Ах, как же нам украсть бриллиант? или Академия общей магии - Елена Александровна Помазуева

бриллиантом и выяснить все с Кристиной, хотя мы убеждали, что лучше пусть сама бриллиант достает. Упертый Демон решил идти до конца. Мы его поддержали, когда нам была обещана премия, которая приятно согрела мое сердце. О мотивах Одинцова, я начала догадываться.

Занимательный разговор Круза с ювелиром выглядел как игра в пинг-понг. Пришлось нашему другу отступать без бриллианта. Впрочем, мы не думали, что ювелир отдаст его. Нам светило ограбление ювелирного. В общем я была не против провести еще одну операцию. Только Демона было жалко.

Большего сочувствия он вызвал в квартире Одинцова. Мой лонг переполняли не отвеченные вызовы. Просмотрев список имен, я тихо застонала.

— Демон, ты только держись, — погладила парня по плечу.

— Что? — он испугано оглянулся на лонг.

— Сто тридцать семь вызовов от Ниночки. — Испуганный взгляд Демона метнулся в сторону Одинцова. — Она тебе совсем не понравилась?

— Рита, прекрати, — его состояние вызывало сочувствие.

Одинцов с энтузиазмом снова мучил свой лонг. Я решила не отвечать на вызовы. Демона отправили спать на диван.

Одинцов сидел на кровати спиной ко мне; на экране мелькали схемы и фотографии — одни казались знакомыми, другие я видела впервые. Однако мой взгляд был прикован к мужчине. Я размышляла о переменах, перевернувших мою жизнь. Как вышло, что мы теперь неразлучны? И вот он уже совершенно серьезно рассуждает о свадьбе, а мы вместе выбираем обручальные кольца.

— Мирослав, ты, правда, хочешь на мне жениться? — протянула к нему руку и погладила его спину.

— Да, Ритусь, очень хочу, — он резко повернулся ко мне, бросив свой лонг.

— А ты меня любишь?

— Очень люблю, — наклонился и поцеловал.

— Как-то неожиданно, — тихо проговорила я.

— Я давно люблю тебя. С первого дня знакомства, когда отчитывал в своем кабинете. Помнишь? Я оттирался от зеленой краски, ты стояла, переминаясь с ноги на ногу, и все время извинялась. Знаешь, я поверил, что ты больше не будешь, — улыбнулся он.

— Ты не простил меня и назначил наказание! — возмутилась я.

— Так положено, во избежание, — Одинцов медленно и с удовольствием поцеловал меня.

— Ну, пусть назидание, но потом? Ты все время меня вызывал в кабинет, — оторвалась от него.

— Ритусь, а как еще можно тебя увидеть? Помнишь Марту? Она тебе правду сказала, — рассмеялся Одинцов.

— Какие у вас отношения с Мартой? И почему ты хорошо знаешь тот дом? — сделала ударение на слове «тот».

— Любопытная моя, — Одинцов спустил рубашку с моего плеча и стал медленно целовать между словами. — Я раньше следователем работал, она являлась моим агентом. Передавала сведения о клиентах, или прикрывала, как нас с тобой.

От его поцелуев мурашки разбежались. Приятно чувствовать на коже его губы, но любопытство победило.

— Сколько ты работал следователем? — выдохнула я.

— Недолго, всего лет семь. Я был хороший следователь, — его поцелуи сводили с ума. Его руки расстегнули пуговички на белой рубашке, которую я полюбила.

— Сколько тебе лет?

— Я не сильно старый. Тридцать семь, — улыбнулся Одинцов.

— А зачем в АОМ пришел? Вроде следователь и ректор разные профессии, — перехватила его руку на своей груди, невозможно думать, когда тебя гладят.

— Очень давно дал обещание преподавать. Когда он умер, решил, пора исполнять. — Мирослав стал грустным.

Я потянула его к себе и поцеловала, больше вопросов не задавала. Можно потом спросить. Не хотелось портить замечательно начинавшийся вечер. Или ночь.

Наше дыхание слилось в едином ритме, а откровенные поцелуи требовали такой же неистовой взаимности. Не было ничего прекраснее, чем раскрываться навстречу желанному мужчине, разжигая в нем ответный пожар. Его губы обжигали, заставляя меня плавиться и трепетать, а руки уверенно ласкали каждый изгиб тела, словно оно безраздельно принадлежало ему.

Я несмело исследовала его в ответ, ощущая, как под моими ладонями напрягаются мышцы живота и пробегает дрожь предвкушения. Жаркий шепот и нежные слова делали ожидание невыносимым, а влюбленный взгляд манил за собой. Моя магия лишь улыбалась, оставляя этот миг только нам.

Не выдержав сладкой пытки, я притянула Мирослава к себе, жадно целуя и сплетаясь с ним в единое целое. Он дарил невероятное наслаждение, наблюдая за моей покорностью и восторгом. Накал страсти достиг предела, и в какой-то миг мир вокруг перестал существовать, взорвавшись мириадами атомов, словно при рождении новой вселенной.

— Рита, пора вставать, — голос Мирослава разбудил вместе с ароматом кофе.

Я счастливо улыбнулась замечательно начинающемуся дню.

— Спасибо, — присела на кровати и с удовольствием сделала первый глоток кофе.

Мирослав смотрел на меня и счастливо улыбался, поглаживая по обнаженной ноге. Я испытывала удивительно приятное ощущение от его спокойного вида и ласковой руки.

— Ты рано встал? — улыбалась ему, вспомнив вчерашнюю ночь и его ласковые слова.

— Немного раньше, чтобы сварить тебе кофе, — Мирослав кивнул на мою чашку.

Я опять, не задумываясь, постукивала по ней пальчиком, добавляя заряд для бодрости.

— Твоя магия пахнет цветами. Никогда не думал, что запах кофе хорошо сочетается с ароматом цветов. Будто пьешь кофе среди сада.

Удивительно приятно и радостно встречать утро с ним.

— Как дела с ювелиром? — кокетливо положила ногу ему на колени.

— Не сбежал из страны, если ты об этом спрашивала, — улыбнулся Одинцов.

— А он мог? — совсем об этом не думала.

— Мог, конечно. У него слишком много имущества. Круз его, конечно, напугал скорым визитом. Он надеялся успеть продать бриллиант, а теперь затаился. Скорей всего хранит его в сейфе в магазине, — говоря, он поглаживал мою ногу.

— Только бы опять в банк не положил, — застонала я от досады.

Но некоторые расценили мой стон совсем по-другому. Мирослав поставил чашку кофе, отобрал мою, а мне ничуть не жалко стало. Его глаза вспыхнули огнем, который просто заворожил меня.

Остывший кофе всё ещё дразнил своим ароматом. Раздумья о том, стоит ли немедленно отправиться в душ или позволить Мирославу сначала сварить новую порцию напитка, прервал настойчивый стук в дверь.

— Входи, — отозвался Одинцов.

— Ты что? Я не одета! — придушенным шепотом возмутилась на него.

— Рита, я тебя видел не одетой, — улыбнулся Демон.

— Сгинь! — кинула в него подушкой.

— Как ты с ней справляешься? — поймал подушку он.

А я залезла под покрывало