Частный сыск. Осторожно! Работает ведьма - Кристина Р

крыс в подворотне, чем для мытья полов, но с каждым новым движением, с каждым новым взмахом Ирма чувствовала облегчение. Злиться проще, чем плакать, да и продуктивнее. Спустя час она смотрела на сверкающую чистотой комнату.

Отнеся орудия труда в подсобку на первом этаже, Ирма устало прошлёпала в душ. Клубничный запах окутал девушку, клубы белой пены покрывали смуглую кожу. По мышцам растекалась приятная усталость. Улыбаясь, девушка в блаженстве прикрыла глаза, слушая шум воды и долгожданную тишину в голове до тех пор, пока опустошённое нагрузками тело требовательно не заявило, что хочет лечь. Закутавшись в мягкое полотенце, девушка встала у зеркала. Тяжёлые локоны падали на плечи, пуская тонкие капли, через секунду впитывающиеся в ткань.

Момент блаженства был нагло прерван хлопком, раздавшимся из комнаты. Ирма лихорадочно вспоминала, закрыла ли она входную дверь. Осмотревшись по сторонам, схватила тяжёлую свечу, закованную в стекло, и с этим оружием осторожно выглянула из ванной. Её встретил изучающий взгляд зелёных глаз, нагло поднявшийся от ног к лицу. Ирма показательно перехватила свечу в руке:

— Я сейчас кину её! Какого пьяного лешего ты здесь делаешь?

Невозмутимость Дэвида бесила.

— Мы договаривались о встрече. Ты, конечно, обещала приватную обстановку. Но, признаться, я не думал, что настолько.

Он выразительно посмотрел на полотенце, прикрывавшее ещё влажное тело.

— Я не сплю с клиентами.

Неожиданно прямое заявление обескуражило больше саму Ирму, нежели мужчину.

— Подождите внизу, Мистер Кавилл.

Кивнув, он улыбнулся и вышел на лестницу, аккуратно прикрыв дверь. Девушка отпустила свечу, с глухим стуком покатившуюся по комнате. Помотав головой, сгорая от смущения, Ирма поспешила одеться. Натянув легинсы и необъёмный безразмерный свитер, надёжно скрывший всё от запястий до бёдер, она наскоро вытерла волосы. Посчитав, что в данных обстоятельствах укладываться — излишняя любезность, собрала их в тугой пучок, закрепив валявшимся на книгах карандашом.

Взявшись за ручку двери, она нервно сглотнула. Былое смущение накрыло с головы до ног.

«К чёрту. Правила хорошего тона нарушает он, а стыдно мне. Чушь какая-то».

Внутренний монолог не сильно помог, но пробудил упрямство, позволившее действовать. Решительность девушки таяла с каждой ступенью. Она уже видела горящий камин и ужин, расставленный на журнальном столике.

— Я сегодня купила обеденный стол, — зачем-то похвасталась Ирма.

Дэвид повернулся, сидя в одном из кресел. Осмотрев девушку, он совершенно откровенно усмехнулся. Попытка скрыться под бесформенной одеждой не осталась незамеченной.

— А бокалы случайно не прихватила?

— Нет. Бокалы у меня уже есть.

Дэвид выразительно поднял бутылку вина. Быстро сбегав на кухню, Ирма протянула Дэвиду штопор. Терпеливо держа в руках большие винные бокалы, девушка бросала голодные взгляды на стейки, упакованные в фирменные боксы одного из самых дорогих ресторанов города. Ей никогда не приходилось там обедать, но запах сводил с ума, намекая, что не зря их шеф-повар возглавляет все рейтинги. Дэвид заметил интерес девушки к еде и, забрав тару из её рук, кивнул.

— Ешь, пока не остыли.

Ирма хотела было спросить, какого чёрта он опять раскомандовался и с чего вообще взял, что её надо накормить ужином вместо деловой встречи, но голод был сильнее. Запрыгнув с ногами в мягкое кресло, она набросилась на стейк. И только съев больше половины, наконец смогла оторваться.

— Очень вкусно. Спасибо. Я и правда с утра не ела.

Дэвид кивнул.

— Я почему-то так и подумал.

Однако он не спешил набрасываться на еду, неторопливо попивая вино. Отблески огня расчертили его лицо тенями. Небольшие морщинки залегли в уголках глаз, и девушка только сейчас заметила усталость на его лице и, отложив приборы, спросила:

— Как твой день?

— Нормально. Тело увезли под утро, но криминалисты только уехали.

— Как Мисс Навил?

Он зло усмехнулся:

— Лучше, чем большинство. Железная.

Ирма замолчала. Она чувствовала, что между ними что-то произошло. Тон и поза Дэвида, когда он говорил о матери, выдавали крайнюю степень напряжения. Но Ирма понимала, что никакого права задавать личные вопросы, не относящиеся к делу, у неё нет.

— Я ничего вчера не смогла узнать. Ну, кроме того, что женщины рядом с тобой не задерживаются, а принадлежность к высшему обществу не идёт в паре с воспитанием и тактом.

— Познакомилась с Томой.

Он не спрашивал, утверждал. Она кивнула.

— Мне жаль, что ничего не получилось.

— Не страшно, — он на секунду задумался, глядя на бокал в руке. Удерживая тонкую ножку, немного наклонил, внимательно наблюдая, как жидкость послушно скользит по гладкой поверхности. — Я отменяю задание, Ирма.

— В каком смысле?

— Не надо никаких поисков.

— Почему? — тихо спросила девушка, боясь вызвать вспышку гнева. Напряженные костяшки его пальцев говорили, что мужчина на грани, сколь бы сдержанным ни старался казаться.

Но он лишь устало вздохнул, надавив на закрытые веки пальцами.

— Не будем о причинах. Этот ужин в качестве извинения за беспокойство. По поводу оплаты…

— Да к чёрту оплату! — не выдержала Ирма. — Меня чуть не убили, я хочу знать, за что страдала.

Он встал, глядя на неё сверху вниз, чётко и безапелляционно произнёс:

— А продолжим поиски, будет не чуть, а убили. Ты выходишь из игры.

— Это не игры, — Ирма подскочила следом — Меня, живую и настоящую, чуть не убили, я помню, как внутри всё выворачивало, как ребра полосовали внутренности, а я ничего не могла сделать, даже вздохнуть!

Он посмотрел на неё. В его глазах не было ни злости, ни раздражения, только чудовищная, бесконечная усталость.

— Да. И если бы Анхелика не успела, ты была бы сейчас рядом с Одри. В шкафу морга с такой же дырой под рёбрами.

— Хочешь сказать, — Ирма осела в кресло от информации, — её убили так же, как хотели убить меня?

— Да.

Мужчина опустился следом. Локти, закрытые кашемиром водолазки, уперлись в колени. Он опустил голову на ладони, через секунду, запустив пальцы в волосы, выпрямился. Руки спокойно опустились на подлокотники, словно и не было этой секундной слабости, когда он дал волю эмоциям.

— Всё сложно. Не надо тебе в это лезть, душа моя.

Впервые он произнёс это не издевательски.

— Я могу за себя постоять.

Он улыбнулся.

— Не сомневаюсь. Но не в этом случае.

Дэвид поднялся, намереваясь распрощаться.

— Расскажи мне об отце.

Не понятно, кто из них больше удивился этой просьбе.

— Зачем?

— Ты всеми правдами и неправдами собирался найти его подарок. Мне интересно.