Обманутая для генерала драконов - Юлия Зимина

— Всё хорошо? — тихий голос Сайдера прозвучал над моим ухом.

— Всё отлично, — устало кивнул я, вспоминая реакцию друга на слова Кира, что мой дракон выбрал себе пару. Сай впал в неописуемый шок.

Последние дни выдались безумными, дел было невпроворот. Я почти не спал. Если бы мы находились на поле боя, окружённые врагами, сон не клонил бы меня. Но сейчас, когда так аппетитно пахла готовящаяся на костре еда, слышалось пение цикад, а Шайн впервые за долгое время молчал, меня неудержимо тянуло в сон. Тело молило об отдыхе, и я не стал ему противиться, ненадолго прикрыв глаза.

— Дамиан, — кто-то осторожно тряс меня за плечо, — Дамиан, проснись. Поешь, пока горячее.

Сонно распахнув глаза, я заметил руку Киарса, протягивающего мне металлическую тарелку с тушёными бобами и мясом.

Благодарно приняв её, я огляделся по сторонам.

— Она ушла спать, — тихо произнёс Кир, поняв меня без слов. — Только что. Вон к тому дереву, — махнул он рукой. — Ты отдыхай, я сегодня дозорный. Как показала практика, кому-то нужно быть настороже.

Не став спорить, я последовал его совету. Опустошив тарелку, лёг на траву, подложив под голову свёрнутое одеяло, и мгновенно погрузился в сон.

Усталость постепенно отступала, стирая следы всех ужасов, пережитых за последние дни. Я медленно плыл в лодке сновидений, наслаждаясь её лёгким покачиванием, но внезапно что-то пошло не так. Неописуемое волнение запульсировало в груди, а за ним — метания Шайна, который рвался куда-то и рычал, пытаясь меня разбудить.

С колотящимся сердцем я резко распахнул глаза и сел. Тяжело дыша, обвёл пристальным взглядом округу, окутанную тёмной вуалью ночи. Всё казалось спокойным и тихим, но что-то всё равно терзало душу.

Стараясь не шуметь, я поднялся на ноги и сделал первый шаг в сторону догорающего костра, рядом с которым виднелась спящая фигура Сайдера.

Неспешно шагая в темноте, я заметил Кира, стоящего у дерева и прислонившегося к нему плечом.

— Проснулся. Я не удивлён, — прошептал он, как-то странно хмыкнув.

— Всё хорошо? — спросил у него, чувствуя, как Шайн мечется внутри.

Что-то было не так! Определённо не так!

— Тебя что-то беспокоит?

— Беспокоит, — кивнул я другу. — Только не могу понять, что именно.

Не выдержав, приложил руку к груди — мой дракон разбушевался не на шутку.

— Шайн разбудил? — снова хмыкнул Киарс, проследив за моим движением. — Может, дело в Алане? Ей сейчас больно…

— Что? — выпалил я, чувствуя, как всё тело мгновенно напряглось, а мой дракон замер. — Что с ней?! — не раздумывая, я уже занёс ногу для шага, намереваясь проверить девушку, но рука Кира крепко сжала мою выше локтя.

— Успокойся, — прошептал он, сжимая сильнее. — Лисица пытается повысить свой энергетический уровень.

— Повысить уровень? — удивлённо ахнул я, хлопнув ресницами.

Сказанное поразило до глубины души. Чтобы девушка пыталась повысить свой уровень силы… Дракайны не занимались таким — им это было без надобности. Далеко не каждый мужчина мог пройти через эти адские мучения, что уж говорить о женщине.

— Да, — кивнул Кир. — Она только начала. Думала, что все спят и никто не видит.

— Ей это не нужно! — упрямо мотнул я головой, ощущая ноющую боль в сердце. Я знал, что она сейчас страдает. Сам через это проходил.

— Уважай её выбор, дружище, — покачал головой Киарс. — Если она этого хочет, пусть будет так. Посмотрим, хватит ли у неё выдержки, чтобы добиться своего.

43. Я не одна

Алана

Знала, что будет больно. Но даже не представляла — насколько.

Стоило закрыть глаза, принять позу лотоса и мысленно потянуться к своим энергетическим потокам, как всё внутри скрутило от адской боли. Они были тонкими — почти прозрачными, как паутинка, и от одного лишь прикосновения к ним по телу прокатывались волны мучительных спазмов. А ведь мне нужно не просто коснуться — предстояло их растянуть. Расширить. Принудить к росту. И это было невероятно трудно.

Я прекрасно понимала: путь, который выбрала, один из самых тяжёлых. Чтобы подняться хотя бы на один уровень, придётся пройти через пытку. А с каждым следующим шагом боль будет нарастать, как лавина. Чем выше шкала внутренней силы — тем страшнее испытание.

Мне не нужен был высший уровень, как у Дамиана. Я и не мечтала о нём. Понимала, что никогда не достигну такой мощи. Для хрупкой девушки, не участвующей в боях, это невозможно. Даже до восьмого, как у Киарса и Сайдера, я не рассчитывала дотянуть. Пятый… После него дракайна может начать высвобождаться из человеческого тела. А значит, нужно дойти до него. Дойти и не сломаться.

Сейчас у меня был третий уровень. Для женского пола — норма. Его можно достичь без особой боли, через долгие, упорные тренировки. Но как только энергия переступает порог четвёртого начинается настоящий ад. Большинство девушек и женщин даже не пытаются пройти дальше третьего. А уж о тех, где начинаются страдания и мучения, даже говорить не приходится.

Я сидела у кустов, ладони раскрыты к небу, дышала размеренно, но с трудом. Каждый вдох обжигал лёгкие, будто втягивала раскалённый песок. Всё тело пылало. Как мужчины это выдерживают? Невыносимо!

Стиснув зубы до ломоты, я терпела. Энергетические потоки пульсировали, вспыхивали, сопротивлялись. Они не хотели расти. Не желали, чтобы я их трогала. Но у меня было своё мнение.

Повышение уровня как тренировка. Только не мышц, а души. Это пытка, в которой каждый нерв кричит, каждый орган протестует. Были случаи, когда сердце не выдерживало, когда человек терял сознание и больше не просыпался. Это опасно. Смертельно опасно. К этому нужно подходить с умом — постепенно, с нарастающей нагрузкой, с перерывами, с контролем. Я прочитала не одну книгу. Знала теорию. Теперь пришло время практики.

Напряжение разливалось под кожей, превращая мышцы в камень. Кровь бурлила, как лава. Грудь распирало, энергия металась внутри, будто зверь в клетке. В ушах стоял гул — глухой, настойчивый, как прибой перед бурей.

Я задыхалась. Крик рвался из горла — оглушительный, полный боли. Но я не позволяла ему обрести свободу. Не хотела, чтобы кто-то услышал. Ни мужчины. Ни Лираэль. Никто не должен знать, чем я занимаюсь.

«Больно… Как же больно!» — мысленно стонала я.

Пальцы впились в ладони, ногти вонзились в плоть. Но я держалась. Упрямо.

Каждая клеточка тела кричала. В меня будто вонзали раскалённые штыри. Я горела заживо, чувствуя, как организм едва справляется с тем, что сама же