Блондинка не сдается - Надежда Юрьевна Волгина

- А тебе? – посмотрел на старшего портье Рикардо. – Тебе зачем? Ты явно способен на большее.

- Так я и не планирую всю жизнь работать портье. Вот закончу учебу, там видно будет, - пожал плечами Андрей.

Точно! Он же говорил, что параллельно учится в университете на заочном. Как-то из головы вылетело. Да и не удивительно. Работа портье оказалась не такой простой, как Рикардо сначала думал. Загруженность порой бывала даже больше ста процентов. Как вот сегодня. На передых не оставалось времени. Правда, сейчас вот образовался небольшой вакуум. Оставалось надеяться, что продлится он еще какое-то время.

- Пойду подышу воздухом, пока никто не вошел в эту дверь. Ну или не вышел, - кивнул Рикардо на вход в отель.

- Валяй, - разрешил Андрей. Сам он тоже устал и явно мечтал о парочке часов сна.

Не успел Рикардо удобно устроиться на лавочке в скверике, как позвонил отец. Как чувствовал, что у сына выдалась свободная минутка. И хотел бы Рикардо не отвечать, да совесть не позволила. Не так уж часто ему звонил отец. И это значит, что звонит он по делу.

- Как дела, сын? – начал отец разговор в традиционной манере. Он всегда задавал этот вопрос первым, хоть частенько ответ на него отца не очень и интересовал.

- Всё хорошо! – бодро отозвался Рикардо.

- Рад слышать, - не изменил своей лаконичности отец. – А что на личном фронте?..

- Тоже всё хорошо! – не сдержал блаженной улыбки Рикардо, вспоминая вчерашнее свидание, и какой нежной с ним и вообще была Ульяна. Прошло совсем немного времени, а по этой девушке он уже ужасно соскучился. И даже возможности поговорить с ней по телефону сегодня не было.

- Вот как? Я же правильно понимаю, что говоришь ты о своей русской девушке? – в голосе отца послышалось удивление.

- Пап, у нее красивое имя – Ульяна, - чуть ли не пропел Рикардо. Хотя, до сих пор имя это казалось ему странным на слух.

- Это неважно. Так говоришь, у тебя с ней всё серьезно?

- Еще как! Пап, я хочу на ней жениться. Но сначала хочу познакомить ее с тобой и мамой…

Повисла пауза. Разговор с отцом казался Рикардо немного странным. Вернее, странно вел себя отец. Он явно ждал услышать что-то другое от сына. Но почему? Ведь свои намерения касательно Ульяны Рикардо обрисовал уже давно, еще при личной встрече.

- Даже так? – наконец произнес отец. – Ладно, сын, не буду больше отвлекать тебя. Пока, - отключился отец и сделал это вовремя. К отелю как раз подъехал минивэн, из которого выгрузилась новая партия гостей.

***

Лоренсо отложил телефон и какое-то время задумчиво потирал свою стильную бородку. При этом он озадаченно хмурился.

Что там у них происходит? Почему сведения, полученные сначала от управляющего, а потом от собственного сына, настолько разнятся? Не грядет ли катастрофа, которая может испортить жизнь не только Рикардо, но и ему лично? Да и счастье единственного сына (хоть и оболтуса) стояло у Лоренсо на первом месте.

Встав из-за стола и потянувшись, мужчина неспешно покинул кабинет.

- Альба! – зычно позвал он, когда спустился в холл собственного дома.

- Да, сеньор, - тут же появилась служанка.

- Попроси сеньору Мартин собрать в дорогу мой саквояж, - велел ей Лоренцо.

- Сколько дней вы будете отсутствовать, сеньор?

- Дня три, не больше…

Происходило что-то странное, в чем Лоренцо решил разобраться лично. И путь его лежал в Россию.

Глава 36

Вот уж не думала не гадала, что после одной недели работы в качестве переводчика оценю в полном объеме всю прелесть выходных. А у меня их впереди было целый два! Суббота и воскресенье. И впервые я проснулась в гостиничном номере не от звонка будильника и полностью выспавшаяся.

Вчера вечером мне позвонил Рикардо. Я тогда была у Марины. А время уже приближалось к десяти. Он звонил, чтобы пригласить меня на свидание, а я ему отказала и в довольно грубой форме. Сама понимала, что поступаю невежливо. И даже причины такого поведения мне были понятны. Никак не получалось избавиться от обиды на испанца. Целый день он не нашел возможности позвонить. Сделал это только довольно поздним вечером. А я ждала… Не хотела, но ждала. И я о нем думала, что тоже меня порядком нервировало. Ну и все это вылилось в мое раздражение, а выплеснуть его я решила на голову Рикардо. Почти сразу же мне стало стыдно, еще и Марина подлила маслица в огонь.

- А ты не думаешь, что он мог быть занят? – недовольно разглядывала меня подруга.

- Думала, - кивнула я. – И о занятости своей он мог предупредить меня заранее.

- Что вы говорите? – усмехнулась Марина. – А ничего, что ведешь ты себя так, что бедный Рик не знает, на какой козе к тебе подъехать?

- Нашла бедненького, - не осталась я в долгу. Раздражение никак не хотело во мне утихать. – Считаю, что так должны вести себя вежливые люди.

- При этом, ты можешь вести себя с ним как угодно, да?

- А я веду себя нормально…

В конечном итоге, мы с Мариной едва не разругались из-за Рикардо. И напоследок она мне заявила, что если и дальше буду задирать свой нос, то он устанет меня обхаживать и плюнет на меня. На что я ей ответила, что только рада буду такому сценарию.

На самом деле, я не радовалась. И сегодня утром еще сильнее сожалела, что была вчера с испанцем так резка. К своему удивлению я поняла, что скучаю по нему, что мне не хватает его смеющейся физиономии и неугасаемой энергии. Да и просто разговаривать мне с ним нравилось.

Как раз в тот момент, когда выходила из ванной, в дверь номера постучали. Я даже спрашивать «кто?» не стала, почему-то была уверена, что там Рикардо. Но за дверью стоял посыльный и держал в руках букет роз. Оставалось надеяться, что они не от Шарля Дюбуа. Тот, к моей радости, в компании с Пилар и еще несколькими французами отбыл из отеля куда-то на все выходные. Вернуться обещались в воскресенье вечером. Мне тоже предлагали поехать, но, конечно же, я отказалась. И меня даже не интересовало, где именно они планируют отдыхать.

- Цветы для самой красивой девушки! – торжественно вручил мне букет посыльный и добавил: - Слова не мои, а дарителя, - и тут же густо покраснел.

- Спасибо! – уткнулась я носом в сочно-розовые бутоны, издающий тонкий аромат. Записку в цветах заметила сразу же, но прочитала, когда посыльный ушел.

Цветы были не от