Эльфирская академия магии 2 - Мелина Боярова

Тинтар загорелся азартом и восторгом, не свойственным подгорным жителям. — Немедленно идем в деканат и обсудим детали по трофеям. Надеюсь, ты никому больше о них не рассказывала? Ректору, например?

— Тан Торон еще за улкаров не рассчитался, — фыркнула я. — Отчаялась уже увидеть обещанное золото. Каждый раз что-то мешает его отдать.

Пропал очередной обеденный перерыв, но для тана Тинтара ничего не жалко. Он сдержал слово и ни в чем еще не обманул.

Из лаборатории, где проходил практикум, мы поднялись в деканат.

— Меня ни для кого нет! — предупредил Ханг помощницу. — Итак, — притворил поплотнее двери, — Таурелия, какие части тварей имеются на продажу? И второй немаловажный вопрос: что от меня потребуется, чтобы в дальнейшем иметь право первоочередного выбора? Проси в разумных пределах, конечно.

— Тан Тинтар, я всего лишь хочу учиться, — указала на очевидную вещь. — Но мне почему-то постоянно в этом мешают. А трофеи… составьте список необходимого, а я обозначу, какие позиции сразу отдам, а какие раздобуду при случае. Хотя в ближайшее время выход в город придется ограничить.

— Список? Будет тебе список, — пообещал зельд. — А что с выходом в город? Разве ректор не предоставил постоянный пропуск?

— А вы не в курсе? — намекнула на остроухую проблему.

— Похоже, что нет, — мужчина нахмурился. — Рассказывай!

— Да там и рассказывать нечего. Тан Торон сразу после вступительного испытания отправил весточку обо мне в Мелисин. Не далее, как вчера, ректор вызвал меня, чтобы уладить финансовый вопрос, но вместо золота подсунул отмороженную бабку. Я не желаю иметь ничего общего с Илатерией Вилин. Мне не нужен опекун или еще кто-либо, кто будет распоряжаться мной как вещью.

— Хмм! — услышав о визите высокородной эльфирки, декан погрузился в размышления. — Я постараюсь разузнать, с какой целью тана Вилин прибыла в Атарон. Если она официально заявила о желании принять тебя в семью, то захочет удостовериться, что ты кровная внучка. Для этого потребуется разрешение ректора и согласие двух высокородных эльфиров из Мелисина и Езеарана. К сожалению, наследники правящих фамилий как раз находятся в академии. Хелларион Эркасс — ярый приверженец чистоты крови, но даже ему потребуется поддержка влиятельных кланов, когда взойдет на престол. Так что, скорее всего, он удовлетворит просьбу соотечественницы. А вот Верион Арусанд, если не ошибаюсь, открыто тебе симпатизирует. Сумеешь убедить Его высочество отказать в проверке?

— Верион — первый, на чью помощь я рассчитывала в этом вопросе. Но принц только обрадовался, что теперь я не безродная простолюдинка. Илатерии даже уговаривать его не придется, — горько вздохнула. — Арусанд не упустит момента, чтобы привязать меня к себе еще сильнее.

— Любая эльфирка на твоем месте радовалась бы, что сумела заинтересовать наследника королевского престола, — зельд усмехнулся по-доброму. — Но тебя монаршее внимание явно тяготит. Почему? Насколько я знаю принца, достойный молодой человек.

— Между нами пропасть, — я покачала головой. — Он останется верным престолу. Интересы королевства всегда будут на первом месте, а я не хочу жить в клетке и не откажусь от того, что для меня важно.

— Удивительно слышать столь мудрые рассуждения, несвойственные юной лиере. Видно, этим ты и зацепила Арусанда, — мужчина вновь задумался, выстукивая мерный ритм подушечками пальцев по столу. Изредка он бросал заинтересованные взгляды, но больше исследовательского, а никак не личного характера.

Я притихла, понимая, что зельд заинтересован в том, чтобы я училась и поставляла на факультет свежий материал для опытов. Да я декану хоть каждую неделю по твари буду таскать, лишь бы оградил от проблем и научил артефакторским премудростям.

— Что ж, лиера Таурелия! — барабанный перестук резко оборвался, а тан Тинтар уставился на меня пытливым взглядом. — Буду откровенен: очевидно, что тана Вилин добьется цели. У нее достанет сил и влияния, чтобы задействовать рычаги давления на Хелкари Торона. Однако опекуном Илатерия станет лишь после проверки, которая покажет родственную связь.

— Не покажет, — призналась я и отвела взгляд в сторону. — Каринель Вилин — не мой отец. Простите, но правду рассказать не могу.

— Даже та-ак? — зельд расплылся в хищной улыбке. — Тогда нечего опасаться проверки?

— Лучше бы она не состоялась, — пробормотала еле слышно.

— Почему, Таурелия? Ты можешь мне доверять! Клянусь, этот разговор останется между нами, — заверил декан.

— А почему вы помогаете? Зачем вам это нужно? — верить на слово я давно разучилась.

Даже если Ханг Тинтар действует из лучших побуждений, где гарантия, что впоследствии не использует полученные сведения против меня же?

— Я — зельд! А мы всегда держим слово, иначе потеряем уважение семьи, друзей и нашего народа. Мой интерес состоит в том, чтобы обучить как можно больше магов, которые сделают Зельдарин сильнее и богаче. Не скрою, я с удовольствием переманил бы тебя в наше королевство. Однако я уже много лет преподаю в академии. Специфика моей профессии артефактора такова, что я заранее чувствую, получится ли создать из неказистого на первый взгляд материала нечто уникальное. Так вот, Таурелия, в тебе я вижу потенциал и великое будущее! И хочу быть в числе редких счастливчиков, которые стояли у истоков и оказали поддержку в нужный момент.

— Вы серьезно? — вытаращилась на декана. — Простите, но мне сложно в такое поверить.

— Клянусь магией, что каждое сказанное слово — правда! — тан Тинтар призвал дар в свидетели и выставил вперед открытую ладонь, на которой затанцевали золотые искры и впитались в кожу, отпечатавшись замысловатым рисунком, подтверждающим, что клятва принята.

— Зачем? — ахнула я. — Вы же лишитесь магии, если нарушите слово.

— Не лишусь, — мужчина пожал плечами. — Потому что не собираюсь его нарушать. Но я должен был так поступить, чтобы заслужить доверие.

— Не знаю даже, что говорить в таких случаях, — призналась растерянно.

— Правду, Таурелия. Всего лишь правду, которая поможет тебя защитить. Не зная деталей, я рискую навредить.

— Правду, — я тяжело вздохнула. — Дело в том, что я не знаю, кто мои родители. Я их не помню и подозреваю, что оба мертвы.

— Но документы настоящие, — заметил декан. — Мы проверяли артефактом.

— Верно, — вымученно улыбнулась. — А вот я — не Таурелия. Удостоверение личности досталось мне от дочери охотника Каринеля Вилина и крестьянки Аноры. Мать и дочь погибли полгода назад при нападении тварей на деревушку Турох, расположенную вблизи Северного Вагора. Сам Каринель умер позже, когда разыскивал пропавшую семью.

— Печальная история, — посочувствовал зельд. — Как же тебя звали раньше?

— Лаисса Ангрин, — поколебавшись, назвала прежнее имя. — Моя жизнь началась два года назад, когда охотник нашел меня на опушке Гиблого леса, и оборвалась там же, спустя три месяца, при нападении тварей на Тангсур.

— Я слышал о трагедии, когда полег отряд эльфирских воинов, а сама охотничья заимка