Врач. Отец моего бывшего - Галина Колоскова

– Нет! – Ева некоторое время смотрела на экран, а потом решительно снесла из контактов родителей и сестру.

Всё ровно так, как хотели Сальниковы. Словно нет их, и никогда не было. Она блокировала по очереди имена и чувствовала облегчение. Хотя бы здесь не смогут её оскорблять и плевать в душу.

Переболит несколько дней, недель, месяцев и станет легче.

Звонок Рустама невольно вызвал улыбку.

– Собирайся. Подъеду через пятнадцать минут. Спроси у Лены, сможет доработать одна или сказать Алле вызвать кого-нибудь на подмогу?

– Мы уже обо всём договорились. Она справится.

– Значит жду! Не забудь документы.

Как всегда, немногословный, но очень уверенный. Фразу: «Люблю тебя!», услышать сейчас не помешало бы.

Она выскочила из клиники, на ходу натягивая пальто. Холод в лицо не такой ледяной, как слова матери. Решила пока ничего не рассказывать.

Но он опять чувствовал её состояние. Беглого взгляда хватило, чтобы понять, голубоглазку подбрасывает. Он вырулил на дорогу к ЗАГС-у. Рука легла на худенькое колено. Нахмуренный лоб. Взгляд умных глаз в зеркале.

– Рассказывай, что произошло, пока меня не было?

Ева хотела говорить бодро. Почти час настраивала себя, что всё лучше. Не получилось. Пухлые губы дрожали. В голубых глазах слёзы.

– Мама…

Он с досадой хлопнул ладонью по панели.

– Можешь не говорить. Не рви душу. То, что пришло тебе, сам выслушивал полтора часа от Катерины. Еле выставил её из квартиры. Вызвал такси, – он хмыкнул, вспоминая сцену у дома. – Дожился! Боялся, что вцепится в лицо или станет вырывать руль на повороте.

– Прости, достали тебя…

Он не дал договорить.

– Никаких извинений. Мой идиот заварил кашу, вот и расхлёбываю. Ты лучшее, что случилось за много лет, – он целовал холодные пальчики, не сводя глаз с дороги. —С тобой происходит то, через что прошёл сам, даже возраст примерно одинаковый, —впервые решил раскрыть душу. – Так же был изгнан из семьи за вину брата, – он сжал челюсти, замолчав ненадолго. – Ничего. Не сломался! Днём учился, а по ночам подрабатывал.

– А сейчас? – Ева слушала, затаив дыхание.

– До сих пор не общаемся. Знают, что обвинили несправедливо, но так и не извинились. Значит не нужно им.

Ева положила голову на плечо Рустама, впервые сама открыто проявив чувства.

Он замер, слушая выводы голубоглазки, с которыми на сто процентов согласен.

– Вот и я решила, хватит жить прошлым, – голос сорвался на писк. – Свою семью создавать пора. Детей рожать. Они меня точно будут любить.

Рустам не знал: смеяться или расцеловывать подарок судьбы. Он потёрся виском о пушистую макушку, проговорив внезапно охрипшим голосом:

– Всё у нас будет, Ева моя! И свадьба, какую захочешь, и дети! Я люблю тебя. Сделаю всё, чтобы ты стала счастливой…

Она сумела вытерпеть оскорбления почти без слёз, прикрывшись, словно щитом злостью, а сейчас прорвало. Нежность заполнила душу под самую крышечку и выплеснулась наружу слезами с бормотанием искренних слов благодарности и больше того.

– Спасибо, что ты есть, что взвалил меня с кучей проблем на плечи и тащишь.

Она сомкнула руки на мощной шее, расцеловывая висок, щёку, подбородок с короткой бородкой. Выговаривая чувственные признания через слёзы:

– Я люблю тебя, так люблю…

Мысли путались, хотелось сказать сразу много чего, но горло сдавило спазмом.

Рустам отвечал, уголком губ касаясь мокрых дорожек.

Сопли, солёные ручейки и заикание к которым успел привыкнуть, но к признаниям…

В душе разгорался огонь. В самом жарком воспоминании Ева стояла голой, откинув голову ему на плечо.

Герой мелодрамы бросил бы руль и впился в губы любимой на скорости в среднем ряду. Рустам же опешил. Он хохотнул, чувствуя себя идиотом с проснувшейся плотью и умными мыслями в голове. Нельзя послать весь мир к чёрту и встать посередине оживлённой трассы.

Он выворачивал голову, пытаясь следить за дорогой. Ворчание:

– Евка, мы сейчас въедем кому-нибудь в жопу. Давай дождёмся кармана?

Она промямлила, почти ничего не соображая в этот момент:

– Чьего?

Глава 33

Женщина чуть за сорок с удивлением смотрела на странную парочку с необычной просьбой.

– Вы предлагаете мне изменить запись в журнале? А если проверка?

Рустам источал обаяние, пытаясь договориться, не прибегая к связям.

– Фамилия жениха остаётся той же.

– А остальное? Кроме неё есть год рождения. Адрес прописки. Данные паспорта, плюс отчество. Всё нужно сменить?

– Понимаю, что сложно…

Администраторша оставалась неумолимой уже пятнадцать минут.

– Не так! Невозможно!

– Ничего невозможного в нашей жизни нет. В любом случае эту запись вам придётся закрывать.

– Есть число через месяц. Что вас так торопит? – она пристально глядела на живот невесты. – Согласитесь, ситуация более чем странная. Вы пытаетесь взять на себя обязательства сына?

Ева не удержалась от всхлипа.

Серые глаза вершительницы первых шагов брачующихся потеплели.

– Всё настолько плохо?

Ева кусала губы в попытке сдержать слёзы.

– Его нет в городе. Исчез! А скоро живот станет видно…

– Родители выставили из дома… – Добавил Рустам жути, говоря чистую правду. – Я единственный, кто у неё остался.

–Ну, не знаю. Очень редко, но проверки случаются.

– Как и форс-мажорные обстоятельства. Девочка осталась без работы, на улице, – он давил на больное, чувство патриотизма плюс женскую душу. – Неужели вы допустите, чтоб ещё одного человека нашей страны постигла участь сироты?

Слёзы всё-таки брызнули на бледное личико псевдобеременной.

– Я буду очень его любить! Мне бы только поддержку…

Рустам не верил своим глазам. Что случилось с его правдивой пугливой девочкой? Она играла в отчаяние или на самом деле настолько сильно торопится за него замуж? Он-то точно любит и хочет жениться до приезда её отца. Прежде всего, чтоб защитить недотрогу от неожиданностей.

Он умело подыгрывал.

– Оказать которую, могу только я!

Служительница Гименея прикусила верхнюю губу, отстукивая обратной стороной гелиевой ручки по журналу.

– Хочу помочь, но… – было протянуто с мучительным выражением в глазах. – Вы знаете, не всё зависит от меня, – она зыркнула глазами, оценивая навскидку кольцо с бриллиантом на тонком пальчике Евы.

Врач с пониманием кивнул.

– Если «но» для кого-то сверху надо подмазать, я готов! – во внутреннем кармане пиджака лежала приготовленная на этот случай сумма. – Помогите нам и малышу.

– Ну, как тут не пойти навстречу, – журнал был раскрыт. – Пишите заявление с вашими данными тем числом.

Рустам улыбнулся краешком губ и быстро вложил конверт между страниц. Журнал тут же захлопнула рука с ярким маникюром.

– Надеюсь, жених не объявится в последний момент с претензиями? Последние сомнения регистраторши разбил уверенный тон отца пропавшего.

– Этого точно не будет!

Он размашистым почерком