После развода. Право на отцовство - Юлия Бонд

так всегда говорит. Все пять лет. Но ничего не меняется. В прошлом, когда стало известно, что Майорскому помогла выкрасть детей из роддома одна санитарка, я ещё питала надежду. Я верила, что вывезти детей из страны — нереально, особенно таких маленьких, новорождённых.

Но сейчас я перестала верить в чудо, его просто не существует. Нет ни одной такой силы, которая заставила бы Майорского вернуть мне моих детей. Его отец до сих пор отрицает, что Олег жив. Юридически его просто нет. Сначала он числился без вести пропавшим, затем стал умершим. Но он жив! Это он с особо садистским удовольствием присылает мне раз в год фотографии дочек, зная, какую боль причинит. Мол, посмотри, как выросли наши дочки, какие они красивые. И счастливые. Без тебя!

Он играет со мной, с моими чувствами. Разбивает мне сердце, которое и так уже всё в осколках.

* * *

— А наша мама красивая? — взобравшись на колени к отцу, Олечка заглянула в улыбчивые глаза.

— Очень.

— Покажи, пап.

— Ты уже смотрела эти фотографии.

— Ещё хочу, — потребовала девочка, капризно надув губки.

Олег выдвинул ящик письменного стола, достал оттуда планшет и открыл галерею. Пока Олечка с удовольствием и даже с нежностью рассматривала фотографии мамы, вторая дочка сидела на диване, играя с котёнком.

— Юля, иди к нам, — позвал её Олег, но девочка упрямо покачала головой.

Сердце пронзило острой стрелой, заставив испытать боль. Юля наотрез отказывается даже посмотреть на её мать, питая глубокую обиду. Невозможно оставаться равнодушным, когда твоё дитя так сильно несчастно. И в этом виноват он, своими руками разлучил родных людей.

— Моя мама очень красивая, — проведя пальчиков по длинным волосам цвета тёмного шоколада, Оля вдруг поднесла планшет к губам и поцеловала его. Олега это тронуло, задело за тонкие струнки его душу. — Я так хочу увидеть её, папа. Почему она не приезжает? Разве она нас с Юлей не любит?

Олег нахмурился.

Как сказать пятилетнему ребёнку, что история с их матерью непростая? Там так всё запуталось, скомкалось.

Но он уверен, Ярина любит их общих детей. Даже находясь на расстоянии, она не перестаёт любить малышек. Только судьба распорядилась иначе, точнее, это он стал вершителем судеб.

Жалеет ли о случившемся?

Чаще всего нет.

Но иногда, когда закрывается в своём кабинете и выпивает лишний бокал вискаря, то да. Воспоминания обрушиваются как шквальный ветер с дождём. От них не спрятаться, никак не укрыться. Тоска съедает его изнутри, а ещё чувство сильной обиды. Он же её так любил. Несмотря ни на что и вопреки всему готов был ждать, когда ответит ему взаимностью.

Но не срослось.

Кого теперь в этом винить?

Тряхнув головой, Олег вернулся в реальность. Обнял Олечку за плечи и поцеловал в щеку.

— Нет, малышка. Мама вас очень любит. Она обязательно к вам приедет.

— Ну когда же она уже приедет? — требовательно спросила Оля.

— Скоро. Очень скоро.

Взглянув на циферблат наручных часов, Олег нахмурился. Что-то они слишком засиделись сегодня.

— Так, девчонки. Чистить зубы и спать.

— Папа, мы не хотим. Можно ещё немного побыть с тобой? — едва не в один голос произнесли малышки и Олег устало улыбнулся.

— Нет, куколки. Время уже позднее.

— Ну, папа…

— Я обещаю сказку почитать перед сном.

— Две сказки, — потребовала Юля и Олег кивнув.

Проследив, чтоб малышки не филонили и действительно почистили перед сном зубы, Олег провёл дочек в их спальню. Уложил каждую в свою кроватку и сел на пол между ними. В руках книга с любимыми сказками. Олег читал её вслух монотонным голосом, чувствуя, как слипаются его глаза.

Услышав сопение носиков, Олег взглянул на дочек. Уснули.

Отложил книгу в сторону, на тумбочке оставил гореть ночник. Поправил сползшее с Оли одеяло и чмокнул малышку в лоб, а когда подошёл к Юле, то оказалось, что малышка ещё не спит.

— Ты почему не спишь?

— Папа, — позвала малышка. — Я не хочу, чтоб она приезжала. Пусть, пожалуйста, никогда не приезжает.

— Почему ты так говоришь, Юля?

Вместо ответа дочка потянулась к Олега. Маленькими ручками окольцевала его шею, щекой прижалась к щеке и тихо, шёпотом сказала:

— Я не хочу отдавать тебя ей. Ты только мой. А я её всё равно не люблю. Это Оля глупая, не понимает, что на самом деле мама нас бросила.

— Это не так, доченька.

Юля упрямо покачала головой.

Плотно сжав челюсти, Олег ощутил подкатывающий к горлу ком.

На самом деле, это всё не так. Яра их не бросала. И Олег очень боится, что однажды, когда малышки вырастут и узнают правду, то возненавидят его за это.

— Спи, моя хорошая. Сладких снов, — поцеловав девочку в щеку, Олег вышел из детской спальни.

Закрывшись в кабинете, долго сидел перед ноутбуком. Не мог принять решение. Воспоминания давили на него тяжёлым прессом, заставляли испытывать боль.

Сколько должно пройти времени, чтобы забыть человека? Олег каждый раз задавался этим вопросом, но всё же понимал, что ему, например, всей жизни не хватит. Да и как забыть, когда ты каждый день видишь отражение этого человека в своих детях?

Чем старше становятся девочки, тем больше он замечает сходства и не только внешне. Юля очень упрямая, а Оля капризная. Они обе добрые, легкоранимые. А ещё любят командовать им — это тоже досталось от матери, хотя… Тут можно спорить.

Алкоголь не помог отвлечься, лишь разбередил старые раны. Злость, обида, боль — всё соединилось в одну гремучую смесь.

Меряя шагами кабинет, Олег пытался отвлечься от мыслей. Но взгляд всё время останавливался на фотографии Ярины, которая была открыта на ноутбуке.

Не выдержав, он всё-таки плюхнулся в кресло. Руки сложил вместе, подпирая подбородок. Фотография свежая, её Олегу прислали люди, которых он нанял следить за бывшей женой. Благодаря им он знает, что творится в жизни Ярины.

Она снова вышла замуж за Керимова. Живут в его доме на их общей родине. Через суд Эмин признал отцовство Давида. Так чего ж Яра так несчастлива, почему её глаза полные печали?

Ах да…

Он же отобрал у неё малышек. В отместку за предательство или же нет?

Вернувшись домой после крушения самолёта, он много чего узнал о своей жене. Думал тогда, сдохнет. Раздирающая боль не оставляла шанса. Но он не сдался и боролся со своей любовью к жене как мог. Её предательство помогло взрастить в сердце отвращение.

Но теперь, когда уже прошло пять лет, он начал сомневаться: правильно ли тогда поступил? Он хотел сделать несчастливой жену, но получается, что сделал несчастными