Развод с драконом невозможен - Юлия Александровна Пульс

— Госпожа, — сдержанно кивнул он мне, и кончик пера оживился и заискрил, — что требуется подписать?

Дами встал, потянулся к другому шкафчику, слева от меня, и вытащил на стол бумаги.

— Право собственности.

Дух прошелся по столу, коснулся серой ладошкой документов, долго смотрел на них, будто видит и читает сквозь стопку.

— Составлено верно, — отчеканил он звонким голоском. — Вы в здравом уме и при сознании передаете право собственности вашей части завода артефактов и мастерскую артефакторию мне, чельнильцу госпожи Лориэн?

— Да, — кивнул генерал. — Я, Дамиран лиэн Визави, в здравом уме и при сознании, без принуждения, добровольно, отдаю тебе, чернилец госпожи Лориэн, во владения все мое имущество на территории этого завода, в том числе и лаборатории, и склады артефактов и камней, и прилегающие к нему земли. Моя подпись там уже стоит, — он показал на документы.

Чернилец занес перо, что вдруг оказалось раза в два выше существа, и принялся медленно и аккуратно что-то выписывать. Время словно застыло, буквы, что он выводил на бумаге, взлетали и растекались в воздухе чернильной пыльцой.

Когда дух закончил, документ приподнялся над столом и засиял серебром, затем мягко вернулся на место.

— Договор заключен, — выпрямился чернилец, перо на глазах уменьшилось в его руках до прежнего вида, но все еще полыхало магией. — Что-то еще подпишем, госпожа? — и он повернулся ко мне.

— Ты можешь сейчас спрятать его и доставать, когда нужно будет. Например, чтобы продать партию новых артефактов. — Дами присел на край стола ко мне лицом и коснулся пальцем чернильной шевелюры.

Дух тут же растекся — исчез, но вновь материализовался уже подальше от руки генерала. Выражение серого личика не менялось, только волосы все текли и текли.

— Теперь ты хозяйка половины завода. Да, не напрямую, из-за брака с Хаконом, но даже при разводе он не сможет претендовать на твою работу и твою часть. И, тем более, не сможет тебя выгнать. Теперь это все, — Дами обвел взглядом высокие стены, — принадлежит только тебе. Передать чернильца можно по наследству. Если коротко: ты его хозяйка, а он теперь неимоверно богат. Все договора он заключает за тебя, но фактически по твоему согласию. Дух помогает в составлении договоров, если кто-то попытается тебя обмануть — он быстро вычислит ложь. А еще он помнит все договора, которые подписывает. Тебе стоит только попросить. Ему можно дать имя, но чернильцы существа безэмоциональные, канцелярские, действуют только по протоколу, ему по сути все равно, как ты его называешь, хоть черной пустой башкой. Да, черная башка? — ткнул его пальцем Дами, будто нарочно подначивая.

Дух вновь растворился и пересел на мое плечо.

— Госпожа не дала мне имя, — сухо отбил чернилец.

— М-м-м… а он с характером. Наверное, они приобретают черты хозяина, я этот момент не изучал. Живет он в пере, сжечь или сломать его невозможно, вызывается — ты уже знаешь как. Призвать его можешь только ты, выполняет он только твои поручения и спрячется тоже только по твоему приказу, Лори. И кормить его не нужно.

— Шейн, — заключила я в ладошки малыша и с улыбкой коснулась его торчащих острых ушек.

Глава 33

Приказав духу вернуться в перо, я поднялась с места и подошла вплотную к ледяному генералу. Заглянула в его ярко-сизые глаза и прижала руку к своей груди.

— Ты — миасс моей души, Дами, — выпрыгивало сердце, стучало в висках, бешено разгоняло кровь по венам. — Я люблю тебя, — обхватила его шею руками и прильнула к чувственным губам, — спасибо за это, — шепнула с придыханием. То, что он сделал для меня — бесценно. Впервые в жизни мне что-то принадлежало. Такого безумно дорогого подарка я не ожидала. Пораженная, я гладила его затылок, зарываясь пальцами в шелк черных волос.

Дами судорожно выдохнул и, целуя меня, повернул, закинул на свои бедра мои ноги, усадил на стол. Массируя кожу головы пальцами, потянул за волосы, углубляя поцелуй, дыша тяжело, густо, с порывистыми стонами.

— Я тебе мир к ногам положу, — шептал он между поцелуями, — что угодно сделаю, чтобы ты вот так сияла.

— Да-а-ами, — расползались мурашки по коже, — ты потрясающий, — дыхание сорвалось в пропасть, — безумно тебя хочу, — хлестко и страстно целовала его в ответ, — с того дня, как увидела тогда в купальне.

— Я видел, как ты подглядывала… Думал, убежала, противно стало или испугалась. А хотел я тебя всегда, как первый раз заметил среди кадетов академии.

От его слов все кипело внутри. Я никогда такой дикой страсти еще не испытывала. Магия рвалась наружу в желании окутать нас огнем, распалить до предела. Я едва ее держала, бешено впиваясь в его губы.

— Как ты столько терпел? — прохрипела, запуская руки под его рубашку. Терзала горячую кожу, сжимая широкие, будто каменные, плечи дракона.

— Глаза закрывал, — покусывая мои губы, одной рукой смял юбку, подтянув ее до бедер, — и тебя представлял. Когда узнал, что ты замуж вышла, думал свихнусь.

Я сама с ума сходила от его шепота, теснясь все ближе. Дрожащими пальцами расстегивала его рубашку пуговка за пуговкой, высвобождая мощную вздымающуюся грудь мужчины.

— Теперь я всегда буду только твоей, любимый, — сорвала с него рубашку и отшвырнула в сторону. Провела кончиками пальцев по мускулистому рельефу и потянулась к пряжке ремня.

Его руки забрались под юбку, нетерпеливо, жадно. Раздвинули мне ноги, вскинули их повыше. Белье затрещало под острыми драконьими когтями.

— Прости, — захрипел мужчина, сгибаясь надо мной, — невыносимо больше ждать.

Дами помог расстегнуть пояс, приспустил штаны и, глядя мне в глаза, в глубине которых можно было замерзнуть и сгореть одновременно, врезался в меня до упругого удара.

Я ахнула от острого ощущения внутри, вожделея этого невероятного мужчину всем существом. Выгнулась навстречу, запрокинув голову назад. Вскинула взгляд в потолок и приоткрыла рот от удовольствия.

Дами одной рукой поддерживал мне спину и подтягивал на себя с каждым движением внутрь, а второй сжал мое горло, запрокинув голову еще больше. Будто натянул между нами канат, по которому пройтись можно только в обрыв.

Он буквально бился в меня,