Заноза для правильного босса - Лана Пиратова

И сквозь гул в ушах слышу хриплый голос Марка. Он произносит плохие слова. Но это так заводит.

Опускаю голову и сама ищу его дрожащие губы. Я целую его и ловлю стоны, вырывающиеся из него.

Глава 53. Безумие, которое не получается контролировать

Я так и стою, вжав девчонку в себя. Пальцы на ее попе словно онемели и разжать их не могу.

От оргазма все мышцы свело.

Слышу частое дыхание Лики.

Чмокаю ее в шею и чуть отстраняюсь. Моргаю, прогоняя пелену с глаз, и вижу поплывший взгляд Лики. Растерянный и блуждающий по моему лицу.

Смотрю на дрожащие и опухшие губы. Кладу руку ей на затылок и поцелуями покрываю лицо девчонки.

Меня разрывает от наполняющих ощущений.

Она бесит. Она злит. Она поступает неправильно и дерзко.

Но я хочу ее.

Хочу вот такую неправильную. Занозу и чудовище в одном лице.

Я никогда не занимался сексом где-то кроме спальни. И не понимал людей, которые делают это. Как можно так сильно хотеть, что не дождаться, когда дома окажешься.

В постели же удобнее.

Но оказывается, можно так хотеть. И оказывается, так слаще. Ярче.

Мой член все еще в ней и я не хочу выходить. Да и Лика не отстраняется. Наоборот, обнимает меня и я чувствую, как дрожат ее пальцы на моей спине.

Рубашка взмокла и я остро ощущаю ее прикосновения.

Целую ее в губы и потом в подбородок. И замечаю, что взгляд немного проясняется. Она часто моргает.

— Что это было, Марк Георгиевич? — шепчет и облизывает губы.

— Ты так и будешь меня по отчеству называть? — хмыкаю я, нащупывая руками застежку на платье.

Лишнее оно.

Наконец, нахожу и тяну замок на спине вниз. Просовываю пальцы и чувствую, как член опять дергается от этих касаний к нежной и такой горячей коже.

И Лика вся напрягается от моих прикосновений.

— Ты такой серьезный, — вдруг шепчет она и проводит ладошкой мне по скуле. — Такой правильный… Марк Георгиевич… мой…

И от этих ее слов… Я инстинктивно толкаюсь бедрами, почувствовав возбуждение.

Не должна она меня теперь «Марк Георгиевич» называть, но мне так нравится.

Мой…

Усмехаюсь и снова впиваюсь в ее сладкие губы. Мягкие и такие податливые. Отвечающие.

Мы целуемся так, словно это необходимо нам, чтобы жить. Словно питаемся друг другом. Даем силы. Я не хочу отрываться от Лики.

Сам не понимаю, что со мной происходит. Да я и не хочу сейчас копаться! Я хочу ее. Просто хочу. Вот такую неправильную, вредную и бесячую. Хочу здесь. В вагоне гребанного поезда, в котором я оказался по ее вине.

Пальчики Лики уже расстегнули на мне пуговицы рубашки и теперь она тянет ее с моих плеч. Даю ей раздеть себя и потрогать напряженную грудь. И уже потом снимаю и чертово платье.

Один взгляд на почти голую Лику. Вдох. И я выхожу из нее, снимаю презерватив с уже вставшего члена.

Взгляд Лики опускается на него и она облизывает губы. Смотрит с интересом. А мне это нравится.

Я ведь первый у нее! Вспоминаю о той ночи.

Подцепляю пальцем бретельку лифчика и тяну ее вниз. И вторую.

Пальцем скольжу по нежной коже, пока не касаюсь им твердого соска.

Лика чуть дергается и замирает. Не дышит.

И миллионы мурашек, которые хочется слизать.

Опускаю кружевную ткань и начинаю рукой ласкать мягкую грудь. Сжимаю сосок и Лика отрывисто стонет.

Смотрит мне в глаза.

Член еще выше устремляется головкой.

Я отпускаю девчонку и опускаю спинку дивана, раскладывая кровать.

Подхватываю Лику под попу и переношу на более удобную поверхность.

Она так и сидит. Опускает взгляд и смотрит на мой точащий член на уровне ее головы. А он от этих взглядов еще больше раскачивается.

Избавлюсь окончательно от брюк, предварительно достав еще один квадратик с презервативом. Рву его и медленно раскатываю.

Мне нравится, что Лика внимательно следит за всем происходящим.

Зачехлив член, я наклоняюсь, беру ее за подбородок и целую. Наседаю, заставляя лечь. Сам наваливаюсь и продолжаю покрывать ее поцелуями.

Просовываю руку между нами и глажу влажные и горячие складки.

— Ох, Марк Георгиевич… — стонет Лика, обнимая меня за шею и прижимая к себе.

И я понимаю, что не могу. Взорвусь сейчас.

Приставляю головку.

Еще стон. Более нетерпеливый и требовательный. И толчок.

И одновременно другой толчок и сигнал. Поезд трогается.

Я чуть приподнимаюсь и смотрю на Лику. Мы улыбаемся и под нарастающий стук колес я начинаю толкаться в нее.

Целую не в силах удержаться. Веки сами опускаются от накрывающего удовольствия. Тело дрожит и напрягается одновременно.

Мурашки пробегают по позвоночнику, когда чувствую, как тонкие пальчики скребут по затылку.

Отпускаю ее губы, чтобы коснуться шейки, и слышу тихие стоны.

Это какое-то безумие. Безумие, которое не получается контролировать.

Глава 54. Хочу, чтобы ты вспомнила

Мне хочется смотреть на Лику. Ловить ее эмоции, питаться ими. Поэтому с трудом, но заставляю себя оторваться от нее, приподнимаюсь на локтях.

Блуждаю взглядом по лицу Лики. Задыхаюсь от ее стонов и от картинки, как она, запрокинув голову, прикусывает нижнюю губу.

Поднимаюсь еще выше и теперь уже ладонями упираюсь в кровать. Перевожу взгляд на подрагивающую от моих толчков грудь Лики. Меня хватает на секунду. А потом я просто падаю на нее и обхватываю твердый сосок губами. Сминаю грудь рукой и языком ласкаю.

Слышу собственный хрип. Понимаю, что не контролирую себя, свое тело. Оно все подчинено удовольствию.

— Ох, Марк Георгиевич, — слышу тихий стон Лики и ее руки обнимают меня за шею. — Еще…

Но я отпускаю ее грудь и приподнимаюсь. Выхожу почти полностью. Лишь головка касается влажных складок.

Лика открывает глаза и удивленно смотрит на меня.

— Вспомнила? — усмехаюсь я, двигая бедрами так, что головка скользит по складкам. Раздражает и меня, и Лику. Потому что она бедра приподнимает, желая большего. — Ты вспомнила? — повторяю я вопрос.

Хлопает глазками. Не понимает.

— Кто у тебя первым был? — наклоняюсь, но не целую ее, а только губами скольжу по ее губам.

Вижу, что Лика тянется ко мне, но я отстраняюсь.

— Марк… — стонет жалобно Лика.

А я беру член и начинаю им водить по складкам. Да, это мука. Я сам еле держусь. Стискиваю зубы. Но еще больше мне нравится видеть, как хочет Лика.

Вцепляется руками в мои плечи. Смотрит так. Облизывает губы.

— Я хочу, чтобы ты вспомнила,