Истинная для пятерых - Лиза Багрова

А я только что трахалась...

— Черт! — запаниковала, стремительно покинув прекрасный еще не до конца опустившийся великолепный член. По ногам тут же еще больше потекло семя, и я скорее бросилась в воду, чтобы смыть с себя следы секса.

— Это ящер! — спокойно предположил эльф. — Плюнь на него. Пусть поглядит, как нам хорошо вместе, теперь будет знать, что ты не его рабыня.

— Нет. Ни в коем случае не стоит об этом говорить! — ужаснулась я. — Прошу тебя, не надо ничего говорить! Не хочу обострять ситуацию. Ящер уж слишком вспыльчивый.

Быстро-быстро я старательно обтерла тело, чтобы убрать все-все запахи. Оставшиеся и от водного существа, и от Алиэзрама.

Было ли мне стыдно? Сейчас, нет. Но возможно потом я умоюсь стыдом из-за того, что переспала с двумя существами за один вечера. Еще не впиталась сперма одного, как уже второй меня трахал…

Впрочем, неважно, сейчас меня волновал ящер! Уверена, он взбесится, если узнает о нас с эльфом, а быть может, и вовсе убьет. Не хотелось бы рисковать.

— Цветочек! — вдруг недовольно позвал любовник, не спеша поднимать штаны и прятать член. — Не понимаю, почему я должен молчать?!

— Пожалуйста, Алиэзрам! — ласково улыбнулась я, решив задобрить мужчину лаской. — Сделай это для меня. Слишком устала. Не хочется сейчас споров.

Тем временем шаги становились все отчетливее, а эльф уж больно долго думал. И только в самую последнюю секунду перед появлением ящера, любовник недовольно натянул штаны наверх.

— Только пусть попробует к тебе прикоснуться! — заявил он.

После этого из кустов, действительно, вышел ящер. И первым же делом он яростно оглядел эльфа, сидевшего на берегу и меня купавшуюся обнаженной в воде. А его ноздри хищно и шумно задвигались.

Глава 41

После этого из кустов, действительно, вышел ящер. И первым же делом яростно оглядел эльфа, сидевшего на берегу и меня, купавшуюся обнаженной в воде. Его ноздри хищно и шумно задвигались.

Ему хватило несколько секунд, чтобы сделать вывод о происходящем между нами. Вожак грозно заревел, оскалился, показав звериные зубы, безумно острые, способные разорвать добычу на жалкие лоскуты.

— Шшш! Проклятый ушшшшастый! — гневно зашипел он, его глаза подернулись будто бы красной пеленой. — Как посмел приблизиться к ней!!! Подглядываешь?!

Разъяренный ящер в ту же секунду без лишних сомнений бросился в стремительную атаку. А я хотела остановить кровопролитие.

— Нет! Вожак, нет! Постой! Он не подглядывал! — воскликнула.

Но куда там? Сумасшедшего ящера невозможно было остановить, проще камень разбить рукой, чем отрезвить чрезмерно импульсивную мужскую особь. Он не пожелал услышать мои слова, несмотря ни на что все также яростно бежал вперед: карать соперника.

Все внутри заледенело от страха при виде этой сцены, я заволновалась о бедном Алиэзраме, расслабленно сидевшем на земле, ринулась прочь из воды, чтобы остановить беспощадного ревнивца-собственника! Но увы! Не успела перехватить! Вожак находился слишком близко к эльфу! Всего в нескольких шагах до цели.

Как это ужасно!

Мой бедный старец...бедный Алиэзрам. Сердце наполнилось невероятной болью за беззащитное существо.

Последовал миг жуткого напряжения...но вдруг!

Какое счастье! Я радостно улыбнулась. Старец оказался не промах. Ведь за мгновение до удара эльф сделал неопределенный жест правой рукой, похожий на взмах, и из его ладони тотчас вырвалась яростная волна магии насыщенного фиолетового цвета. Она была столь мощна, что с огромной скоростью сшибла тяжелого ящера и ударила того о ствол массивного дерева. Тут уж в пору было опасаться за здоровье Вожака. И как бы я не была зла на него, мне, правда, стало волнительно! Он выглядел оглушенным, дезориентированным, попытавшись подняться с земли, тут же схватился за голову.

Я в страхе оглядела соперников, не зная, что от них ожидать. Молниеносно оценила их настрой. Эльф не желал боя, в эту секунду смотрел на свою руку так, будто впервые ее видел. Неужели устрашился своей чудовищной магии? А вот ящер, немного очухавшись после удара, заревел пуще прежнего, возжелав жестокой мести.

Мне не хотелось, чтобы кто-то из них пострадал! Тем более из-за меня! Не раздумывая, я бросилась вперед, встав между мужчинами. Замерла абсолютно обнаженная, широко раскрыв руки в стороны.

— Я сказала вам: немедленно прекратить ссоры! Иначе… иначе… — не знала, чем пригрозить, но ведь надо было чем-то, поэтому произнесла первое, что пришло на ум. — Иначе я уйду от вас! И пойду путешествовать одна!

Угроза прозвучала весьма жалко, даже смешно. Разве похоже на угрозу? Однако на ящера подействовало, в миг успокоился, так и остался сидеть на земле, не поднявшись после падения.

Неужели я была важна для него? Боялся потерять? Хотя… если судить по его напряженному взгляду, застывшему на моем обнаженном лобке, Вожака в очередной раз сразила женская нагота.

Все с ним ясно!

— Все! Все! Мы все поняли и больше не будем ругаться! — миролюбиво также заявил эльф позади меня, подняв руки вверх, а потом с ухмылкой произнес на родном языке, так чтобы ящер не понял нашего разговора. — Не крути своей обнаженной попкой перед моим носом! Так и хочется ее снова звонко шлепнуть!

Мне снова стало жарко от одних лишь воспоминаний. Щеки адски запылали.

Старец же хитро и довольно улыбнулся.

Он поимел меня. И для него это было победой в битве с Вожаком. Я видела, как ему хотелось это громко объявить, его всего распирало от самодовольства!

— Алиэзрам, прекрати! Он не должен ничего узнать. Видишь, как он реагирует! — холодно напомнила на эльфийском языке наш договор.

Вожак ни при каких условиях не должен был узнать о том, что здесь произошло. Хотя я сказала, что больше не являлась его, а была свободной женщиной, тем не менее упрямый баран не желал принимать сей факт, по-прежнему считая своим военным трофеем.

Ящер почуял странности в нашем общение, некие взгляды, поэтому разгневанно вмешался, спросив на своем языке:

— Ушастый поссссмел улыбаться тебе! Почему он так сссмотрит на тебя?! Говори! Если не хочешь, чтобы я отрезал ему уши и заставил сожрать!!! Перестань показывать ему свой голый зад! — теперь он вспомнил о том, что не только он мог наблюдать за моей наготой, но и эльф. От этого пришел в еще больший гнев.

Стянув рубаху, бросил ее мне на голову.

— Оденься! Чтобы больше никогда ушастый не видел тебя голой! Уяснила?! Или выпорю, человечка! Выпорю! — разошелся ящер.

Столь откровенную чушь я пропустила мимо ушей, начав одевать предложенную одежду. Старец в это время сидел и тайком улыбался. На его лице откровенно читалось желание еще ни раз увидеть меня голой. Похоже, самонадеянный эльф, действительно,