Суккуб для Проклятого, или Ты мое наказание - Ксения Винтер

После трудного дня

Дэйк вернулся домой ближе к полуночи, и хоть внешне выглядел как всегда собранным и непробиваемым, точно гранитная скала, было очевидно: он смертельно устал.

Еруна с Эдом ещё в девять уложили малышню спать, почти час читая им сказки, и сами разошлись по комнатам, а я осталась дожидаться возвращения блудного охотника в гостиной, коротая время за чтением увлекательного приключенческого романа.

— Ужинать будешь? — поинтересовалась я, окинув Дэйка пристальным взглядом.

Видимых ран на нём точно не было, как и следов от проклятий. А усталость… это дело поправимое.

Вместо ответа Дэйк тяжело рухнул на диван и откинулся на спинку, устало прикрыв глаза.

— Я посижу так немного, ты не против? — тихо спросил он у меня.

— Конечно, нет. Сиди, сколько нужно.

Отложив книгу на стол, я опустилась на пол и принялась снимать с Дэйка сапоги.

— Что ты делаешь? — настороженно спросил он, моментально распахнув глаза и устремив на меня недоумевающий взгляд.

— Обувь с тебя снимаю. Нечего грязь по дому разносить.

— Я наложил на них очищающие чары, прежде чем зашёл.

Я предпочла проигнорировать его замечание, продолжив своё занятие.

— Может, тебе ванну набрать? — предложила я, и сама непроизвольно вздрогнула, вспомнив, чем накануне закончилось аналогичное предложение.

Судя по тому, как потяжелел взгляд Дэйка, он тоже вспомнил.

— Ограничусь душем, — заявил он.

Я недовольно поджала губы и поставила его сапоги сбоку от дивана.

— Что ж, в таком случае, иди пока в душ, а я подогрею ужин. Надеюсь, ты ничего не имеешь против картофельного пюре с тефтелями?

Вместо ответа Дэйк подался вперёд, положил ладонь мне на плечо и уткнулся носом мне в макушку, заставив меня настороженно замереть.

— У меня сегодня был просто безумный день, — сообщил он мне тихо. — Если ты сейчас чего-то от меня хочешь…

— Я хочу, чтобы ты смыл с себя грязь, поужинал и лёг спать, — отрезала я. — Больше ничего.

— Решила сыграть роль примерной хозяйки? — насмешливо фыркнул Дэйк. — Тебе не идёт.

— Почему это? — возмутилась я.

— Ты слишком гордая для этого.

— Ухаживание за близкими людьми, когда они больны или смертельно устали, никак не задевает мою гордость, — заверила я, одновременно неспешно принимаясь расстегивать пуговицы на его кителе.

— А я попадаю под это определение? — чуть отстранившись и пристально взглянув мне в глаза, уточнил Дэйк.

Мне хотелось ответить какой-нибудь колкостью, на вроде «мы вчера ночевали в одной постели, так что естественно, что можем считаться близкими людьми». Однако вместо этого я сказала простое и лаконичное «да».

Взгляд Дэйка посветлел, а кончики губ приподнялись в слабом намёке на улыбку.

— Приятно это слышать.

Дэйк протянул руку и ласково погладил меня по щеке самыми кончиками пальцев. А я невольно напряглась, не вполне понимая, что происходит.

— У тебя что-то случилось? — осторожно поинтересовалась я.

— Почему ты так решила?

— Ты очень странно себя ведёшь.

— Просто устал.

Почему-то мне в это слабо верилось, но я не стала настаивать.

В конце концов, если захочет, сам расскажет.

Новые сюрпризы

Пока Дэйк плескался в душе, я разогрела ему ужин и налила в чашку травяной отвар, способствующий быстрому восстановлению сил, но при этом не дающий дополнительный заряд бодрости, а, напротив, помогающий расслабиться и лучше заснуть.

— К твоему сведению, сегодня ко мне приходил Аластан и жаловался на тебя, — почувствовав появление хорошо знакомой энергии, сообщила я, не оборачиваясь.

— Только жаловался или чего-то ещё требовал?

Дэйк бесшумно прошёл к столу и уселся на табурет спиной к стене.

— Ну, требовал это громко сказано, скорее просил помощи.

Я поставила на стол перед Дэйком тарелку с картофельным пюре и двумя тефтелями и кружку с отваром, а затем присовокупила к этому ещё и маленькую корзиночку с нарезанным хлебом.

— И ты сейчас изображаешь примерную жёнушку, чтобы я стал сговорчивей? — насмешливо поинтересовался Дэйк, принюхался к содержимому кружки и, видимо, опознав отвар, сделал небольшой глоток, прежде чем приступить к еде.

— На самом деле, я сказала Аластану, что полностью доверяю твоим суждениям, и если ты не собираешься посвящать его в ход расследования, значит, так тому и быть.

Дэйк на мгновение замер и пристально взглянул на меня.

— Спасибо, — поблагодарил он меня с крайне серьёзным выражением лица.

— Не за что, — улыбнулась я в ответ. — Однако я хорошо понимаю причину его беспокойства. Ты очень рискуешь, занимаясь этим делом один.

— Риск — часть моей профессии. И Аластану это прекрасно известно. Как, впрочем, и тебе.

— Да, я знаю о рисках. Но меньше от этого переживать за тебя не стану. И Аластан тоже.

— Говоришь, что поддерживаешь меня, — Дэйк криво усмехнулся и наградил меня недовольным взглядом. — А сама пытаешься убедить пойти на поклон к Аластану и посвятить его в мои дела.

— Да плевала я на Аластана! — эмоционально воскликнула я, но, вспомнив, что в доме уже все спят, поспешно понизила голос. — Мне до его переживаний и чаяний никакого дела нет. Я пекусь исключительно о собственном душевном спокойствии.

А вот теперь во взгляде Дэйка мелькнул интерес.

— Что ты имеешь в виду?

— Что я буду тебе безмерно благодарна, если ты хотя бы меня будешь предупреждать, куда идёшь и что собираешься делать. А то, знаешь ли, мне не очень понравилось узнавать о твоём уходе от Эда.

— Хорошо, — с поразительной лёгкостью согласился он. — Тем более что сегодня стало очевидно, что без твоей помощи мне точно не обойтись.

— Что ты имеешь в виду?

— Сейчас поем и покажу.

Заинтригованная, что это он там собрался мне такого интересного показать, я села на табурет наискосок от Дэйка и принялась ждать, пока он закончит ужинать.

Самого охотника, к слову, повышенное внимание к его персоне ничуть не смутило: он спокойно и методично опустошил тарелку, выпил отвар и, поблагодарив меня за вкусный ужин, поднялся из-за стола.

— Идём ко мне в комнату.

Я покорно проследовала за Дэйком на второй этаж, где, по соседству с моей спальней, располагалась его собственная.

— Вот, взгляни на это.

Дэйк взял с прикроватной тумбочки мою записную книжку — ту самую, которая превратилась в магический гримуар, — и вручил мне.

— Как ты вернул ему первоначальный вид? — удивилась я.

— Поверь, это не было моей первоначальной целью. Я просто отнёс книгу языковеду, специализирующемуся на редких и мёртвых языках. Однако стоило ему взять книгу в руки, как та снова стала обычной записной книжкой. Более того, сделать её вновь гримуаром с помощью той руны, которую ты начертила, не смог