Отряд "Везунчиков" или оковы проклятий - Эстер Рейн

по лесу, а по большому тракту. Наши вещи и запасы везло на себе вьючное животное, некая смесь птицы и динозавра. Я с опаской поглядывала на огромный тупой клюв и оранжевые глаза. Честно говоря, я бы предпочла, чтобы нас сопровождала лошадь, но здесь я этих благородных животных еще не встречала.

Среди вещей, которые собрали с собой мои мужья, оказалась небольшая палатка-шатер и широкий мягкий футон. Так ночевать было намного приятнее, хотя нам часто доводилось останавливаться и в придорожных тавернах. В общем, путешествие стало для меня намного приятнее, и я совсем расслабилась. А когда в небольшом пролеске, где мы отдыхали от полуденного солнца, над моей головой раздались грохот и треск, я лишь удивленно подняла голову. Кто-то из мужчин успел среагировать и дернуть меня в сторону. Через секунду на землю рухнуло что-то большое с белыми крыльями.

Когда кружащие листья улеглись, я разглядела стройную фигуру мужчины, одно из больших белоснежных крыльев неестественно поникло, а неизвестное мне существо испустило страдальческий стон.

— Что с вами? — Я бросилась к раненому.

Голова, украшенная золотыми кудрями, приподнялась, и на меня обратило внимание, полное боли, самое красивое лицо, которое я когда-либо видела. Правильные тонкие черты, лазорево-голубые глаза, немного припухшие губы, кажется, этот молодой мужчина сошел с обложки местного журнала, если таковые здесь имеются. Я замерла, приоткрыв рот, мое сердце пропустило удар, а в голове заиграла романтическая музыка, моя фантазия добавила спецэффекты в виде сыплющихся лепестков роз. Кажется, именно так сваливается на голову любовь с первого взгляда.

— Госпожа, помогите мне… — простонал красавец, протягивая ко мне залитую кровью руку.

Его голос показался мне медом, что произнесли его губы? «Госпожа, будьте моей…» Все мысли разом отупели и стали пускать слюни, прямо как принц, о котором я, кстати, начисто забыла. Он еще считается моим мужем, если не было консумации брака? Надо спросить у дракона, он все знает.

Я стиснула протянутую мне ладонь, а небесное создание снова простонало, крепко ухватившись за меня:

— Мое крыло сломано… это невыносимая боль…

«Вы так прекрасны… я сражен вами…» — пропело мое воображение.

— Вы можете меня исцелить?

«Вы возьмете меня в мужья?» — услышала я.

— Да! Конечно! — последовал мой радостный ответ.

— Отойди, ты мне мешаешь. — Грубый голос ящера ворвался в мою иллюзию, а его руки бестактно сдвинули меня в сторону.

Я стряхнула наваждение. Впервые сталкиваюсь с такой неистовой симпатией к мужчине, может быть, это особенность его расы? Я проморгалась и посмотрела на своих мужей. Их лица были сосредоточенны, кажется, никто не заметил моего состояния. Я снова аккуратно посмотрела на крылатого. Мое сердце тут же трепетно забилось, но в остальном стало полегче. Может и правда, это просто любовь с первого взгляда?

— Что с тобой произошло? — спросил Дайягон, пока водил над сломанным крылом руками.

— Я сбежал от невесты. Ее стражники погнались следом. Меня пытались пленить, но мне удалось спастись, хотя цена оказалась высока.

От упоминания невесты мое сердце ужалила ревность. Да что же это такое! Я знаю этого мужчину всего пару минут, а уже теряю самоконтроль.

— Ирвингов и так осталось слишком мало. Ломать друг другу крылья — последнее дело, — пробурчал Дайягон, его лоб покрылся испариной, лечение давалось ему тяжело.

— К сожалению, не все разделяют твоего мнения, о, мудрый дракон. Наши жены часто ломают нам крылья, чтобы держать в узде.

— Какая жестокость! — воскликнула я.

— Твои крылья уже были сломаны, я чувствую старые следы на сросшихся костях.

— Это моя мать. Когда отец улетел от нее, она выместила всю свою злость на мне.

Моя душа сжалась от сострадания, а глаза буквально наполнились слезами, мне нестерпимо захотелось прижать ирвинга к своей груди и пожалеть. Если бы меня не толкнул Дружок, возможно, я бы так и сделала, но его движение отвлекло меня.

— Готово. Но пару дней тебе лучше не летать, — наконец произнес дракон.

— Я премного тебе благодарен. Если я могу чем-то отблагодарить тебя, только скажи!

— Не ломай больше свои крылья, этого будет достаточно, — буркнул ящер, кажется, его тоже затронула симпатия к этому незнакомцу.

— Мое имя Валамео. Я счастлив встрече со всеми вами, — произнес крылатый мужчина.

Глава 28

После того как мы все познакомились, мужчины помогли ирвингу подняться на ноги, он был сильно ослаблен и мог стоять, только оперевшись на близлежащий ствол дерева.

— Мне очень неловко просить об этом, но не могли бы вы мне позволить какое-то время путешествовать с вами? — спросил Валамео.

Я с мольбой посмотрела на дракона, словно ребенок, который увидел игрушку в магазине. Уловив, куда направлен мой взгляд, ирвинг тоже направил свои небесно-голубые глаза на Дайягона.

— Думаю, ты не сильно нас обременишь. По сути, мы никуда не торопимся.

Из переполненного мольбой мой взгляд стал удивленным. Вечно недовольный ящер постоянно нас подгонял! Может быть, ирвинг и на него производит какой-то особенный эффект?

— Я слышал о мудрости и милосердии драконов, но не имел возможности наблюдать ее. — Валамео слегка поклонился и тут же побледнел. — Драконы редко покидают свои земли, могу я поинтересоваться, что вы делаете на большом тракте?

— Сопровождаю этих глупцов. Без меня они беспомощны, как котята, и вечно попадают в неприятности. — Кажется, Дайягон возгордился еще больше.

— Вообще-то! — начала я возмущенно.

— А вы, прекрасная госпожа? Разве дорога пешком не утомляет вас? — Валамео улыбнулся так очаровательно, что возмущение тут же погасло.

— На самом деле я достаточно выносливая… — Глупая улыбка, а через мгновение на щеках запылал румянец, потому что фраза показалась мне двусмысленной, но это же не так? Это мне только кажется?

— Мы заботимся о нашей супруге, стараясь сделать ее путешествие как можно приятнее, — вмешался Серп.

— Нисколько в этом не сомневаюсь.

— Если с разговорами окончено, может быть, отправимся в путь? — Ран тоже не выглядел слишком довольным.

— О, простите! Я слишком любопытен и нерасторопен.

Каждый шаг ирвинга давался ему с явным трудом, да и залитая кровью одежда вызывала косые взгляды редких торговцев, которые путешествовали по тракту. Если бы у нас была лошадь, то мужчину можно было бы посадить на нее, но