Психушка. Любовь до гроба - Катерина Пелевина

Достаёт из пакета мороженку в картонном ведёрке и две пластиковые ложки, и отправляет голосовое другу.

— Спасибо, братан, за подгон…

— Не за что, дружище… Психам привет!

— Передам, — ржёт он параллельно, и я тоже начинаю смеяться… И потом мы ещё полчаса сидим в этих кустах, обмазываясь мороженым и слизывая его друг с друга… Вот что это такое, если не настоящая любовь?

Глава 22

Арсений Громов

Ради неё я готов делать и терпеть всё, что угодно… По правде говоря, вообще всё. И меня немного подбешивает, что она слушает этого своего доктора больше, чем меня…

В сончас я действительно прихожу к ней в палату и стучусь в дверь.

Илонка сидит на своей койке вся красная и недовольная. А моя сразу же пугается.

— Ты то?! Заходи, — шепчет взволнованно.

— Чё не так? Пошли… — зову за собой.

— Там точно никого нет?

— Точно, я же сказал, — сообщаю ей, и она тихонько сползает со своей кровати, надевая тапочки.

— Идём… Прикроешь, Габец? — бросаю Илоне, но она сейчас с таким видом, блин, сидит, что ни на что не реагирует. А Аврора тут же хватает меня за руку и выводит оттуда.

— Лучше не трогай её сейчас, — сообщает, как только выходим, и мы буквально сразу же натыкаемся на Екатерину Андреевну.

— Так, так, так… — смотрит она на нас по очереди. — Я так понимаю, ты — зачинщик…

— Екатерина Андреевна, пожалуйста… Мы один раз, — просит моя, состроив несчастную гримасу, а медсестра смотрит прямиком на меня с осуждающим прищуром.

— Ладно… Смотрите мне. Чтобы мне из-за вас не прилетело! Ш-ш-ш! — шикает на нас, и мы быстренько оттуда сваливаем, но у Аврорки вид такой, словно она реально боится. Будто ей что-то сделают за это. Типа штраф об административном правонарушении заставят платить, блин…

— Да погоди ты, несёшься, — ржу позади, но она уже заталкивает меня в мою же комнату, закрыв за нами дверь следом.

— Господи, как страшно… — выдыхает, вызвав у меня смех.

— Глупенькая… — мотаю головой и направляю её к своей кровати, обхватив за плечи.

— Погоди… Отдышаться дай…

— Ладно… Так чё там с Габец?

— Да она вернулась такая со свидания. Кто-то приезжал, как я поняла… А потом она долго ругалась, потому что кто-то оставил на её кровати шкурки и косточки от фруктов. Целую кучу, представляешь?

— Я даже догадываюсь кто, — ржу я, ведь прекрасно осознаю, что это её тот самый чудик, которому невдомёк как завязать отношения с такими вот сучками, вроде неё…

— Думаешь, Даня? — спрашивает она, делая шаг дальше, и я тут же хватаю её за руку и тяну за собой на кровать.

— Я не хочу ни минуты терять вдвоём, ладно? Иди сюда… — обнимаю и зарываюсь в её волосы носом. — Мне пофиг на остальных… Давай о нас, а… Седовласка…

— Ты — хитрый лис, Сеня… Реально, — смотрит она мне в глаза, чуть отпрянув назад.

— Я хочу целовать тебя… — становлюсь серьёзным и напряженным… Провожу пальцами по её животу, и она тут же отзывается, покрываясь мурашками и вздрагивая. Издаёт такой сексуальный выдох, что у меня сразу же кровь закипает.

— Двери здесь не закрываются… Ты знаешь…

— Но потрогать-то мы друг друга можем, да? Никто не узнает… Не увидит. Мы под одеялом… — уговариваю её, набросив на нас его, и тут же начинаю гладить её задницу через ткань.

— Мне кажется, ты для этого только позвал, да?

— Ну… Для этого в том числе… Потому что ты возбуждаешь, даже ничего не делая… Красивая моя… — смотрю в её карие и меня конкретно просто на месте по ней мажет. Они затягивают. А она… Она так на меня смотрит.

— Я не умею, как надо…

— Я покажу… — лезу к её уху, навалившись на неё и начинаю целовать всё… От яремный ямки до мочки. Вылизываю кожу языком… Снимаю с неё вкус и запах, которые уже кажется въелись внутрь. — Тебе спасибо за этот пожар между нами… Если сгорим, давай сгорим красиво…

— Ты рылся в моём телефоне, да? — улыбается она, отталкивая меня, но у неё плохо получается. Я всё ещё целую. А она при этом то прикрывает глаза, то шумно дышит на всю комнату, перебирая голые ступни по простыне. — Арсений…

— Не рылся я. Просто знаю, что ты слушаешь… Что ты почти всегда слушаешь…

— А я вот о тебе ничего не знаю… — бормочет она, и я кладу её ладонь на свой член под натянувшейся тканью штанов.

— А так? Познавательно?

— Очень… — отвечает она со стёбом, но с интересом в глазах, проводит по нему ладонью. Прикрываю глаза и издаю глухой стон, ощущая, как всё тело электризуется.

Касаюсь её губ пальцами… Чуть толкаю внутрь.

— Хочу сюда…

Её взгляд тут же пугается, а стук сердца становится слышен и мне.

— Не бойся ты… Я не сделаю ничего такого, чего ты сама не захочешь… Просто трогай… — прошу её. Ощущая такие робкие и волнительные касания, а потом резко сдёргиваю с себя штаны с трусами и нагло всовываю ей в руку свой член. — Так будет лучше… А я тебя…

Проталкиваю ладонь между её ног и встречаюсь с пропитавшимися её влагой трусами, которые тут же без промедления вдавливаю подушечками пальцев внутрь, услышав её стон.

— Почему ты такая врушка, а…

— Я не врала… — тут же краснеет она.

— Выглядишь, словно заяц… Но так течёшь, блядь… — обхватывая её за ягодицу, начинаю растирать всё это по нежной пылающей слизистой и нырять внутрь пальцами. — С-с-сука…

— М-м-м… М-м-м… — мычит она и сама сильнее сжимает мой член. Ёрзает… Сводит с ума, блядь. Я вот даже секунды не могу с ней нормально сосредоточенно думать… Все мысли о том, чтобы трахнуть поскорее и саму довести до оргазма. Впервые у меня такая невыносимая тяга к девушке. При которой я теряю все ориентиры. И себя теряю… Невыносимо…

— Нравится?

— Да… — слышится тихое, но такое чувственное. И она не перестаёт гладить меня по стволу. От головки до основания… Жадно перебирая тоненькими пальчиками.

— У тебя болит сейчас? Аврора… Болит внизу?

— Нет…

Резко разворачиваю её к себе и тянусь за презиком. Не могу просто. Хочу пиздец… И если сейчас не продолжу, то кончу ей в руку. А я хочу быть в ней в это мгновение…

И пока она испуганно, но смиренно дышит, дожидаясь, я растягиваю резину и резко вхожу в неё сзади, обхватив одной рукой за грудь, а второй за косточку, выпирающую под талией… Мокрая, но такая тугая… Что вот