Киллер. Никому не отдам - Калерия Гумерова

— Рари, ты купишь мне краски? — отложив карандаш, неожиданно спрашивает она.

— Куплю, — киваю, пялясь на экран, делая вид, что, сука, работаю.

Уже полчаса пытаюсь прочитать одно и то же письмо с отчётом по перемещениям Карамзанова. За ним следили мои бойцы и докладывали о каждой мелочи.

Я знал его график, ближайшее окружение, что пьёт и ест, когда идёт в туалет! Всё до мельчайших подробностей. Мне нужны его слабые места, потихоньку составлял список и первым пунктом, как оказалось, стал его питомец Тиша. Ни любимая женщина, ни семья, а, б…ь, обезьянка, которую он кормил из бутылочки и одевал в памперсы для младенцев!

Переключаю взгляд на Эсфи. Эта невинная принцесса точно меня хочет соблазнить! Другой причины у меня просто нет. Её грудь вот-вот выпрыгнет из этого тесного куска ткани, как и мой стояк из трусов, прорвав их нах…

В задницу эту работу!

— И мольберт? — зажав между зубами кисточку, наклоняется вперёд, чтобы поднять с пола разбросанные листочки.

— И его тоже, — нажимаю на кнопку выключения ноутбука и сглатываю, не отрывая глаз от её неприличного выреза.

Надо будет сказать Эстер, что теперь я лично буду одобрять их заказы в онлайн-магазине. Психиатрша намерена опустошить карточку Сатана и, видимо, свести меня с ума, раз подбирает жене такие наряды!

— Я хочу сейчас, — надувает моё розовое счастье губки. — Ты ещё занят?

— Я тоже хочу сейчас… — хриплю, раскидывая ноги пошире, чтобы освободить место для яиц, которые вот-вот взорвутся от недотраха.

— Что? — переспрашивает, хлопая своими длинными ресничками.

Нет, Эсфи не такая, она определённо не может хотеть меня соблазнить. В её розовой голове такая мысль точно не проскочит. Во всём виновата…

Закрываю ноутбук и смотрю на неё в открытую.

— Для тебя я всегда свободен, оленёнок! — беру в руки брелок с ключами и нажимаю на кнопку, чтобы завести машину. — Поехали?

— Правда? — её голубые глазки засияли от услышанного.

Я ограничивал её в перемещении. Эсфи выходила за пределы клуба только со мной. Никому я не мог доверить её безопасность, кроме Сатана и Арсения, но один всё без ума бегает за женщиной, а второй депрессует. Сам отправлял меня к Эстер, а теперь её избегает, лишь бы не говорить с женщиной о своей проблеме. Что с Арсом происходит — ума не приложу! Такое впервые! Он никогда не жалуется на свои проблемы и нагрузку, но вечно беспокоится обо всех остальных.

— Только если ты переоденешься в более… — пытаюсь сформулировать так, чтобы её не обидеть. — удобную одежду.

Она оглядывает себя.

— Но мне удобно.

А мне, б…ь, не удобно со стояком и двумя бубенцами, которые скоро посинеют от перенапряжения.

— Тебе не нравится моя новая одежда? — Эсфи поджимает губки от обиды.

— Нет, мне очень нравится. Одевай её только для меня, договорились?

— Ты не хочешь, чтобы меня видели в ней другие мужчины? — догадывается она.

Оленёнок медленно встаёт и подходит к моему креслу. Я поворачиваюсь к ней как заворожённый, пока походкой от бедра она поступью идёт ко мне.

— Не хочу.

— Ревнуешь? — она облокачивается коленом на сидение моего кресла меж раскинутых в разные стороны ног и кладёт руки на плечи, поднося свой бюст почти к моему носу.

— Да, б…ь, я ревную свою жену! — притягиваю её за талию и сажу на свои колени.

Эсфи ахает, но не отталкивает меня, напротив, обхватывает ещё сильнее руками. Низом живота ощущает мой стояк и сама начинает тереться о него.

— Эсфи… — пытаюсь остановить её, но она берёт мою голову и склоняет к своей груди.

— Поцелуй меня, Рагнар! Так, как ты делал это!

Вдохнув всего раз малиновый аромат, перемешавшийся с запахом её кожи, я уже не в силах противиться.

Подбородком оттягиваю проклятый топ и захватываю сосок в плен.

— Да, вот так! — стонет она, насаживаясь всё интенсивнее на мой стояк.

Ласкаю полушарие языком, руками сминаю её попку, помогая двигаться теснее. Ещё немного — и сам кончу от обычного трения через ткань!

— Малышка… — хриплю я ей в изгиб шеи, чувствуя, что уже на грани.

— Я люблю тебя!

Берёт моё лицо в свои руки и целует. Неумело, но так, что срывает рассудок! Боюсь снова сделать что-то не так, откидываюсь на кресло всей спиной назад и убираю руки, чтобы не навредить. Отвечаю на поцелуй и позволяю пользоваться своим телом для разрядки.

Дыхание всё чаще замирает, Эсфи делает ещё пару движений и кончает, постанывая мне в рот. Ловлю губами каждый звук и сам кайфую от её состояния.

— Рари, — шепчет она тихо, прижимаясь ко мне.

— Теперь нам надо в душ, олененок.

Она просто кивает.

Я поднимаюсь вместе с ней на руках и несу жену в комнату, оставляю в ванной, а сам иду в соседнюю пустую спальню в ледяной, сука, душ. Мы быстро собираемся и едем в торговый центр в центре города.

Учительница Эсфи порекомендовала его. В резиденции Коган у моей жены была целая мастерская для занятий, а в клубе не было ничего, чтобы заниматься искусством. Чтобы возобновить уроки в ближайшее время, я готовил для Эсфи отдельное пространство. Ремонт закончится только завтра, но купить все необходимое можно уже и сегодня. Завтра сделаю ей сюрприз.

Мой телефон начинает разрываться от сообщений, потом звонков, когда мы поднимаемся на нужный этаж.

— Эсфи, ты пока выбирай, я отойду на секунду, Илья тебе поможет.

Киваю бойцу, чтобы помог с выбранными товарами. Нас всегда охраняло пять человек. Илья всюду следовал за Эсфи, а остальные терялись в толпе, чтобы не привлекть много внимания.

Нахожу укромный уголок в канцелярском магазинчике и отвечаю на звонок.

— Да.

— Отец госпожи ломится в наш клуб.

— И?

— В этот раз он более убедителен.

— Касито, говори прямо.

— Андреа Коган угрожает подорвать наше здание, если мы не дадим увидеть его дочь.

— Он этого не сделает, — фыркаю я. — Ничего не делайте ему, просто ждите. Ему надоест, уедет.

Все это время я не позволял Андреа увидеть свою дочь. Загипсованная рука и сломанный нос не обрадовали бы мою жену.

Возвращаюсь к ней и нахожу заплаканной. Гневно смотрю на Илью.