Папочка-медведь - Лейла Робертс

Он замер. “Ты любишь?”

Она втянула воздух. Она знала, что это уничтожит ее, если он не почувствует того же, но она должна была сказать ему. “Да, я люблю тебя, Медведь”.

Он наклонился и легко поцеловал ее. “Это хорошо. Поскольку я люблю тебя больше, чем когда-либо думал, что это возможно”.

Счастье наполнило ее, заставив почувствовать легкое головокружение. Затем она начала задаваться вопросом о том, что именно это значило для них. “Что происходит сейчас? Что нам делать дальше?”

“Это зависит от тебя, малышка. Ты можешь остаться жить здесь. Я не смогу видеть тебя каждый день из-за своей работы, но ты можешь быть чертовски уверена, что я буду часто звонить и писать смс. Ты, как правило, попадаешь в неприятности, когда остаёшься без присмотра.”

Проблемы? Какие проблемы? “Я не знаю!”

“Ага. Ты дважды сказала мне, что пойдешь к врачу”. Он одарил ее неодобрительным взглядом.

“Ах, это”. Она прикусила губу.

“Да, это”.

Она слегка поерзала, затем поморщилась, когда ее тело запротестовало против этого движения. “У меня было мало денег, и я только начала работать в закусочной, и я...”

“Да?”

“Наверное, я надеялась, что ты напишешь мне, чтобы проверить, была ли я, а потом, когда узнаешь, что меня не было, придешь навестить меня”. Это было унизительно признавать, и когда она посмотрела ему в лицо, он выглядел таким же суровым, как и раньше.

“Итак, ты пыталась манипулировать мной?”

“Нет! Ну, может быть, немного. Я просто хотела тебя увидеть”. Ладно, план был немного детским.

“И ты не подумала просто попросить меня прийти к тебе?” — спросил он.

Это был бы зрелый способ справиться с ситуацией. Но она чувствовала себя такой неуверенной в себе, в нем, и она предположила, что у нее не хватило смелости попробовать. “Прости. Это был глупый способ справиться с ситуацией, но я просто не была уверена, какой будет твоя реакция ”.

Он вздохнул. “Мы пара идиотов”.

Она с надеждой посмотрела на него. “Означает ли это, что ты не накажешь меня за то, что я не пошла к врачу?”

“О, нет, тебе поджарят задницу. То есть после того, как врач даст добро. Я никогда не буду снисходителен к тебе, когда дело касается твоего здоровья, малышка”.

Она уставилась на него в ужасе. “Ты же не собираешься спросить его, можешь ли ты отшлепать меня, не так ли?”

Он ухмыльнулся. “У нас на ранчо есть свой врач. Он и глазом не моргнет, если я спрошу об этом”. Он стал серьезнее. “Надеюсь, я не вызвал эти мигрени, когда отшлепал тебя в коттедже”.

“Ты их не вызвал. Честно говоря, я не уверена, что их запускает. У меня также небольшая проблема со зрением ”.

Он посмотрел на нее сверху вниз. “Маленькая девочка, у тебя такие проблемы. Какие проблемы?”

Она пожала плечами. “Когда я пытаюсь читать, слова, как правило, немного танцуют, может быть, это из-за сотрясения мозга?”

Он что-то пробормотал себе под нос.

“Ммм, Медведь?” — перебила она.

Он глубоко вздохнул, как будто пытаясь успокоиться. “Да, детка?”

Она нервно теребила одежду. Он любит тебя. Будь храброй. “Что, если я не хочу здесь жить? Что, если я не хочу просто видеть тебя по выходным?”

Он выглядел задумчивым. “Ты говоришь, что хочешь жить со мной?”

Она вздохнула. Хорошо, он понял. “Да, пожалуйста. Я имею в виду, если ты этого хочешь. Я могу остаться здесь, если ты этого не хочешь”. Она обеспокоенно прикусила губу. Он протянул руку и освободил ее нижнюю губу от зубов. Он успокаивающе потер ее. Что ж, вероятно, это должно было успокаивать, но вызвало искры возбуждения у ее клитора.

“Малышка, я ничего так не хочу, как того, чтобы ты была со мной. Все время. Но ты уверена, что хочешь этого? Я был бы больше, чем просто твоим парнем. Я также был бы твоим папочкой, твоим домом ”.

Она попыталась принять сидячее положение. В итоге ему пришлось помочь ей, подложив подушки позади нее, чтобы ей было удобно сидеть. Она так устала.

“Мишка, я знаю, ты беспокоишься, что я подумаю, будто ты контролируешь меня, как моих родителей. Но я совсем так не смотрю на вещи. Потому что ты их противоположность. Ты всегда ставишь меня на первое место. Ты заботишься обо мне. Ты любишь меня. И я тоже хочу таких отношений. Я никогда не чувствовала себя в большей безопасности, чем в те несколько дней с тобой. Это то, чего я хочу. Быть твоей маленькой девочкой. И быть твоей женщиной ”.

“Я хочу, чтобы ты пообещала, что если это когда-нибудь станет слишком или ты поймешь, что больше не хочешь жить в таких отношениях, ты скажешь мне. Прямо сейчас”.

“Этого не произойдет”, - быстро сказала она.

Он бросил на нее строгий взгляд.

“Но я сделаю это”, - добавила она.

“Обещай. И на этот раз я хочу, чтобы ты сдержала свое обещание”.

Она вытянула мизинец. “Обещание на мизинце. Я никогда не могу нарушить обещание на мизинце”.

Он закатил глаза. Но переплел свой мизинец с ее. “Думаю, мне следовало заставить тебя пообещать на мизинце сходить к врачу”.

Она поморщилась. “Ты уверен, что мы не можем просто начать с чистого листа и начать все сначала?”

“Я не думаю, что мы можем”, - сказал он ей сухим голосом.

“Да, именно этого я и боялась, что ты собираешься сказать”.

Он провел пальцем по ее щеке. “Я всегда буду ставить твое здоровье на первое место, малышка. Я так рад, что нашел тебя в тот день. Потому что теперь ты будешь моей навсегда”.

“Значит, я возвращаюсь на ранчо, чтобы жить с тобой?” — спросила она с надеждой в голосе.

“Я ничего так не хочу”. Он нежно поцеловал ее, затем откинулся на спинку стула. “Но есть вещи, о которых я не рассказал тебе о ранчо. Вещи о том, как мы там живем”.

“Как будто Клинт думает, что он Бог, и он может вмешиваться в отношения всех?”

Он ухмыльнулся. “О, хорошо. Итак, ты уже знаешь о худшем из этого”.

“Он все еще здесь?”

Беар покачал головой. “Нет. Клинт помешан на работе. Он почти никогда не берет отпуск. Вероятно, ты должна быть польщена тем, что он нашел время прийти и проверить тебя лично ”.

“О да, я займусь этим прямо сейчас”.

“На ранчо слово Клинта — закон. Он может быть назойливым ублюдком. Но он действительно хочет заботиться о тех, кого считает своими. Его прапрадедушка основал это ранчо. Он хотел найти безопасное место, чтобы жить со своей женой и другим ее мужем ”.

Ее глаза расширились. “У нее было два мужа?”

“Ага. И он допускал на ранчо только единомышленников. Других, которые считали, что мужчины должны быть главами домашнего хозяйства, что было в то время это было не так уж странно, но они хотели создать безопасное