Я, кухня и два дракона - Луна Фаэр

Ткань соскользнула с плеч, и я позволил ей медленно, с шелестом упасть на пол.

Мышцы под кожей перекатились, играя. Я был словно зверь, готовый к прыжку.

Я знал, как двигается моё тело, и специально подчёркивал каждый жест, превращая его в танец силы и желания.

Взгляд Мелиссы скользил по мне, как огонь.

Она пыталась удержаться, но я видел всё.

Как её зрачки расширились.

Как дрогнули губы, словно она вот-вот прикусит их.

Как кончики пальцев напряглись, будто ей хотелось вцепиться в ткань платья или в мою кожу.

Она сглотнула, и её дыхание изменилось на короткие, сбивчатые вдохи.

Яркий румянец залил её щёки, шея покрылась тонкой россыпью мурашек.

О, да. Она чувствовала меня.

Каждую линию моих движений, каждый намёк, каждую вибрацию желания, которую я сознательно выпускал наружу.

Я шагнул ближе. Плавно, мягко, но с той хищной уверенностью, которая всегда сводила женщин с ума.

Наклонился так близко, что ощущал, как её тепло тянется ко мне, как тонко подрагивает её тело в ожидании.

Я почти коснулся губами её уха — почти, но не дал этого касания.

Её дыхание сорвалось на тихий, резкий вздох.

— Вот увидишь, — прошептал я, наслаждаясь её реакцией. — тебе понравится наше блюдо.

Мой голос стал низким и хриплым. Я знал, что именно этот тембр заставляет женщин терять голову.

А она… она была прекрасна в своей беззащитной открытости.

Я видел, как по её коже пробежала дрожь, как под тонкой тканью приподнялась грудь, выдавая её желание сильнее любых слов.

И это опьяняло меня куда больше, чем изысканное эльфийское вино.

Мелисса

Черт! Черт, черт, черт!

Я прекрасно понимала, что Ниварис специально устроил самый настоящий стриптиз, но ничего не могла с собой поделать.

Стоило ему сбросить рубашку и шагнуть ближе, как всё внутри у меня перевернулось.

Жар вспыхнул где-то глубоко, разлился по животу и заставил мои ноги ослабеть. Я едва удержалась, чтобы не прислониться к столу — колени предательски подрагивали.

Грудь будто стала тесной, дыхание сбилось, и каждый его вдох рядом с моим ухом отзывался в теле сладким током.

Соски болезненно напряглись под тканью, и я поймала себя на том, что отчаянно хочу прижаться к нему, почувствовать его кожу на своей, ощутить силу этих туго перекатывающихся мышц.

Румянец жёг щёки, и казалось, он ползёт всё ниже.

Я чувствовала, как горячо между бёдрами, как это желание распускается во мне, и никакая логика уже не могла это остановить.

Я прикусила губу, но это не помогло.

Мой взгляд сам скользил по его груди, по кубикам пресса, и каждая новая секунда превращалась в пытку — сладкую, но всё же пытку.

— Чёрт… — выдохнула я почти беззвучно, потому что даже слова застревали в горле.

Ниварис это видел. Он наслаждался этим.

И самое ужасное — мне это нравилось.

А ещё я видела, как на нас смотрел Дейтар.

Жадно, почти алчно.

По его губам скользнула лёгкая улыбка, и я поняла: это только начало. Сейчас он позволил Ниварису практически в открытую соблазнять меня, но следующий шаг будет за ним. И, о боги, вряд ли я его переживу.

Ниварис отступил, с улыбкой лиса забрал корзину с овощами, что стояла на столе рядом со мной, и направился к мойке.

Я отчаянно уговаривала себя не пялиться в его спину, не скользить взглядом по крепким мышцам ягодиц, но это было выше моих сил.

Я даже просто отвернуться не могла!

Спас меня мой любимый друг — кабачок. Он с таким грохотом начал подталкивать ко мне стул, что я отвлеклась, хоть немного собрала себя в кучку и плюхнулась на сиденье.

А драконы, наслаждаясь произведённым эффектом, продолжали меня соблазнять.

Оба!

Просто повернувшись ко мне спинами и занимаясь самой обычной готовкой. Дейтар у плиты, Ниварис у мойки.

Я же… я не знала, что мне делать, как отделаться от этого наваждения и перестать переводить взгляд с одного на другого, представляя, как сама — шаловливыми пальчиками — прохожусь по их мощным спинам, скольжу ниже…

Ой-ой! Не думать! Не представлять! Да что же это такое!

Чтобы хоть как-то отвлечься, я решила заняться делом. Достала из шкафа посуду и начала расставлять её на столе.

Сервировала долго: раз тридцать переставляла тарелки, ещё раз сорок меняла ножи и вилки, искала салфетки, хоть прекрасно знала, что их здесь нет.

Но стоило мне хоть немного собраться, как прямо над ухом раздался голос Дейтара:

— А вот и наш кролик.

— И овощи к нему, — прошептал с другой стороны Ниварис, так хрипло, что у меня едва сердце не выскочило.

Я чуть не расплакалась от отчаяния.

Я же так долго не выдержу! Я ж не железная. А их ещё и двое.

Так не честно.

Дейтар осторожно переложил на большое серебряное блюдо жареного кролика, Ниварис добавил сверху овощей. Запах был такой, что хоть я и не чувствовала голода, рот сам собой наполнился слюной.

— Прошу, — оба дракона разом весьма галантно пододвинули мне стул.

Я села, наивно полагая, что моя неспособность противостоять соблазну — наибольшая из моих проблем.

Дейтар с Ниварисом, каждый со своей стороны, наполнили мою тарелку, разом пожелали мне приятного аппетита, и лишь затем принялись за свои.

Я осторожно отломила кусочек кролика, подцепив вилкой ещё и золотистый ломтик перчика. Сочащийся сок блеснул на зубцах, и я не выдержала — подтянула кусочек к губам.

Первый же укус вызвал у меня тихий стон.

Мясо было нежным, таяло на языке, словно были не волокнами и жилками, а облачком, пропитанное дымком костра и ароматом трав. Лёгкая корочка хрустнула на зубах, открывая пряный сок, от которого рот моментально наполнился слюной.

Овощи оказались не хуже. Чуть карамелизованные, с тонкой сладостью, они подчёркивали вкус мяса так изысканно, что я буквально не могла остановиться. Ещё кусочек. Ещё.

Я зажмурилась от удовольствия, ощущая, как тепло и насыщенность блюда разливается по телу, будто кто-то ласково гладит изнутри.

Боже, я и не думала, что простая еда может быть такой… чувственной.

Я приоткрыла глаза — и встретила взгляды обоих драконов. Они смотрели так, словно я пробовала я не мясо, а их самих. И, чёрт, от этого каждая крошка на языке вдруг стала вдвойне вкуснее.

Глубоко выдохнув и отправив в рот очередной божественно вкусный кусочек, я прикрыла глаза. А в следующий миг ощутила резкую вспышку света — настолько яркую, что