Внешность изменчива. Драконы согласны? - Ирина Иви

– Неужели ты просишь за дракона только поэтому, Лис? Из-за такой ерунды? – спросил Кристен, недоверчиво глядя на меня.

– Святая Патриция! Кристен! Для меня это вовсе не ерунда! Я же говорю: меня совесть заест! Я просто не смогу радоваться жизни, зная, что из-за меня сгубили человека!

Он еще с минуту пристально вглядывался в мои глаза, словно пытаясь увидеть саму мою душу. Взгляд его смягчился.

– Хорошо, Лис. Обещаю, после этой экспедиции я сниму с него проклятие.

– Спасибо, Кристен, – я благодарно улыбнулась ему. – А… не будет уже слишком поздно? Может, лучше сейчас?

– Поздно не будет. Необратимые изменения так быстро не происходят

Ну да. Звучит, конечно, прекрасно, вот только верится с трудом, что Кристен сдержит слово. Я подавила вздох. Ничего, к этому разговору я еще вернусь. А пока сделаю вид, что удовольствовалась его обещанием. Буду с ним мила и приветлива, не перегибая палку, разумеется. А дальше поглядим кто кого.

Глава 20

– Хорошо, тебе видней, – улыбнулась я Кристену. – А теперь, я, пожалуй, пойду к себе – поздно уже, а еще вещи собрать надо. Мы завтра ведь рано отправляемся?

– Ты и так у себя, Лис, – насмешливо протянул Кристен.

Я оглядела роскошную спальню и натянуто рассмеялась.

– Неужели мое отсутствие было таким долгим, что ты успел забыть, где мои комнаты?

– Не так, Лис. Твое отсутствие было таким долгим, что я успел подготовить для тебя другие покои.

– Вот как?! А зачем?

– Мне будет приятно, если ты будешь жить со мной.

– Что ты имеешь ввиду? – пробормотала я растерянно.

– Только то, что здесь мы с тобой будем жить вместе.

Я помертвела. Вот так. Только что дал мне надежду, что не будет принуждать меня, а теперь это…

– М-м… Кристен, но ты же говорил…

– Я помню, что говорил, – резко перебил меня тот. – И я сдержу слово. По крайней мере, постараюсь.

Ох, ну хорошо. Злить мне его сейчас точно не стоит – пока Валартэс проклят. Вот потом… Отплачу за все! А пока побуду белой и пушистой овечкой.

– Ну хорошо, если таково твое желание, я не возражаю. А чья эта спальня, моя или твоя?

– Наша, Лис, наша.

Ох, ну вот! Еще одна иллюзия вдребезги. Во мне все-таки теплилась надежда, что хотя бы спальни у нас будут разные.

– Ты уже хочешь лечь?

– Нет-нет, – поспешно ответила я. – Слишком рано еще.

– Тогда, может, перейдем пока в гостиную? – предложил Кристен.

– Это можно, – с энтузиазмом согласилась я.

– Хорошо. Только сначала переоденься.

– Это еще зачем?

– Затем, что штаны и рубашка – не самая подходящая одежда для того, что я задумал.

– А что ты задумал? – осторожно спросила я, ожидая какую-нибудь очередную неприятность.

– Надень платье – в шкафу ты найдешь их достаточно. Я буду ждать тебя в гостиной.

Радуясь, что мне не придется переодеваться при нем, как уже было один раз, я не стала настаивать на ответе. Кристен скрылся за дверью.

Я открыла дверцу шкафа и обомлела. Платья, платья, платья. Шелковые, шифоновые, бархатные, атласные. Красные, золотистые, синие, белые. Всякие.

Уж насколько я сейчас была не в настроении заниматься такой чепухой, как выбор наряда, тем более для Кристена, и то глаза мои разгорелись, а руки сами потянулись к ряду висящих платьев, перебирая их и трогая мягкие ткани.

Какая прелесть! И это все для меня! Поблагодарю Кристена за такой роскошный подарок, будь он неладен! И Кристен, и подарок…

Я выбрала красное платье. Цвет, конечно, вызывающий. Цвет страсти. Но зато с длинными рукавами и небольшим скромным вырезом, из которого не будет выпирать ничего, что могло бы раздразнить ждущего меня мужчину. Скромница, одним словом. Я нервически хмыкнула. Надела туфли. Волосы подобрала черной бархатной лентой так, что они, приподнятые вверх, свободно падали на спину. Ну вот, вроде бы, и все. С удовольствием оглядела себя в зеркале – внешность моя вернулась так недавно, что я еще не успела привыкнуть и нарадоваться этому.

Ладно, пойду уже к Кристену – не стоит испытывать его терпение и заставлять слишком долго ждать.

– Лис! Ты обворожительна! – Кристен поднялся с дивана и пошел мне навстречу.

А я… я застыла как изваяние, обводя изумленным взглядом обстановку гостиной. Нет, в самой обстановке не было ничего необычного: в меру роскошная мебель, подобранная с безупречным вкусом, настенные магические светильники, которые сейчас были выключены, ковер в приглушенных тонах, небрежно брошенный на паркетный пол.

Но украшение гостиной меня потрясло! Всюду, куда не кинешь взор, цветы. Цветы в высоких напольных вазах. Цветы, небрежно вьющиеся по стенам. Цветы в маленьких и больших плетеных корзинках. Цветы в крошечных вазочках. По всей комнате плыл дурманящий цветочный аромат. А еще повсюду горели свечи в старинных тяжелых канделябрах. Их трепещущие язычки отбрасывали на стены пляшущие тени, а мягкий свет придавал всему уютный и романтический вид. Маленький столик был сервирован на две персоны. Стояла бутылка дорого розового вина, какие-то вазочки с невероятно аппетитными и красивыми десертами, на серебряном блюде лежали самые изысканные фрукты.

Как бы я ни относилась к Кристену и как бы он ни заслуживал такого отношения, но толк в красоте и романтике он понимал! И это все для меня…

– Кристен, это волшебно! – прошептала я подошедшему ко мне мужчине.

– Я хотел, чтобы твое возвращение домой было приятным, Лис.

Кристен, Кристен, ты не меняешься. Вынудить меня угрозами вернуться к тебе, а потом устроить романтический вечер по этому поводу.

Я покачала головой. Он вопросительно посмотрел на меня.

– Спасибо, – улыбнулась я.

Мы сели за столик. Ни есть, ни тем более пить мне не хотелось совершенно, но приходилось играть роль, которую я выбрала для себя. Кристен разлил по высоким хрустальным бокалам вино.

– За твое возвращение, Алисия.

Я криво улыбнулась и подняла бокал. Раздался нежный звон хрусталя и наши руки на миг соприкоснулись. Меня передернуло, как от холода. Такие знакомые и в то же время уже подзабытые прикосновения!

Я подавила в себе желание залпом опрокинуть в себя вино, чтобы хоть немного, хоть ненадолго забыться от своих тревог и волнений. Но нет, так нельзя. Сделав пару глотков, я поставила бокал на столик и взялась за мороженое в высокой вазочке на ножке, возле которой лежала длинная серебряная ложечка.

Кристен, откинувшись на спинку кресла, медленно потягивал вино и не сводил с меня глаз. Так и подавиться недолго.

– Расскажи об этих катакомбах, что о них