Вместе или нет - Ава Уайлдер

За несколько дней до съемок шоу Лайле прислали краткую анкету с вопросами о Шейне, а он, как она догадалась, ответил на подобные вопросы о ней. Во время перерыва продюсер вручил им по небольшой стопке карточек с их ответами, чтобы они потом сопоставили свои ответы в стиле игры для новобрачных.

– Итак, вы двое знаете друг друга уже довольно давно, ― сказал Джоуи, когда перерыв закончился. ― Сегодня мы проверим, насколько хорошо.

Они начали с простого, с основных фактов: сколько у Шейна братьев и сестер (двое) и где росла Лайла (Филадельфия). Оба ответили правильно.

Джоуи посмотрел в свои карточки.

– Лайла, следующий вопрос о тебе. Чем ты обычно перекусываешь на съемочной площадке?

Лайла моргнула. Ей и в голову не приходило, что наборы выданных им вопросов будут немного отличаться друг от друга ― вероятно, для того, чтобы ответы иногда получались неожиданными. Она ухватилась за первое, что всплыло в памяти.

– Э-э-э… миндаль?

Лайла пожалела об этом раньше, чем слово сорвалось с губ. Она действительно любила миндаль, но из-за того, что это прозвучало как часть безумной диеты из какого-нибудь женского журнала, все теперь увидят в ней очередную неврастеничную актрису, помешанную на поддержании веса. Кем, возможно, она и была, но в разумных пределах. В любом случае, это не тот ответ, который мог бы расположить к ней публику, а ведь в этом и заключался главный смысл происходящего.

– Отлично, прекрасный выбор, ― сказал Джоуи. ― Немного скучноватый, зато цельный. Шейн, давай посмотрим твой ответ. Что Лайла любит есть на съемочной площадке?

Шейн перевернул одну из своих огромных карточек и показал Лайле. Лишь только увидев, что там написано, она откинула голову назад и от души рассмеялась, чем немного шокировала даже себя. Ведь это была ее первая искренняя реакция за весь вечер.

На карточке было написано: ЧИПСЫ И ЭНЕРГЕТИКИ.

Джоуи тоже рассмеялся, захлопав в ладоши, как дрессированный тюлень.

– Твоя тайна раскрыта, Лайла. Я сразу понял, что «миндаль» звучит как-то подозрительно.

Лайла и Шейн переглянулись.

– Без комментариев.

– Так-так, я понял, что происходит. Что ж, продолжаем в том же духе. Шейн, кто был первой знаменитостью, в которую ты влюбился? Наконец-то переходим к действительно насущным вопросам, ― добавил Джоуи себе под нос, бросив в камеру якобы пресыщенный жизнью взгляд.

– Моя первая влюбленность в знаменитость? ― Шейн немного подумал. ― Наверное… Джинджер Спайс[28].

Джоуи выразительно кивнул.

– Отличный выбор, дружище, отличный выбор. Полностью одобряю. Лайла, ты справилась?

Лайла ощутила трепет самодовольства, когда перевернула карточку: ДЖИНДЖЕР СПАЙС.

– Молодец! ― воскликнул Джоуи. ― А знаешь, Лайла, в тебе самой есть что-то от Джинджер. ― Следующий вопрос он адресовал Шейну. ― Лайла когда-нибудь надевала для тебя коротенькое платье с британским флагом[29]?

Лайла громко расхохоталась ― она уже просто мечтала встать под обжигающе горячий душ, который обязательно понадобится ей, чтобы смыть с себя это интервью.

Лицо Шейна помрачнело.

– Вообще-то обычно его надеваю я.

Толпа засвистела и затопала, Джоуи поморщился.

– Этот образ мне совершенно точно был не нужен.

Лайла закатила глаза.

– Мы можем перейти к другим вопросам? Пожалуйста.

Она хотела, чтобы ее слова прозвучали игриво, но сказанные вслух они показались ей язвительными.

Джоуи вновь разложил карточки.

– Ладно. Похоже, игра теряет свое очарование, но, к счастью, мы дошли до последнего вопроса. Он для тебя, Лайла. ― Джоуи принял серьезный вид и с драматическими нотками в голосе прочитал три слова: ― Самый. Стыдный. Случай.

Лайла замерла. Она смотрела на Шейна, пытаясь понять, про что он мог написать. Ответ напрашивался сам собой: про ее неудачный фильм. Агент Лайлы предупредил продюсеров шоу, что эта тема категорически закрыта для шуток в интервью, но Шейн мог запросто соскочить. Вот только стал бы он про это писать, или нет? Он же себя выставит в плохом свете.

– Э-э-э… ― Лайла на мгновение замялась, взмолившись про себя, чтобы ей пришло в голову что-нибудь другое. Внезапно ее осенило. ― О! Однажды, когда мы снимались, на мне были такие конкретно обтягивающие штаны из чего-то наподобие тонкого атласа, а в сцене мне приходилось приседать раз за разом, пока, наконец…

Она замолчала, поморщившись.

– Ты не порвала штаны? ― подсказал Джоуи.

– Да, они порвались, ― подтвердила Лайла со смехом, и зрители присоединились к ней.

Лайла и Джоуи вместе посмотрели на Шейна. Он переворачивал карточку медленно, как в рапиде, пока Лайла слушала, как отдается стук сердца в ее ушах и изо всех сил пыталась расшифровать показавшиеся буквы: ПОРВАЛА ШТАНЫ НА СЪЕМКАХ.

Лайла испытала такое сильное облегчение, что у нее закружилась голова. То, что Шейн не стал унижать ее на национальном телевидении, по его меркам было ерундой, но Лайла оценила его благородство.

Зрители с восторгом приветствовали их удачный ответ, и Джоуи сделал паузу, чтобы подождать, пока крики стихнут.

– Я бы с удовольствием посмотрел тот неудачный дубль, если вы понимаете, о чем я, ― сказал он, пошевелив бровями в камеру.

Улыбка на лице Лайлы будто застыла. Она понимала, что добродушные подтрунивания были частью фирменного стиля Джоуи, но это не спасало от ощущения, что каждый волосок на ее теле встал дыбом. В любых других обстоятельствах у нее не возникло бы проблем с тем, чтобы дать отповедь ведущему или вообще уйти, но в данную минуту перед ней было только два варианта, ни один из которых не казался хорошим: возмутиться и приобрести реноме стервы без чувства юмора или промолчать, выставив себя размазней.

Однако, к ее удивлению, вмешался Шейн с третьим вариантом, который она даже не рассматривала.

– Приятель, я не понимаю, о чем ты, ― сказал он очень серьезно.

Улыбка Джоуи погасла.

– Да ладно вам! Это всего лишь шутка.

– Я не понимаю таких шуток, ― спокойно повторил Шейн, устремив на Джоуи немигающий взгляд. ― Объясни.

Зрители многозначительно захихикали.

Джоуи показушно потянул себя за воротник.

– Господи, какие же они крутые!

Он повернулся к камере, плавно выведя их из кадра, поблагодарил за участие и объявил рекламу. Лайла нисколько не сомневалась, что последний обмен репликами будет вырезан из передачи до того, как вечером она пойдет в эфир.

Музыка заиграла громче, камеры повернулись назад, и Джоуи наклонился, чтобы якобы завести с ними светскую беседу, пока продюсер не скомандовал «Снято!». Затем без особых церемоний их подняли с дивана.

Когда они пошли обратно за кулисы, Лайла взглянула на Шейна.

– Спасибо, ― прошептала она.

Шейн посмотрел на нее, но ничего не ответил. Ему и не нужно было отвечать. С удивлением Лайла почувствовала его руку у себя