Вторая жена. Цена выбора - Дина Данич

– Да, просто… – сестра Лучано замолкает. – Мне прислали цветы. Красивые такие.

От неожиданности я сажусь на диван. Хорошо, что стою рядом, а то ведь прямо на пол бы осела.

– Цветы? К нам домой?

За эти дни я поняла кое-что важное – дом Марко охранял как настоящую крепость. И прислать к нему домой букет или подарки могли только по согласованию.

– Это Марко? – предполагаю очевидное.

– Нет, – растерянно отвечает Белла. – Он не дарит их.

– Тогда кто?

Я, конечно, не считаю, что она недостойна внимания. Как раз наоборот – я всё больше убеждаюсь в том, насколько Белла добрая и светлая девушка. Пусть шрамы прошлого и остались с ней на всю жизнь.

– Кажется, Андреа.

Ей удается снова меня шокировать.

– Ты уверена?

– Тут есть записка. В ней подпись.

Мой брат и цветы?

– А что в записке? – задаю, пожалуй, бестактный вопрос.

Однако Белла, не раздумывая, отвечает:

– Пожелание хорошего настроения.

Я, честно говоря, окончательно теряю дар речи. Не вяжется вся эта картина с холодным и самовлюбленным Андреа. Он же циник до мозга костей. Цветы? Скорее всего, их отправлял не он лично. И все же… Брат дал такое распоряжение? Зачем? Неужели его так интересует брак с Беллой?

Все это время я думала над словами сестры мужа, и никак не могла выбрать момент, чтобы поговорить с Лучано. Мне не нравилась эта затея, и я собиралась его отговорить. Но случая не подворачивалась.

– Это странно, да? – спрашивает между тем Белла. – Мы ведь даже не помолвлены.

– Все в порядке, – как можно спокойнее говорю. – Если нравятся цветы, оставляй, конечно. Если нет – их можно и выбросить.

Наш разговор прерывает громкий звук – судя по всему, вернулся мой муж.

– Я потом перезвоню, – торопливо говорю и, сбросив звонок, направляюсь к лестнице, чтобы высказать Марко все, что я думаю.

29 Аделина

– У тебя есть хоть что-то человеческое? – сразу нападаю на мужа, едва оказываюсь на первом этаже.

Он замирает с пальто в руках и молча сдвигает брови, хмуро глядя на меня.

– Молчишь? – завожусь все сильнее. – А я вот не буду! Тебе что, совсем плевать на свою сестру?!

– Сильные выводы, – небрежно роняет Марко, убирая пальто в шкаф.

Судя по взгляду, он раздражен, но, как и всегда, прячет эмоции, оставаясь невозмутимым.

Я вообще заметила, что какие-либо эмоции у него можно прочесть только во время близости. В остальном Лучано идеально владеет собой – лишь по редким, едва заметным знакам я могу различать, что он чувствует, да и то – не уверена, что верно все понимаю.

– Ты собираешься выдать ее замуж за Андреа!

Вот теперь взгляд Марко становится острее – более цепким и внимательным.

– И кто же поделился с тобой этой информацией?

Он спрашивает отстраненно, но поза выдает напряжение мужа – руки убраны в карманы брюк, а сам он смотрит слишком тяжело.

– Твоя сестра.

Когда вижу на его лице легкую растерянность, тут же сменяющуюся сосредоточенностью, догадываюсь, что смогла застать Лучано врасплох. Однако как-то объясняться он не торопится, и мое раздражение выплескивается очередной претензией:

– Понимаешь, на что ее обрекаешь? Или тебе совсем на нее плевать?

– Ты и понятия не имеешь… – начинает Лучано, но я так распаляюсь, что внаглую перебиваю мужа.

– Как раз я и имею! Ты представляешь, каково это – знать, что твоя семья продала тебя, словно вещь? Что тебя взяли и отдали в пользование мужчине, просто потому что для них это выгодно? Это ты понятия не имеешь, что чувствует Белла!

– Вариант, что она сама этого захочет, не рассматривается? – угрожающе тихо спрашивает Марко.

У меня вырывается нервный смех.

– Захочет? Ты совсем? Или ты забыл, что случилось с ней? Андреа – циничный, холодный и жестокий. Такого мужа ты хочешь своей сестре?!

– Твой брат станет ей идеальным мужем, – цедит Лучано сквозь зубы. – Он отлично знает, что будет, если он хоть чем-то ее обидит.

Пораженно смотрю на него.

– Ты серьезно? То есть ты… Ты правда на это рассчитываешь?

Я не знаю, что меня больше шокирует – что муж поступает с Беллой так же, как со мной поступил отец, или то, что он надеется контролировать Андреа.

Пока я как-то пытаюсь осознать услышанное, Марко оказывается рядом и, ловко развернув меня, оттесняет к стене.

– Я не собираюсь отчитываться перед тобой, Аделина, – чеканит он, обнажая свои эмоции.

Вот только что на его лице была безэмоциональная маска, а теперь я отчетливо вижу шторм в его темнеющих глазах.

– Ну конечно, кто я такая, да? – язвительно огрызаюсь, ощущая себя загнанной в ловушку.

– Тебе достаточно знать, что я никогда не причиню сестер зла.

– Ты собираешься выдать ее за…

Резкий и жесткий поцелуй обрывает меня на полуслове. Жадность остро ощущается в каждом вдохе, в каждом прикосновении. Язык мужа так нагло вторгается в мой рот, что я не успеваю ничего ему противопоставить – могу лишь следовать за тем потоком страсти, что кружит нас обоих.

Марко прижимается ко мне плотнее, и все его желание ощущается более чем прекрасно. Его рука ложится мне на шею сзади, мягко массирует, пока сам он таранит мой рот – жестко и бескомпромиссно. Словно утверждает свою власть.

Я уже поняла, что Лучано – человек контрастов. С ним никогда не бывает посерединке. Либо черное, либо белое.

Когда он, наконец, отрывается от меня, я уже плохо соображаю. Как-то так получается, что Марко умеет выбить меня из колеи всего одним поцелуем. Он делает это так виртуозно, что я оказываюсь полностью дезориентированной.

Во взгляде мужа сейчас дикая жажда и опасная жгучая похоть. То желание, которое он излучает в мою сторону, не может оставить равнодушным – когда тебя хотят настолько, ты невольно реагируешь, поддаешься и летишь на этот огонь, словно мотылек.

– Охеренные у тебя губы, – тихо произносит Марко, проводя по ним большим пальцем. Чуть надавливает, вынуждая меня поддаться и раскрыть их.

Я теряюсь от только что пережитых ощущений – кожу покалывает, внизу живота собирается тяжесть от предвкушения. За эти дни я успела привыкнуть к тому, что между нами происходит.

Мой муж – щедрый любовник. Никогда я не оставалась неудовлетворенной или обделенной вниманием. Он брал свое – порой жестко или же, напротив, тягуче медленно. Но ни разу я не оставалась без удовольствия. Мои потребности всегда были удовлетворены с лихвой. Так что я иногда