Найти Хейса - Лора Павлов

— Что ты имеешь в виду? — спросил Хейс, усаживаясь рядом со мной за стол.

— Вы уже встречались с моим братом, — сказала Эмерсон, сначала глянув на Хейса, а потом переведя взгляд на меня. — Я рассказывала, что у меня есть брат-близнец, Истон. Он юрист и занимается такими делами. Я уже с ним поговорила, и он сейчас будет здесь.

— Прямо здесь? — переспросила я, не веря своим ушам. Я ведь знала, что ее семья живет в Роузвуд-Ривер.

— Да. У нас есть еще один брат, у него вертолет. Так что Истон скоро прилетит. Он блестящий адвокат, и с Шианой справится без проблем, — ответил Нэш, потягивая кофе.

— Уверен, она просто хочет урвать кусок напоследок, — вмешался Ривер. — Но я с таким никогда не сталкивался, и хочу, чтобы у тебя была лучшая возможная защита. Берт — адвокат по завещаниям, он читает волю, но не занимается спорами. Здесь и нужен Истон.

Эмерсон взглянула на телефон и поднялась из-за стола.

— Он уже здесь. Пойду встречу его.

— Спасибо вам огромное. Это так много значит для меня, — сказала я, чувствуя, как в горле встает ком.

Она улыбнулась и вышла.

— Все будет хорошо. Говорят, Истон — настоящая акула, — Хейс накрыл мою руку своей.

— Привет, — раздался голос мужчины, и в комнату вошел тот, кого я сразу узнала — брат Эмерсон. — Я Истон Чедвик. Приятно познакомиться.

Нэш представил всех, Эмерсон протянула брату кофе, и он занял место напротив меня. На нем была простая рубашка и джинсы — выглядел он неформально, пока не заговорил.

— Мне нужно быть в Роузвуд-Ривер к полудню, так что перейдем к делу. У вас есть копии завещания? — спросил он у Ривера, который протянул ему бумаги.

Истон бегло пробежался по ним глазами, потом посмотрел на нас с Хейсом.

— Итак, Ривер ввел меня в курс дела. Говорю прямо: хотите поговорить без посторонних?

Хейс посмотрел на меня, затем снова на Истона.

— Говори при всех. Мы тут все свои.

— Хорошо, — он отпил кофе, поморщился и бросил взгляд на Эмерсон. — Серьезно? Несладкий?

— Там две дозы сиропа вместо четырех. Мама сказала, что доктор Плюм считает, что у тебя повышенный сахар, — хмыкнула она.

Он закатил глаза и отставил чашку.

— Не слушайте ее. Я сдал анализы после веселой ночи с коктейлями. Тут ни при чем кофе.

Все рассмеялись, а Нэш подколол Эмерсон за ее любовь к сладким хлопьям.

— Итак, вернемся к иску, — Истон откашлялся, пролистал бумаги еще раз и отложил их. — Она хочет денег. Я узнал адвоката, которого она наняла — Майк Хардман. Он из Лос-Анджелеса, гладкий парень. Но хорошая новость — я в этом деле лучше, чем он.

— Скромненько, — фыркнула Эмерсон. — Не зря в юридическом мире его зовут акулой.

— Акулой? — переспросила я.

— Он может выглядеть расслабленно в джинсах и ковбойских ботинках, но на деле — безжалостный юрист, — усмехнулся Нэш.

— Ладно, хватит лести. Вернемся к сути. Она идет за деньгами. Тебе досталось большое состояние, и ты — единственное, что стоит у нее на пути. Она бывшая жена Эйба и утверждает, что он дал ей устное обещание оставить все ей.

— Они больше никогда не общались после развода. Он был зол, что ему пришлось платить, чтобы она ушла, — сказала я.

— Вполне возможно. Но это не помешает ей попробовать. Видимо, она уверена, что у нее есть шанс.

— И есть ли он? — спросила я.

— Все зависит от нескольких факторов. Если завещание исполнено строго по букве закона — ей нечего ловить. Но, скорее всего, Шиана узнала о смерти Эйба от кого-то в городе. А потом выяснила, что все отошло тебе. Маленький город — слухи разносятся быстро. Возможно, она даже связалась с адвокатом по наследству и узнала о пункте, согласно которому ты должна была выйти замуж в течение тридцати дней.

— О пункте? — переспросил Нэш.

— О том самом, который Саванна выполнила буквально в последний момент, — сказал он, подняв руки, когда Хейс хотел возразить. — Я на вашей стороне. Без осуждений. Просто констатирую факт. Она бы не подала иск, если бы не думала, что есть шанс раскачать лодку.

— Какой шанс? — спросила я.

— Как я сказал, она утверждает, что Эйб дал ей устное обещание, хотя завещание было обновлено всего три месяца назад, — Истон потянулся за кофе.

— И если бы все это было правдой, разве она не пришла бы на похороны? Она не поддерживала с ним отношения и не заботилась о нем вовсе, — сказала я, чувствуя, как голос предательски дрожит.

— Послушайте, у нее и близко нет нормального дела. На устном соглашении в суде далеко не уедешь, а тот факт, что она не пришла на похороны, выставляет ее не в лучшем свете. Но, скорее всего, она попробует доказать, что вы поженились исключительно ради наследства, и при этом будет настаивать на устном обещании, — сказал Истон, как будто обсуждал прогноз погоды, а не возможное уголовное нарушение. Эмерсон уставилась в стол, а Нэш обменялся с Хейсом многозначительным взглядом. Похоже, они тоже начали что-то подозревать — или уже давно все поняли, просто молчали.

— Саванна, Хейс, мне не нужно знать ничего, кроме того, что вы влюблены и женаты. Я здесь, чтобы подготовить вас к возможному развитию событий. Может, ничего и не будет. Может, она просто пытается урвать кусок. Мы этого не допустим. У нее нет ни единого шанса.

— Если только она не докажет, что мы мошенники, — процедил Хейс, будто сама мысль была для него оскорбительна.

Мы и есть мошенники. Что тут обидного?

— Верно. Если она сможет доказать, что были нарушения, и найдет хоть какие-то доказательства, контракт могут признать недействительным, и тогда она сможет попытаться отвоевать деньги, опираясь на свое устное соглашение. Я бы поставил на то, что именно на это и делается ставка. Раз она вручила документы, значит, будет атаковать. Но я еще ни разу не видел, чтобы устное обещание выигрывала у нотариально заверенного завещания. Она явно тянется к соломинке. Но вы все равно должны быть готовы.

— И что мне делать? — спросила я, стараясь, чтобы в голосе не дрожала паника.

— Допустим, у нее что-то есть. Тогда вам нужно сделать все возможное, чтобы это опровергнуть. Скорее всего, они начнут копать в вашу жизнь. К примеру, если вы не спите в одной спальне... — он приподнял бровь. — Говорим начистоту. Мы на одной стороне. Если вы поженились, потому что снова вспыхнули чувства — замечательно. Но если причина другая — я не хочу этого знать,