Злая королева причиняет добро - Диана Дурман

– А если есть? – Элиас прижал только что поцелованную ладонь к своей груди – туда, где сердце билось в том же бешеном ритме, что и моё. – Слышишь? – его голос растворился в шелесте дождя. – Оно стучит так только когда ты рядом.

Между нами вспыхнули синие искры – магия, судьба или просто молнии, отражающиеся в слишком близких глазах, – но в тот момент всё казалось возможным. Даже остаться. Даже полюбить. Даже забыть, что когда-то этот мир был для меня всего лишь строчками в скучной книге.

Стоило такой непозволительной мысли мелькнуть, отразиться в моём взгляде, как всё резко изменилось. Я больше не стояла рядом с Элиасом – моё тело, жадно подхваченное на руки, прижималось к мужской груди. Дождь за его спиной превратился в занавес из серебряных нитей, отделяющий этот новый мир от старого. Когда моих губ коснулись губы Элиаса, я почувствовала на вкус всю горечь возможных расставаний и всю сладость этого мгновения. Такой контраст должен был разорвать меня на части, но вместо этого каким-то чудом собрал воедино.

Дождь, чаща, даже дыхание времени – ничто больше не имело значения. Только заставший миг с мужчиной рядом со мной. Пока этого было достаточно.

Глава 18. На острие кинжала

Элиас

***

Прогулки между дворцом и Мрачной чащей стали для Элиаса обыденностью.

Раньше в конце тропы его поджидали прятки с нечистью – теперь же там его встречали тёплые объятия, а в тени башни мерцали глаза, подобные зимним фиалкам в кружеве из инея. Только ради их проникающего в душу взгляда Элиас готов был проделывать рискованный путь хоть каждый день. Собственно это и приходилось делать, ведь нельзя было надолго пропадать. В замке Анники нарастало напряжение.

С тяжестью на сердце отставив уже без сомнения свою возлюбленную в её крепости под присмотром неожиданно присмиревших слуг, Элиас вернулся в главный замок Итэлла. И, едва успев переодеться, был вынужден влиться в новую волну государственных дел.

– Его величество не пожелал разбираться с этим, – отчитался приказчик, свалив на дубовый стол новую кипу бумаг. С прошлого раза она выросла почти вдвое.

Быстро просмотрев содержимое первых отчетов и прошений, Элиас скрипнул зубами. Здесь было всё, что касалось благоустройства поселений, мер для сдерживания болезни и предложений по расширению товарного ряда местных мастеров.

– Новый король не слишком печётся о своём народе, – процедил Элиас, и барон Лойдес, занимавший должность главы канцелярии ещё при покойном короле, вынужденно кивнул. После чего осторожно сказал:

– Я рискую быть наказанным за свои слова, но… ваша светлость, вы единственный кто сейчас может повлиять на ситуацию. Пока её величество королева Анника продолжает беспамятствовать, больше некому повлиять на молодого короля.

– Говори, – дал разрешение Элиас уже не ожидания ничего хорошего. Раз такой преданный человек рискнул настолько открыто критиковать новую власть, дела точно плохи.

Под весом вины высокий и сухощавый барон будто бы стал ниже ростом, когда заговорил:

– Его величество не интересуется ничем кроме налогов, военной подготовки наших солдат, и развлечений в кругу знати. При том не только Итэлла, но и всех соседей.

– Прикрывая это желанием наладить связи, – кивнув, произнёс Элиас. – Я в курсе.

– Однако вы ещё не знаете главного, – осторожно продолжил барон Лойдес, протирая платком вспотевший лоб. После чего достал из стопки самые нижние бумаги и, положив их перед Элиасом, начал говорить: – Его величество стал дарить дорогие подарки своим новым друзьям. На данный момент известно, что мы уже лишились смотровой башни у княжества Хаш, трех виноградников у границ с югом и ещё почти двух десятков породистых скакунов из корпуса лучших всадников Итэлла.

Элиас стал мрачнее тучи, а в его голосе зазвучал металл, когда он вновь заговорил:

– Почему я об этом узнал только сейчас?

– Приставленные к его величеству люди оказались не слишком верны “старой власти”, – прозвучал скорбный голос канцлера. – Поэтому вести дошли до нас с запозданием.

Элиас впился в пергамент. Каждая строка подтверждала слова барона - виноградники, скакуны, башня... Кулаки сжались сами собой, а пропитанные ядом слова слетели с губ:

– Хитрый засранец. В казну не лез, распоряжался только внешними ресурсами. Кто знает, что ещё он успел просадить, пока Анни спит.

– Мы выясняем, но потребуется больше времени, – последовал тихий отчёт, после которого Элиас поднялся из-за стола и спросил:

– Где он сейчас?

Уточнять, кто именно не пришлось. Барон Лойдес не сомневался, по чью душу собрался герцог, исчезновения которого всегда совпадали с устранениями врагов их молодой королевы.

– Прибыл ещё до зари и сейчас проводит собрание с верхушкой магов.

– Для чего королю понадобилось с ними встречаться? – напрягся Элиас, почувствовав неладное.

– Увы, его величество стал очень осторожен, – скорбно признался канцлер. – Пока идет собрание, мы ничего не сможем узнать. Лишь когда всё закончится, мэтр Маис, наш доверенный человек, сможет поделиться всем, что там происходило.

Элиас ненадолго задумался. Если ворваться в зал заседания прямо сейчас могут возникнуть ненужные подозрения. Лучшим вариантом было бы дождаться вестей, но… что-то в душе тревожно возилось, заставляя действовать прямо сейчас. Тем более у него хватает прав для внезапного интереса к собранию.

– Где печать её величества? – спросил Элиас канцлера и его давно поседевшие брови взметнулись вверх.

– Вы планируете…, – начал было барон Лойдес, но решил не уточнять очевидное. Вместо этого он поклонился и сказал: – Сейчас лично принесу.

Пока канцлер ходил за своеобразным пропуском, Элиас вызвал слугу и приказал принести герцогские регалии. Как бы ему не нравилось таскать на себе эти цацки, но если уж придется врываться в зал заседания надо делать это по букве закона. К счастью, прежде чем Анника впала в проклятый сон, она успела сделать его своим представителем. Будто сестра, хоть и безумно влюбленная в своего избранника, не слишком тому доверяла. И не удивительно.

Со своим будущим мужем бывшая принцесса Итэлла виделась от силы пару раз, прежде чем тот сделал ей предложение якобы сраженный внешней и внутренней красотой Анники. Так что благодаря удачным стечениям обстоятельств загадочному герцогу даже король не всегда мог приказать. По крайней мере, пока королева спит.

Элиас двинулся в нужное крыло замка, сжимая в руке печать сестры. В голове