Ему не нужно было знать твое настоящее имя, чтобы узнать тебя, — сказал он. — Он знал тебя. Имена — это всего лишь слова.

Я опустила руки и посмотрела на него сквозь слезы. Он выдержал мой взгляд, и это было все равно что смотреть в зеркало и видеть там отражение своего горя.

— То, что ты не рассказала ему, не значит, что ты не любила его по-настоящему, — добавил Мак.

Ну и черт с тобой. Я не понимала, насколько я была напугана этим, пока он не сказал это. Я снова прижала рукава к глазам, мои плечи затряслись. Через несколько секунд он переместился и осторожно обнял меня за плечи. Я плакала до тех пор, пока не почувствовала себя слишком измученной, чтобы плакать дальше.

— Тебе следует попытаться немного поспать.

— Я что, двенадцать дней не спала? — пробормотала я.

— Ты действительно собираешься сказать мне, что прямо сейчас не чувствуешь усталости?

Он выпрямился, опустив руку. Когда я встретилась с ним взглядом, он вопросительно поднял бровь. Я нахмурилась, но не смогла возразить. Все мое тело ныло от изнеможения.

— Кроме того, утром у тебя будет завал, так что тебе лучше отдохнуть.

— Завал? — встревоженно переспросила я.

Он ухмыльнулся.

— Твоя команда.

Твоя команда. Может быть, из-за усталости, но эти два слова вызвали еще больше слез на моих глазах, и я яростно сморгнула их.

Он встал и поставил термос на маленький столик, прежде чем сесть на стул.

— Я могу отодвинуть это туда, где…

— Ты можешь оставить это там, — выпалила я, и он удивленно посмотрел на меня. — Если хочешь.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Да, я просто…

— Все в порядке, Эм, ты можешь рассказать мне.

— Я не хочу просыпаться в другом месте.

Он сел в кресло и облокотился на кровать рядом со мной, не сводя с меня серых глаз.

— Ты не проснешься в другом месте, я обещаю. Я буду прямо здесь.

Я с облегчением откинулась на спинку