Особенные. Закрытый факультет - Светлана Шавлюк

Я все понимала и осознавала, но не имела власти над собой. Видела и слышала только того, кто проводил сеанс, но даже пальцем не могла пошевелить без его приказа, зато слова лились рекой вне зависимости от того, хочу я говорить или нет. Уже позже Артур мне сказал, что носители чувствуют себя аналогично, когда их душу теснит тень. Они все видят, осознают, чувствуют, но ничего поделать не могут. Это такой извращенный способ постоянно держать жертву в стрессе. Ведь носители видят не только то, как тень дурит его близких, но и как убивает безвинных. Душа человека при этом испытывает невиданные муки.

Скрыть волнение и страх из-за событий в академии удавалось не всем студентам, а некоторые представительницы слабого пола и вовсе беззастенчиво пользовались сложившейся ситуацией. И я, в общем-то, была среди них. Хотя Артур и сам настоял на том, чтобы встречать и провожать меня по мере возможности.

– Я тебя убедительно прошу, постарайся не ходить одна. В конце концов, где твоя соседка, которая должна тебе помогать и по мере возможности оберегать, – в очередной раз встретив меня вечером в коридоре, сетовал Артур.

– Артур, – мило улыбалась довольная такой заботой, – она ведь мне не нянька. У нее тоже учеба, а еще и личной жизни время хочется уделить.

Славки снова не было на своем месте. Что за дурная девчонка?! И ведь человеческим языком ей сказала, не гуляй ночами, опасно, но она все равно бралась за свое. Мне и без беспокойства за соседку хватало волнений и не хватало сна, а теперь уж и точно оставалось только на безлунное небо смотреть из окна. У Славки кто-то был, но отношения эти она не афишировала. Я давно подозревала это. Ее регулярные отлучки ночами уже стало слишком сложно списывать на огромную загруженность по учебе. Особенно, когда академию стали закрывать. На прямой вопрос о том, где же она все-таки пропадает, Славка подтвердила, что есть какой-то молодой человек, но большего не сказала. Но это хотя бы немного успокоило. Она не одна, значит, в безопасности. Зато Артур беззастенчиво пользовался отсутствием моей соседки, нередко задерживаясь у меня до поздней ночи. Мы много разговаривали, он рассказывал истории из своей студенческой жизни до гибели Юли, я рассказывала о том, какие планы строила на будущее, пока думала, что моя жизнь зависит только от моих решений. Нередко Артур помогал мне с домашними заданиями, давал очень полезные и ценные советы. Вынужденное ограничение в передвижениях после восьми вечера довольно сильно сблизило нас. Зачастую даже своими преподавательскими делами он занимался со мной. Мне нравилось украдкой наблюдать за тем, как он сосредоточенно что-то читает, что-то пишет и полушепотом проговаривает. И меня совершенно не смущало, когда он ловил меня за подглядыванием и хитро улыбался. Мне казалось, что так было всегда. Словно, он уже очень давно появился в моей жизни. Но он почему-то не торопился выходить на следующую ступень отношений. Наверное, опасался. А я боялась торопить. Тот мимолетный поцелуй был единственным, но я надеялась, что не последним. И мои надежды вскоре оправдались.

Только прежде чем это случилось, академию всколыхнула новость о новой жертве иномирной твари.

Руководство еще не успело официально оповестить студентов о случившемся, а по академии уже ползли слухи одни страшнее других. Кто-то говорил об изуродованном теле девушки на последнем этаже одной из башен, другие рассказывали жуткие истории о трупе за общежитием, третьи – о парне, найденном в собственной комнате. Откуда взялась информация, никто не говорил, сложилось впечатление, что все эти версии витали в воздухе, а напряженные студенты всего лишь подхватили их, как повод для обсуждения. Сейчас академия напоминала даже не растревоженный улей, а огромный переполненный кипящий котел, который грозил выплеснуться, и чем это грозит, не знал никто. Наслушавшись ужасов, вернулась в свою комнату, где сидела спокойная Славка. Я решила не травмировать себе психику и дождаться объявления от руководства, а Славка лишь пожала плечами.

– Всегда найдется идиот, который насочиняет с три короба, чтобы насладиться паникой и испугом остальных. Я вообще думаю, что это все вранье. Не мог носитель укокошить сразу троих, да еще и незаметно для других. Особенно тогда, когда по общежитию гуляет столько дежурных.

Я не успела даже ответить соседке, как дверь в наши комнаты распахнулась, и на пороге появился взъерошенный запыхавшийся Артур. Глаза его лихорадочно блестели и напоминали огромные блюдца. Он за пару шагов преодолел расстояние между нами и сжал в крепких объятиях. Я смогла только возмущенно запищать, чтобы он ослабил хватку. Он отстранился, обхватил лицо ладонями, протяжно выдохнул и улыбнулся какой

то дурной улыбкой.

– Живая! – никого, кроме меня, не замечая, сказал он и поцеловал.

Едва уловимое прикосновение мгновенно сменилось напористым поцелуем. В нем было невероятно много потаенной страсти, обволакивающей нежности и нескрываемого страха. У меня от волны эмоций, которая исходила от Артура, голова пошла кругом. Но это было приятное головокружение, которое не хотелось прекращать. Я с удовольствием отвечала на поцелуй, ловила каждое прикосновение, которое отпечатывалось на сердце. Наверное, я должна была чувствовать стыд, потому что в момент, когда в академии происходили жуткие вещи, я радовалась и была счастлива. Но я не желала думать о плохом, когда лучик счастья согревал своим теплом мою дрожащую от бесконечных страхов и потрясений душу. И я беззастенчиво растворялась в нахлынувших чувствах, стоя в объятиях преподавателя среди комнаты и наслаждаясь каждым мгновением в его сильных руках.

– Кхе-кхе, – прокашлялась Славка, напоминая о себе и разрушая нашу идиллию.

Я даже не смогла сдержать негодующего взгляда, который бросила на вероломную соседку, когда Артур отстранился от меня. Она лишь улыбнулась и пожала плечами.

– Простите, я понимаю, что лишняя и не вовремя, но ваши, хм-м, проявления чувств слишком затянулись, а мне бы хотелось узнать, что происходит у Артура Алексеевича, и кто все-таки погиб? Ведь кто-то погиб, раз вы оказались здесь взволнованный состоянием Лерки.

Артур продолжал обнимать меня и не сразу вник в суть вопроса. Его глаза все еще были затуманены из-за поцелуя. Впрочем, я и сама едва могла стоять на дрожащих ногах, да и соображала плохо.

– Э-э, – многозначительно протянул Артур, – Слава! – констатировал он¸– да. Да, к сожалению, – он встряхнул головой, подвел меня к стулу и усадил, – можно воды?

Когда Артур сумел взять себя в руки, он рассказал, что академия неспроста наполнилась слухами. Тот, кто был виновен в их