Ненужная жена. Хозяйка брошенного сада - Алиса Князева

Когда у меня заканчиваются аргументы, он неожиданно перехватывает мою руку и сдирает повязку раньше, чем я успеваю среагировать. На коже красуется рисунок, и, когда дракон поднимает свою руку и подносит к метке, рисунок будто бы начинает светиться изнутри. Тускло-тускло.

Как там Рыжикс сказал? Мы с ним связаны? Похоже, это подтверждение.

Некоторое время Рейнир хмурится. Мне начинает казаться, что он верит мне, но тут дракон морщится и отступает.

— Нет, это невозможно, — выдаёт мужчина. Серебристые глаза жутковато светятся изнутри. — Ты что-то сделала. Это ещё одна уловка. Слишком удобное объяснение.

— Я не вру! — вот теперь я готова расплакаться. — Как мне доказать?!

Вместо ответа правую руку Райнера окутывает огонь. Будто перчатку из пламени надел. Сине-красные язычки лижут его пальцы, изредка отрываясь оранжевыми всполохами.

Ну… вот и всё, да? Кончилась моя вторая жизнь? Из этой ситуации вообще был безопасный выход?

Я теперь насовсем умру?

Неожиданно на окно запрыгивает Рыжикс. Взметнув пушистым хвостом, он мяукает, отвлекая Рейнира. Дракон лишь слегка поворачивает голову. Котик снова что-то жрёт, но его голоса я не слышу.

Он не со мной говорит? Пожалуй, если бы передо мной не стоял злющий дракон (рука которого горит, блин!), я б может поревновала немного. Для профилактики.

«Скажи ему: Значение имеет только степень искренности».

«Рыжикс, лучше помоги! Он взбесился и сейчас…».

— «Я и помогаю. Вслух говори!»

Ничего не понимая, я повторяю:

— Значение имеет только степень искренности.

Это срабатывает как заклинание. С руки Рейнира исчезает пламя, и он бросает взгляд на своё предплечье, которое светится так же, как у меня. Выглядит нервным, ещё не до конца успокоившимся и готовым драться. Тело не понимает, что опасности нет.

И тут до меня доходит. Рыжикс говорил, что его слышат только сильные маги, драконы и те, кто не из этого мира. Я прошла проверку.

— Как долго ты здесь? — даже голос у мужчины меняется, становится тише, как-то интимнее. — С какого момента?

— Как очнулась там, в больнице.

Он кивает.

— Ты помнишь что-то из прошлого Вивиан?

— Нет, — сглатываю я. — Ничего.

— Плохо, — кривится дракон.

Становится неловко. Мне бы радоваться, что между нами пропадает напряжение, но вместо этого я чувствую странную тоску. Будто нас больше ничто не связывает. Словно он сейчас уйдёт, а я останусь одна. Удивительно, как быстро открытая тайна привязывает тебя к кому-то.

— Ви! — слышно из-за двери. — Вы, где ты?

— Девочка знает? — спрашивает Рейнир.

— Нет, — тихо отвечаю я, а позже добавляю громче. — Я здесь, Элли! Сейчас спущусь!

Немного нервно оправляю одежду. Сорванную повязку и место открывшейся метки прячу рукавом. Боже мой, он же в спальню меня затащил. Такое чувство, что мы тут…

— И что дальше? — решаюсь спросить я.

Дракон не отвечает. Всё ещё смотрит на меня нечитаемым взглядом. Попробуй угадай, что сейчас в его голове происходит.

— Ви! — Элли подходит к спальне. — У тебя всё хорошо?

— Точно, — я распахиваю дверь, впуская свет в комнату. — Мы просто разговаривали. Идём ужинать?

— Да! — девочка радостно подпрыгивает и бежит к лестнице.

— Не споткнись! — бросаю ей в спину и оглядываюсь. — Ты идёшь?

Рыжикса на окне уже нет. Рейнир так и стоит посреди комнаты. Если б не белые волосы и тускло мерцающие серебром глаза, совсем сольётся с тенями. Он думает примерно пять грохочущих ударов моего сердца, а после делает шаг ко мне. Недоверчиво, будто зверь, которого выманиваешь из укрытия на колбасу.

Я киваю сама себе и расправляю плечи храбрясь.

Пойду кормить дракона. Теперь, если ему не понравится, у меня хоть отмазка будет.

Глава 32

Садимся за стол. Рейнир взмахом руки выгоняет деревянных девушек наверх, садится за стол и только после этого будто бы начинает размышлять, что он делает и зачем.

Элли устаивается напротив него, бесстрашно рассматривая дракона. Я ещё помню, как он на неё рявкнул и на месте девочки держалась бы от чокнутого подальше. Впрочем…

Нет, после того, что случилось наверху, я не вправе на что-либо фыркать, мозгов у меня точно не осталось.

Несколько рассеянно накладываю в тарелку пюре, рядом мясо в соусе, ставлю перед мужем и беру следующую тарелку, чтобы положить еды уже Элли. Неловкое молчание заставляет звенеть воздух, но я стараюсь делать вид, что всё нормально.

Что в итоге сделает Рейнир? Прикончит меня? Сдаст куда-нибудь на опыты? Понятия не имею, что дальше.

Положив себе, сажусь рядом с Элли и только сейчас замечаю, что ни один из них не притронулся к еде.

— В чём дело?

Элли с опаской косится на меня, потом берёт вилку и ковыряет пюре с края.

— А можно пирог? — спрашивает она, как бы невзначай оглядываясь на «шарлотку».

— Милая, это после еды, — улыбаюсь я. — Поешь немного. Видишь, мы наконец освоились, уже, теперь еда будет горячей и приготовленной, а не просто… что придётся.

— Я не хочу мясо. Оно невкусное.

— Откуда знаешь? — хмурюсь я. — Ты же к нему даже не прикоснулась.

— Просто не хочу!

Становится неловко. Элли была безупречным ребёнком все эти дни, когда я понятия не имела, что мне делать и как выживать в этом заброшенном доме с кучей опасностей, отсутствием возможности спросить у кого-нибудь совета или попросить помощи. И вот теперь, когда за столом с нами хмурый дракон, она так некстати начинает упрямиться. Я же знаю, что она голодная. Помню с каким интересом она крутилась вокруг меня, когда только готовили, а сейчас что случилось?

— Давай хоть немного? Съешь пюре, и я отрежу тебе пирога?

— Не хочу! Хочу пирог!

Блин, ну как же некстати!

— Эй.

Мы замолкаем и поворачиваемся к Рейниру, который наблюдает за перепалкой, сложив руки на груди. Элли тут же тушуется, а я немного сжимаю голову в плечи, готовясь то ли бежать, то ли защищаться.

— Съешь десять ложек пюре и получишь свой пирог.

Я недоумённо поднимаю бровь. Что это с ним?

— Но я не