Спецназ. Притворись моим - Алекс Коваль

Подхожу к зеркалу, опираюсь руками о раковину и делаю глубокий вдох.

— Ну и гадюшник, — шепчу я своему отражению.

Щеки горят, глаза блестят от вина и напряжения. Телефон в сумочке начинает вибрировать.

Достаю.

Аврора! Господи, как же вовремя! Родной голос в этом царстве фальши.

— Привет, Рори! — радостно отвечаю я, заходя в кабинку и закрывая за собой дверь. — Ты как чувствовала!

— Привет, пропащая! — раздается в трубке бодрый голос подруги. — Ты куда исчезла? Не пишешь, не звонишь. Я уже волноваться начала. Ты нашла себе фиктивного парня? Или пришлось все рассказывать родителям и они прибили тебя?

— Хуже, — хмыкаю я, присаживаясь на крышку унитаза. — Меня тут убивают глазами друзья Сотникова.

— В смысле? Ты с Никитой?

— Ага. На двойном свидании. Представляешь?

— Ого! Вот это тебя занесло! — присвистывает Аврора. — И как оно?

— Никак. Сидим в пафосном ресторане с его бывшими друзьями: какой-то Вероникой и Стасом. Она — стерва редкостная, он — озабоченный козел. А мы с Никитой изображаем безумную любовь.

Я слышу, как в соседнюю кабинку кто-то заходит, цокая каблуками. Наверное, еще одна жертва гламура.

Понижаю голос.

— Слушай, Рори, это такой цирк! Ты бы видела! Никита… Он просто нечто.

— В хорошем смысле или как у вас обычно? — хихикает подруга.

— В том-то и дело, что в хорошем, — выдыхаю я, и слова льются сами собой. — Он сам захотел помочь. Стал моим фиктивным женихом в тот момент, когда я уже вконец отчаялась. Представляешь? Появился на вокзале перед моими родителями и такой: «Соскучилась, Ириска?» Сам! Я думала, сбежит, едва с родителями моими познакомится. А он… остался. И до сих пор со мной. Рори, он играет так, что я сама начинаю ему верить…

— Да ладно? Сотников? Тот самый, который Никита Сотников, командир Глеба?

— А у нас в окружении есть еще какой-то Никита Сотников?

— Нет, этот парень единственный в своем роде.

— То-то же. Он тут такой заботливый, — признаюсь я, оседая на закрытую крышку унитаза. — Внимательный, чуткий… За руку держит и смотрит так… До бабочек в животе. Уф, я, кажется, схожу с ума.

— Так, стоп, — голос Авроры становится серьезным. — Ты что, в него влюбилась, Агапова?

— Нет, конечно! — слишком поспешно отвечаю я. — Нет! — повторяю. — Он же… Он же Сотников! Просто… — теряю запал. — Ну, у нас тут какая-то странная химия случилась. Искрит так, что пробки вышибает.

— Ира…

— Да знаю я, знаю! Это все фикция. Игра. Мы вернемся в Питер, и все закончится. Станет как раньше. Но сейчас… Блин, он такой горячий! Я еле сдерживаюсь, чтобы не наброситься на него прямо там, за столом!

— Оу-оу, полегче, тигрица! — смеется Аврора. — Смотри, не наделай глупостей.

— Постараюсь.

И так стыдно становится, что я не рассказываю своей лучшей подруге одну очень важную деталь…

Я уже наделала глупостей.

Много…

— Ладно, беги к своему «жениху», а то уведут.

— Ага, кто его уведет? Эта Вероника? Да она на него смотрит, как на пустое место. Хотя… Есть в ней что-то странное. Озлобленная она какая-то.

— Забей. Ты круче. Все, целую! Расскажешь потом подробности!

— Пока!

Я сбрасываю вызов и выдыхаю. Стало легче, когда выговорилась.

Убираю телефон в сумочку и выхожу из кабинки. Мою руки, поправляю прическу, слегка освежаю блеск на губах. Все, готова ко второму раунду.

Выхожу в коридор.

И тут же натыкаюсь на Стаса.

Глава 20

Муж этой стервы стоит, привалившись плечом к стене, и, судя по мутному взгляду, успел накатить еще пару бокалов, пока меня не было.

— Ну что, красавица, — он отлипает от стены и делает шаг ко мне, преграждая путь. — Скучаешь с нашим солдафоном?

— Пропусти, — холодно говорю я.

— Да ладно тебе ломаться, — он ухмыляется, и меня обдает запахом перегара. — Я же вижу, ты — девка огонь. А Никита, он же скучный. Правильный. Не то, что я.

Этот придурок протягивает руку и касается моего лица.

Я шлепаю его по ладони сумочкой, прорычав:

— Руки убрал.

Пытаюсь обойти его стороной.

Его фигура снова вырастет у меня на пути.

— Тебе что, жить без неприятностей скучно стало? — спрашиваю с вызовом.

— Горяча. И на что этот зануда умудряется цеплять таких дерзких баб? — пьяно хмыкает Стас, предпочитая напрочь игнорировать мое недовольство.

— На то, чего у тебя, очевидно, нет.

— Тупые подкаты?

— Достоинство, придурок.

Стас смеется.

— Мне нравится твой острый язычок. Какой он на вкус, Ириска? — называет меня так, как зовет только Никита. Меня словно против шерсти погладили. Я кривлю лицо в отвращении.

— Для тебя я Ирина. Вежливо, упав в колени.

— Без проблем. Уединимся, и я упаду. Тебе понравится. Обещаю, — подмигивает и хватает меня за локоть. — Сначала я перед тобой на колени, потом ты передо мной… — дергает мою руку на себя.

— Отвали! — делаю я рывок, пытаясь вырваться.

Но он держит крепко. Слишком крепко.

Я всего на мгновение теряю контроль над ситуацией и тут же оказываюсь прижата спиной к стене.

— А если нет? — наклоняется к моему лицу, пытаясь поцеловать. — Закричишь? Мне нравится. Заканчивай ломаться, все вы, малолетки, одинаковые. У меня бабки есть. И тачка классная. Поедем, покатаю…

Вжимается все ближе и ближе своей щупленькой тушей в мое тело Стас. А его ладонь уже трогает мою попу. Мое дыхание учащается. Как это отвратительно! По спине проходит холодок.

Я делаю глубокий вдох.

В голове вспыхивает красная лампочка.

Никакой паники. Только действие, Агапова!

Я вспоминаю уроки самообороны, которые когда-то смотрела в интернете, и пару приемов, которые показывал Сава.

Ну и, конечно, природную женскую хитрость.

Замираю на секунду, делая вид, что сдаюсь. Мой оппонент расслабляется. Ухмыляется победно и целится своими губами в мои губы.

И ровно в этот момент я резко, со всей дури, вскидываю колено. Четко. Прицельно. Прямо в «фаберже» этому недоделанному Казанове.

— У-ы-ы-х… — Стас издает звук, похожий на сдувающуюся резиновую утку, и медленно сползает по стене на пол.

Лицо у него краснеет, глаза вылезают из орбит. Он хватает ртом воздух, как рыба на суше, держась за причинное место.

— Я предупреждала, — холодно бросаю я, поправляя платье. — В задницу себе свои деньги и тачку засунь. Еще раз подойдешь ко мне — кастрирую без наркоза.

Сердце колотится, адреналин бурлит в крови. Вот это я дала! Сама от себя не ожидала.

— Ах ты су… — сипит Стас, пытаясь подняться.

Но тут тень падает на нас обоих. Я поднимаю голову. В начале коридора стоит Никита. Руки в карманах брюк. Его лицо… О, боже. На нем нет ни единой эмоции. Абсолютно каменная маска. Только ледяной ад