Сотворить судьбу - Лия Виата

жизнь после моего исчезновения. У меня совсем нет ни времени, ни желания разбираться с вашими драмами. Я пришла сюда с одной единственной целью — вернуть свои способности. Это и собираюсь сделать, — холодно произнесла она.

— Мы тогда умрем? — со слезами на глазах спросила Мел.

Адель задумалась, а потом покачала головой.

— Вы вернете себе свою прошлую сущность и проживете остаток замороженных моей способностью дней, — ответила она.

Опустилась тишина. Каждый обдумывал её слова.

— Мы сможем… завести семью? — с отчаянной надеждой спросила Дианама.

Адель пожала плечами.

— Не мне решать, что вы сможете сделать, а чего нет. Дальше со своей судьбой будите разбираться сами, — сказала она.

Атмосфера изменилась. Адель всем своим естеством ощутила воодушевление Оракулов. Она вышла в центр Круга и вытянула вперед руки ладонями вверх. Отданные ранее силы встрепенулись и мощным потоком направились к ней. Сила заставила её пошатнуться. Она разлилась по телу, проникая в каждую клеточку и заставляя её гореть в агонии. Адская боль захватила её. Из глаз брызнули слезы, голова закружилась.

Кто-то схватил её за локоть и выволок из Круга. Спустя секунду она уже уткнулась носом в грудь Растуса. Он прижал её к себе и начал гладить по спине, ожидая пока видения закончатся.

Когда она смогла разлепить глаза, то поняла, что уже настала глубокая ночь, а рядом горит костер, который окружили разнообразные существа. До неё не сразу дошло, что это её недавние знакомые. Сейчас большинство из них стали выглядеть на восемнадцать. Кайран чуть уменьшился в размерах, посинел и отрастил жабры и перепонки, характерные для Келпи. Мел наоборот стала куда выше и обзавелась серыми крыльями Пегих. Тибор и Риц оказалась из одной расы лесных Лешиев. У них даже бороды остались. Остроухая Дианама приобрела длинную золотую шевелюру и яркие синие глаза Эльфа. Кожа Юми стала заметно темнее, так же как и волосы. В ней легко угадывались черты Ювха. Один только Феликс принял вид рогатого подростка Кане, которого Адель встретила впервые у озера.

— Как твое самочувствие? — тихо спросил Растус, заметив, что она очнулась.

— Средней паршивости, — ответила Адель и немного отстранилась, привлекая к себе внимание.

Существа притихли и внимательно посмотрели на неё.

— Вот и чего вы здесь расселись? По-моему, я вас уже отпустила, — сказала она.

— Просто это так странно. Больше же не будет ни одного пророчества, нельзя более изменить облик и переместиться по щелчку пальцев, — растерянно отозвался Тибор.

— Если вы уже соскучились по этому, то могу всё вернуть назад, — раздраженно произнесла Адель.

— Нет-нет, Мел… Вернее я очень соскучилась по небу. Жаль только, что все родные уже умерли. Даже не знаю стоит ли теперь возвращаться к Пегим. — Она обхватила себя руками, выражая крайнюю степень задумчивости.

— Я уже сказала, что не мне решать, что вам делать. Прекратите ныть и возьмите на себя ответственность. Больше я за судьбу этого мира не отвечаю. Теперь валите. И без вас головной боли достаточно, — проворчала Адель.

Существа переглянулись, а потом встали и серьезно посмотрели на неё.

— Спасибо за всё. У жизни Оракула тоже были свои плюсы, да и мир от наших предсказаний всегда менялся лишь в лучшую сторону. Я возможно даже буду по этому скучать, — сказал Риц.

Бывшие Оракулы в последний раз склонили перед ней свои головы. Адель наигранно раздраженно махнула им рукой. Они одним за другим покинули поляну.

— Вы тоже идите. Больше нас ничего не связывает, — сказала Адель, заметив, что Юми и Фил замешкались.

Вместо исполнения просьбы Феликс неожиданно опустился перед ней на колени и прислонился лбом к земле.

— Я знаю, что довольно часто вел себя, как неблагодарная скотина, но это было из-за того, что не понимал тебя. Да что уж там. Я и сейчас не понимаю. Однако обязан сказать тебе спасибо за то, что спасла тогда того маленького дурака. Без тебя я бы давно умер, — серьезно сказал он.

— Не могу сказать, что никогда не жалела об этом решении, но сейчас даже рада, что тогда решила так поступить. Уйди с глаз долой и будь, наконец, счастлив, — распорядилась Адель.

Феликс поднялся на ноги, широко ей улыбнулся, взял Юми за руку и ушел. На поляне стало очень тихо. Адель зевнула.

— Мне надо немного поспать. С рассветом подумаем, что делать дальше, — сказала она и легла на землю поближе к огню.

Растус кивнул ей и лег рядом, положив руку ей на талию. Ночь здесь, наконец обрела звуки. Где-то ухало подобие совы, шумел ветер и пели сверчки. Адель дождалась того момента, когда его дыхание станет ровным и осторожно выбралась из объятий.

— Прости, но это единственный оставшийся у нас вариант, — чуть слышно произнесла она, убрала локон с его лица и легонько поцеловала в губы.

Её сердце чуть не разорвалось на части от тоски и отчаяния. Она заставила себя встать и подавить слезы. Если о чем она никогда не жалела, так о том, что помогла Ранииру, спася его мечты. Не пожалеет она об этом и в этот раз. Адель сжала руки в кулаки, ощущая в них силу творения, затем встала и, тихо ступая, направилась вглубь леса, зная, что вскоре встретиться с сестрой в последний раз.

Глава 30

Даже несмотря на то, что погода оставляла желать лучшего на землю не упало ни единой дождевой капли. Мир будто бы вместе с Адель сдерживался из последних сил прежде чем разразиться слезами.

Красавицу Снежану она нашла под высоким раскидистым дубом. Сестра сидела, смотря куда-то в пространство. Её коричневое платье очень износилось — подол был весь в грязи, рукав с правой стороны оторвался, а на груди зияла дыра. В обычном состоянии модница Снежана глядя на такое только брезгливо поморщилась.

— Я рада, что ты в порядке, — сказала Снежка, когда Адель села рядом с ней.

— Как я могу быть в порядке, когда ты неизвестно куда пропала? — проворчала она.

— Тем не менее ты в порядке, — безжизненно добавила Снежка.

Адель взволнованно посмотрела на сестру. Очередная молния пролетела у них над головами. Зеленые глаза сестры потемнели настолько, что цвет в них почти перестал угадываться. Не осталось никаких сомнений в том, что Снежка всё вспомнила.

— Я чувствую себя очень жалкой. Цель моего рождения — принести тебе спокойствие, но всё время жизни я только мешаю тебе. В первый раз тебе пришлось отправить нас в другой мир, а там постоянно присматривать за мной. У нас же никогда не было родителей, верно? Я только сейчас задумалась почему