Мой первый сводный - Тася Лав

нем мало. Никто не в курсе, кто его родители. Но раз он на бюджете, решили, что они никто и забили на это. Может, они шишки и легко подвинули отвечающего за мероприятия, поставив вместо него Леню.

Татьяна вернулась выжатая, как лимон. Видимо, отношение с замом у нее не самое лучшее. Но музыка словно вернула ей сил, через пару песен она активно жестикулировала указкой. Правда, вокальные часы были отменены, но я была рада попеть хотя бы в компании. Перезагрузилась немного.

В столовой к нам подсела рыжуля, махнув своим девочкам оккупировать наш стол. Я уж было хотело возмутиться на то, что нарушается личное пространство, как она заговорила.

— Слушай, хочешь в студсовет? — Выжидательно уставилась на меня.

— Не очень, — я отвела взгляд.

— Денег? Славы? Что ты хочешь? — Продолжала допытываться.

Пожала плечами.

— Да, собственно, у меня все есть.

Юля стукнула кулачком по столу, обращая на себя внимание.

— Мне нужно добраться до сердца Грача, уже три недели подкатываю, и ничего. Будь хорошей сестренкой, помоги своему брату обрести счастье.

Это в виде тебя-то?

Хотелось сказать, но на деле я лишь кашлянула в кулак.

— Я как-то в свахи не нанималась. Нет опыта работы.

— Ой, это не сложно. — Она оживилась, — давайте проведем тусовку. Я все организую, от тебя только согласие нужно и чтобы ты взяла с собой брата.

— Мне как-то не очень нравится идея…

— Ну пожалуйста, пожалуйста. Век должна тебе буду, — рыжуля надула губки.

Оля сидела рядом со мной и со страдальческой миной смотрела на этот цирк.

— Давай так, — Юля встала, взглядом приказывая подняться и остальным своим девушкам, — дам тебе время на размышление. Не буду торопить.

Они ушли из столовой быстрее, чем я успела переварить последнее сообщение.

— Она может быть полезной, — Оля неуверенно посмотрела вслед.

— Еще чего, — я встала, прихватив поднос. Раздражение накатывало волнами, — я не позволю ей подкатывать к нему, потому что…

Тут я на чем-то поскользнулась. Похоже, кто-то пролил чай на пол, а я, разозлившись, не посмотрела под ноги. Поднос вылетел из рук, а я полетела прямо в сладкую лужу. Черт, я в светлом…

Сильные руки поймали меня почти у пола.

— Почему ты ей не позволишь подкатывать ко мне? — Кирилл многозначительно улыбался, держа меня за талию и практически прижимая к своей грудной клетке. Я повернула голову и поняла, что они сидели за моей спиной, за соседним столиком. И, похоже, слышали весь разговор.

Глава 29

Рина

Я растерялась, его запах духов волной вышиб из меня… ну, не мозги, но ближайшие мысли точно. Прикрыла глаза на мгновение, прогоняя наваждение.

— Не хочу в итоге видеть в нашем доме эту подлизу, — повела бровью, выпутываясь из его рук, пока не поздно.

— Как пафосно звучит — наш, — хмыкнул и стряхнул с моего плеча невидимые пылинки. От этих прикосновений словно разряды тока прямо в сердце. Завели дефибриллятором.

Я гневно подняла подбородок, смотря прямо в его наглые глаза. Они улыбались мне, напоминая, что все, что сейчас происходит, для него лишь игра. Игра с чужими чувствами. Только я докажу, что мне плевать на тебя. Спасибо, оступились разок.

— Не обольщайся.

— Больно хотелось, — отбил фыркнув. Сел обратно к парням, продолжая поглядывать на меня.

Я потащила Олю на выход. Та грустно обернулась на Дена.

Хотела бы я попыхтеть на тему несправедливости жизни, и насчет того, что мне в сводные родственники достался этот смазливый засранец. Да он даже ненавидеть его как следует не дает! Но…

Я все эти дни замечала Олины косые взгляды на одного из мажоров. Того, кто уже однажды протоптался по ней и забыл.

— Ты не можешь ему простить неудачное свидание? — Наконец выдала, пока мы шли. И попала в яблочко.

Подруга стала задумчиво крутить пуговицу на рубашке.

— Понимаешь, Рин… Я тобой на все сто процентов согласна, и зла на него, и ненавижу. Но какая-то часть меня все еще тянется… Это иррационально. Он же тупой, бессовестный…

— А еще любит спорить на девушек, и ему плевать на чужие чувства, — легко продолжила за нее. На Дена мне абсолютно плевать, он был еще хуже Кирилла. Более легкомысленный, взрывной и не соображает головой от слова совсем. Еще и приклеился ко мне как банный лист. Вот скажите, если я узнала об их споре, то что сейчас происходит?

Версия 2.0? Или Ден решил поиграть со мной уже лично?

Тогда хреново выходит, пусть переигрывает. А еще лучше отвянет. И мне спокойно и ему мороки меньше. Иначе будет тот еще вопрос, кто кем пользуется больше.

— Ну вот, — Оля пожала плечами, — мне хочется и быть к нему ближе, и отдалиться. Но вроде бы пока что у меня получался независимый вид.

— Вот такой и держи. — Я подняла указательный палец.

— Но это сложно, учитывая, что он к тебе подкатывает. Скажи, Ден тебе нравится? — Вопрос Оли не застал меня врасплох. Я была спокойна, как корабль в штиль.

— Нет, Оль. Даже не смей ревновать его. Он хочет поиграть, но игрушке он неинтересен.

Она насупилась.

— Ты же согласилась с ним пойти на тусовку.

— Я уже говорила почему. Ден мне нужен чисто для отмщения. — Да, логика у меня порой хромает, и некоторые поступки принимаются в силу эмоций. Так что от решения сходить на тусовку я поняла, что братцу нравится играть в спасателя. А мне нравится, когда меня спасают…

Не заиграться бы.

— Лучше бы меня с собой взяла, раз он тебе не нужен…

Я сочувственно, как взрослый на ребенка, посмотрела на Олю.

— Тебе оно надо? Одного раза не хватило?

— Теперь все будет по-другому! Я знаю, как себя вести! Может, я тоже отомстить хочу…

Моя улыбка вышла немного наигранной. Ну-ну, отомстить.

Мы дошли до кабинета, где у нас последняя пара. Сзади уже слышался гвалт приближающихся парней. Даже не оборачиваясь, я знала, кто это. Оттого и ускорила шаг из-за нежелания лишний раз пересекаться.

Тупо, учитывая, что они учатся с нами в одной группе, еще и соседи по партам. Но хоть как-то я должна минимизировать его влияние на свое сердце.

— Рассаживаемся, побыстрее, — старая преподавательница решила даже не ждать начала звонка. Звонок для учителя, и все в таком духе. Но пока мы все уселись, он как раз прозвенел, так что она зрила в корень, не теряя ни одной полезной минуты своего урока.

Я согнула ноги под стулом и принялась усердно выводить первые предложения, что она записывала на доске. Как только она дописывала до конца доски, начало стирала, так что