Землянка для опасных командоров - Елена Островская

— Смотрите, чтобы эти кристаллы не оказались ядовитыми, — с притворной суровостью сказал Кай, но в уголках его глаз собрались смешинки.

— О, не начинай, старый ворчун! — рассмеялась Зарина. — Как дети? Как СветРея? Всё хорошо?

— Всё прекрасно, Зорь, — ответила я, и моё сердце наполнилось тёплой благодарностью к этой женщине, которая так и осталась моей сестрой не смотря ни на что. — Летим к новым горизонтам!

— Как и вы, — она улыбнулась. — Берегите себя. Передавайте привет старине!

Связь прервалась.

Она имела в виду моего отца. Верховный Отец выжил. Антидот и мастерство врача Авроры совершили чудо. Но яд и предательство сломили не его тело, а его дух. Он отошёл от дел, передав все полномочия Совету и Каю, и теперь жил в уединённой обсерватории, наблюдая за звёздами.

Иногда я навещала его. Мы молча сидели рядом, и этого было достаточно. Между нами наконец-то воцарился мир — тихий, спокойный и немного печальный.

Элиан обнял меня за плечи, а Кай, закончив разговор, подошёл и взял на руки нашу дочь, которая тут же устроилась у него на плече, с интересом изучая его серьёзное лицо.

Я осмотрелась вокруг.

На наших детей.

На моих мужей.

На наш дом, полный мира и любви.

Война осталась в прошлом. Империя, получив неопровержимые доказательства своего заговора и увидев наше единство, была вынуждена сесть за стол переговоров. Долгий и трудный процесс установления хрупкого мира только начинался, но первый и самый важный шаг был сделан.

Я была больше не Рея. Не Света. Я была собой. Женой. Матерью. Лидером. Женщиной, которая прошла через ад и обрела рай в объятиях тех, кого любила, и в спокойствии, которое сама же и помогла создать.

Один из малышей что-то радостно прокричал и потянулся ко мне. Я подхватила его, прижимая к груди, и встретилась взглядами с Каем и Элианом.

В их глазах я увидела не прошлое и не будущее.

Я увидела настоящее. Наше идеальное, выстраданное, настоящее. И поняла, что это и есть тот самый «город золотой», о котором мы когда-то пели с Зариной. Только находился он не под голубым небом сказочной планеты.

Он был здесь. В нас. И мы будем оберегать его вечно.