Красные вина зеленые - Су Та

Ся Дэн ничего не сказала. Достав телефон, она перевела Шу Хэ через Вичат27 8000 юаней28, затем достала из кармана подруги ее телефон, приняла перевод, нашла контакт Хэ Гунцзиня, перевела деньги ему, подписав «На лечение», после чего заблокировала. Сделав все это, она посмотрела на кричавшего от боли и прижимавшего рану на руке Хэ Гунцзиня.

– Держись от меня подальше.

Сказав это, Ся Дэн ушла. Чэнчэн и Шу Хэ поспешили за ней.

Столпившиеся зеваки тут же принялись обсуждать увиденное, несколько студентов Сиао даже присвистнули.

– А Ся Дэн жесткая, деньги есть, так можно не сомневаться в своих поступках.

– Когда Чэнчэн подралась тогда, в полицию Ся Дэн заявила! Бессердечная, даже шанса тем девушкам не дала.

– Лицом вышла, да и денег полно, мне вот интересно, у нее хоть какие-то проблемы в жизни есть?

– Не слышала, чтобы у нее парень был.

– Да у нее такие данные! Покажи мне парня, который бы стал ей достойной парой!

Глава 20

Летательный аппарат в действии

(часть 10)

Вернувшись в общежитие, Ся Дэн в оцепенении села на стул, ничего не говоря. Шу Хэ и Чэнчэн общались взглядами, не решаясь прервать молчание.

Через пару минут Шу Хэ подошла к столу Ся Дэн.

– Дэн, прости, пожалуйста, тебе…

– Это тебе досталось, у меня-то за что прощения просишь?

Растрогавшись, Шу Хэ крепко обняла ее и громко крикнула:

– А я же, блин, всегда говорила, что подруги в сто раз лучше мужиков!

– В следующий раз, если захотим выпить, давайте у меня соберемся. У моей семьи квартира в районе Дунгуан, там целых три комнаты – найдем, где развернуться. – Чэнчэн налила подругам воды.

– Выпендрежники хреновы, на уме только одно, ничего из себя не представляют, а самомнение о-го-го! От парней в Тучжоу тошнит просто, даже такое прекрасное дело, как поход в бар, умудрились испоганить. В следующий раз лучше избегать встречи с ними, – активно поддержала Шу Хэ.

– Только зрелые мужчины – адекватные, я теперь буду искать тех, кому за тридцать и кто уже состоялся в работе. Таких, которые ходят в костюме с галстуком, в плотно облегающих рубашках, чтобы и на офисном столе, и на заднем сиденье автомобиля, и в лифте… Ах, только подумаю, и на душе уже сладко становится!

– Ну и извращенка ты! – От изумления брови Шу Хэ взметнулись вверх.

– Неужели ты думаешь, что парни не обсуждают девушек между собой? – спросила Чэнчэн, сев на стул. – Если девушка засматривается на парня, то она извращенка, а они каждый день спорят, какое кружево сексуальнее – черное или белое, – но почему-то извращенцами их никто не называет.

Шу Хэ дважды щелкнула языком, обдумывая услышанное, и, решив, что мысль справедливая, ответила:

– И то правда. Мы просто живем в эпоху извращений.

– Если сталкиваешься с какой-то проблемой, для которой, кажется, совершенно нет решения, не нужно сразу всю вину на себя валить, подумай, какую роль окружающие в этой проблеме сыграли.

– Понял-принял! – Шу Хэ словно прозрела.

– Только тревожку не включай, ты очень красивая! – Чэнчэн ущипнула Шу Хэ за щеку. – И с макияжем, и без. У Хэ Гунцзиня в голове пусто, не обращай внимания на таких, как он: заполучить тебя не в состоянии, вот и начинает оскорблять, чтобы не выглядеть отвергнутым.

– Ты меня недооцениваешь! Да мне совершенно плевать, что он там обо мне думает! – Шу Хэ кокетливо сморщилась.

– Вот и правильно! Ну какая же ты милашка, я прям не могу!

За разговором настроение у девушек постепенно улучшилось, а вот про Ся Дэн, по которой обычно не поймешь, грустно ей или радостно, и сейчас нельзя было сказать, как она себя чувствует.

– Дэн, ты же для дедушки уже купила что хотела, и билет на выставку получилось урвать. Давай мы тебе поможем стол на место поставить, под лампу? А то вечером у окна совсем темно, только глаза напрягать, – сказала Чэнчэн.

– А еще холодно до жути! На улице пока не потеплело, – вставила Шу Хэ.

– Не напрягайтесь.

Соседки не стали донимать Ся Дэн расспросами, но им все равно было любопытно – очевидно же, что необходимость в хорошем сигнале пропала, так почему она не вернула стол на место?

Первое время с отъезда Ю Фэна в Пекин Ся Дэн жила как обычно, а на вторую неделю ей позвонила Чжао Жань. Одноклассница сообщила, что Да Гоу вернулся в Китай.

Да Гоу был хозяином тату-салона, расположенного напротив старшей школы Ся Дэн. Он был выпускником Центральной академии художеств, главного творческого университета страны, обожал тату-искусство и неплохо общался с некоторыми ребятами из школы.

Потом его пригласила к себе крупная компания и примерно в то же время бросила девушка, а потому он сменил сферу деятельности и занялся дизайном украшений. Благодаря большому таланту и удачному стечению обстоятельств Да Гоу получил возможность поехать на несколько лет в Японию, где занялся экспортной торговлей, что принесло ему определенную известность в узких кругах внутри Китая.

Браслет, который Ю Фэн подарил Ся Дэн, был сделан под руководством Да Гоу. Он внес небольшие улучшения в дизайн и дал рекомендации по материалам, но основная идея принадлежала Ю Фэну.

Новость о возвращении ювелира никак не заинтересовала Ся Дэн, но Чжао Жань продолжила обсуждать его и рассказала, что в Китае родственников у Да Гоу не осталось, поэтому дизайнер поселился на постоянной основе в Токио и почти не возвращался на родину. А раз приехал, значит, случилось что-то серьезное.

Ся Дэн мало думала о жизненных планах близких людей, что уж говорить о незнакомцах. Однако ей хотелось наконец понять, в чем смысл дизайна браслета, который подарил ей Ю Фэн. Недолго думая, она купила билет до Пекина.

Увидев Ся Дэн, Да Гоу невероятно удивился. Он считал, что раз она уже столько времени встречается с Ю Фэном, то давно узнала, что у него на уме, иначе бы их отношения не продлились так долго.

Индюк тоже думал, да в суп попал. У Ся Дэн был такой характер, что даже если она очень ценила что-то, проявлялось это совсем не так, как у других людей.

Свет смутно отражался от поверхности барной стойки, окутывая все вокруг атмосферой загадок и тайн.

– Браслет у тебя с собой? – спросил Да Гоу, выслушав вопрос Ся Дэн.

– Забыла дома у него.

– Ю Фэн просто мастер хранить секреты. –