Причал её надежды - Ольга Ивановна Маслюкова

В его памяти мгновенно воскрес тот пылкий день на яхте. Иван встал и подошел к Софии. Попытался обнять сзади, но девушка, почувствовав теплое дыхание, дернула плечами, дав понять — ей неприятно. Он убрал руки.

— Мне было с тобой хорошо, — прошептал.

София молчала. Иван вернулся за стол.

В ее взгляде не было ни гнева, ни отчаяния, ни сожаления — ничего из того, что бывает у брошенных женщин. София вдруг стала спокойной и впервые за долгое время почувствовала согласие с самой собой.

— Что ты собираешься теперь делать? — спросил Иван, не сводя глаз с гордого лица. В его ироническом взгляде словно сквозило: «Посмотрим, что ты скажешь».

Она пожала плечами:

— То, что должна. Пришла пора стать взрослой.

— Я не знал тебя такой.

— У тебя было мало времени, чтобы узнать.

Вдруг дверь распахнулась, и в кабинет, как фурия, влетела Кира.

— А я думаю: куда же делась переводчица София? А она здесь! Быстро же ты перестроилась!

— Кира! — повысил голос Иван.

— Ванечка, да я ничего. Просто вижу то, о чем догадывалась: эта смазливая девчонка не дура, знает свой расчет.

— Кира, успокойся. Я сам ее пригласил.

— Конечно, сам. Она тебя зацепила. Прикинулась овечкой, а сама, как увидела тебя, готова затащить в постель.

— Кира, что ты себе позволяешь?

— Ничего. Просто хочу открыть тебе глаза.

— Мне можно уйти? — София встала из-за стола.

— Да, можете идти. Мы все обсудили, — сухо ответил Иван.

София выскочила из кабинета. На дрожащих ногах прислонилась к стене в коридоре. «Все кончено. Кира не даст мне здесь работать. Она предпримет все, лишь бы я исчезла. Начнутся пересуды в коллективе… Нет, я этого не выдержу. Представляю, что сейчас происходит в кабинете Ивана. Бежать. Нужно бежать…»

София оторвалась от стены и побежала к себе. Она не хотела больше встречаться с Кирой. Валентина, увидев состояние коллеги, оторвалась от компьютера.

— Что случилось?

— Я увольняюсь!

— Кира постаралась… — Женщина иронично усмехнулась. — Она не переваривает красивых женщин. В каждой видит соперницу. Здесь она королева.

София достала лист бумаги и быстро написала заявление. Прочитала еще раз и подумала: «Вот так бывает. Здесь зарождалось мое будущее, карьера… и все рухнуло».

А в кабинете Ивана Кира в гневе поливала Софию грязью.

— Я хочу предостеречь нашу компанию от такого типа женщин, — громко заявила она. — Могут начаться сплетни, что у нас не серьезная компания, а бордель. Дойдет до главного — и в каком положении окажусь я?

— Ты же принимала ее на работу.

— Да, принимала. И в переводах она профи. Но сейчас я проверила другие качества. Подвернулся случай — мой день рождения. И нате — без году неделя, а она уже подбивает клинья к директору. Это надо же… Я специально пригласила ее, чтобы проверить на порядочность. Она ведь еще никто, чтобы быть на таких торжествах с уважаемыми людьми. Я рискнула. Слава Богу, вовремя заметила. От таких нужно избавляться немедленно.

— Зачем ты мне это говоришь? Пустая болтовня. Нормальная она девчонка! — На лице Ивана появилось хорошо знакомое Кире выражение раздражительности.

Она была готова к его суровости. Готова к тому, что Иван будет кричать или схватит за запястье. В глубине души Кира именно этого и хотела, ведь его ледяная ирония и мрачное лицо приводили ее в смятение. Вспомнила страстные прикосновения — вот здесь, в этом кабинете. Вспомнила, с какой гордой уверенностью Иван ласкал ее. «Нет, я ни в коем случае его не лишусь», — решила Кира.

На ее глазах появились слезы. Иван заметил это и отвел взгляд.

— Кира, ни один мужчина не может сказать, продлится ли его страсть к женщине долго.

Она в страхе отпрянула — но это был приятный страх. Таким Кира любила его, таким он становился ей ближе. Она разрыдалась.

— Теперь ты еще и плачешь…

— Я думала, — говорила Кира, всхлипывая, — будет лучше, если я открою тебе глаза на эту девицу. Я чувствовала себя всегда такой счастливой, а она все испортила.

Иван несколько раз прошелся по кабинету. Затем на некотором отдалении остановился и спросил:

— Значит, когда ты смотрела на нее, то думала обо мне?

Кира ничего не ответила — только робко, со слабой улыбкой взглянула на Ивана. Он вспыхнул. Она подошла и всем телом прижалась к нему.

— Я оберегаю тебя. Представляешь, а если бы мы были женаты? И вот такая девица вскружила бы тебе голову. Семья распалась бы… Милый, я же лучше нее. Посмотри на меня… Я верна тебе… Всегда буду верна… Люблю тебя… Ты же любишь меня? — спрашивала Кира, заглядывая в глаза.

— Не скажу ни да, ни нет, — ответил Иван, убирая ее руки со своей талии. — Но ты не должна устраивать сцены ревности у меня в кабинете. Что она подумала? Ты компрометируешь меня.

— Меня не волнует, что она подумала. Пусть знает свое место.

Он заключил ее в объятия и осыпал поцелуями — злыми, милостивыми.

В это время зазвонил телефон. Иван схватил его, как спасательный круг, и начал отвечать, меняя интонацию в голосе, показывая Кире, что у него серьезный конфиденциальный разговор. Кира отправила ему воздушный поцелуй и скрылась за дверью.

Она не стала заходить в кабинет Софии. Прошла мимо и подумала: «Ничего, девочка, тебе здесь не жить. Я его никому не отдам… А без тебя обойдусь. Таких, как ты, умниц полно. Еще в очередь будут стоять…»

Иван растерялся. С Кирой он встречался уже год. Она долго его добивалась, отстраняя соперниц. Всегда волновалась, когда Иван надолго уезжал в командировки. Кира уже вошла в его дом как хозяйка, была знакома с отчимом. Тот сначала намекал, что она не та, на ком стоит жениться, но потом решил не вмешиваться. Тем более, после развода, когда мать уехала за границу с новым возлюбленным, и Иван замкнулся, занимаясь только бизнесом.

Когда-то отчим тоже не послушал своего отца — влюбился в женщину старше себя, с одиннадцатилетним сыном. «На своих ошибках учимся», — думал он. Иван рос смышленым, тянулся к отчиму, и тот полюбил его как родного. Общих детей в браке не получилось, он смирился, хотя мечтал о дочери. Со временем понял: жена с точеной фигурой не хотела рожать, жила в свое удовольствие. Он ни в чем ей не отказывал, пока не застал в своей постели с иностранцем. Скандалить не стал, предложил покинуть дом. Развод оформили быстро.

Иван уважал отчима и не хотел бросать работу. Мать не звала сына с собой, зная,