Притворись моим женихом - Юлия Гетта

— Я с тобой, — тут же приободрившись, подорвался с кровати Саша.

— Нет! — выкрикнула я, как ошпаренная, выставив перед собой ладонь. — Вот этого не надо... Я пойду одна. А ты, — ткнула в сторону вундеркинда пальцем, — не выходи из комнаты, пока я не вернусь. Понятно?

Он склонил голову набок и улыбнулся так, будто всё, что я сказала, ему очень понравилось. Но вместе с тем и вызвало некоторое удивление.

— Как прикажешь, моя госпожа, — хрипловатым голосом выдал он, продолжая плотоядно улыбаться.

Я вспыхнула и пулей вылетела из спальни, плотно закрыв за собой дверь.

В ванную мне действительно надо было очень срочно. Но в прихожей я едва не споткнулась о гору набросанных там вещей и свой драгоценный букет.

В итоге я всё-таки подобрала с пола халат, накинула на себя. Заодно своим порванным и уже безнадёжно испорченным платьем вытерла ноги.

После этого быстренько повесила в шкаф шубку и Сашину куртку, а остатки платья вместе с чулками выбросила в урну в кухне под раковиной. Чувствовала себя вором, уничтожающим улики на месте преступления, но очень уж не хотелось, чтобы Саша догадался о степени моего позора, пока я ждала его к восьми вечера.

Потом я занялась букетом. Такому великолепию нельзя было позволить увять. Быстренько подрезала розам стебли кухонными ножницами, прикидывая, во что бы поставить такую красоту. Моя единственная имеющаяся в наличии ваза не вместила бы в себя и половины букета.

Пришлось притащить из ванной ведро, наполнить его ледяной водой до половины и поставить туда цветы, прямо на полу.

Сделав это, я снова залюбовалась свежими бутонами — какие же они были красивые! Не удержалась и опустилась на колени прямо перед ведром, зарылась лицом в нежные лепестки и с наслаждением вдохнула их тонкий аромат.

Всё-таки цветы дарят непередаваемые ощущения, особенно преподнесённые парнем, который безумно нравится. Даже если этот парень засранец, косячник, да ещё вдобавок молодой и безмозглый. И вообще порой бесит так, что хочется его прибить.

Но всё же сердце моё заходилось в безумно нежном трепете, стоило подумать о Саше и о том, что он сейчас находится в моей спальне и послушно выполняет мою просьбу не выходить оттуда, пока я не вернусь.

Было забавно и в то же время волнующе чувствовать свою власть над ним. Пусть даже я понимала, что эта власть работает только до тех пор, пока он сам того хочет.

И всё-таки вундеркинд был засранцем.

А я — полной дурой, которая рядом с ним теряла способность трезво мыслить.

Как же я умудрилась забыть о контрацепции, чёрт побери?

Ну конечно, у меня имелось оправдание, ведь до встречи с вундеркиндом я не занималась сексом уже целую вечность. И всё же, я не какая-то безмозглая малолетка, чтобы недооценивать важность защиты. Нужно было думать головой. Вот только как раз в этом и заключалась проблема. Стоило Саше начать меня целовать, как все мыслительные процессы в моей голове отключались.

Ох, ладно, со мной всё было понятно. Но Саша-то?

Наверняка вундеркинд занимался сексом куда чаще меня!

Он что же, со всеми так не предохраняется?

Невольно вспомнилась эта его Вика, и меня едва не передёрнуло.

Неужели Саша и правда такой беспечный? Похоже на то. Ну ни за что не поверю я, что он точно так же потерял от меня голову, как я от него!

Это, конечно, расстраивало меня даже похуже его четырёхчасового опоздания на нашу встречу.

Если непунктуальность всего лишь била по моему самолюбию, то подобная безответственность уже всерьёз угрожала моему здоровью.

Ужасно не хотелось думать, что Саша мог оказаться чем-то болен. Но откуда мне было знать, какую половую жизнь он ведёт?

Эти мысли стремительно ухудшали моё настроение, вызывая нервозность. И я отогнала их на время, снова вдохнув аромат цветов. Розы были потрясающие. Но мне всё ещё нужно было принять душ, и усилием воли я заставила себя подняться с пола.

Быстро ополоснувшись под горячими струями, я смыла с лица остатки размазанной туши, вытерлась, надела белый махровый халат и отправилась обратно к Саше.

Он послушно выполнил мою просьбу и из спальни не выходил.

Я вдруг снова поймала себя на каком-то бешеном волнении, когда открыла дверь и шагнула в тёмное пространство комнаты.

Хотя теперь здесь уже не было так темно — Саша включил торшер на моей прикроватной тумбочке. А ещё совершенно по-хозяйски развалился на кровати, откинувшись спиной на изголовье. Хорошо хоть прикрыл одеялом своё достоинство, а то бы я совсем, наверное, смутилось.

Но волнение быстро прошло, стоило мне понять, что вундеркинд времени даром не терял, пока я отсутствовала. Этот негодяй даже особо не ждал меня, а преспокойненько переписывался с кем-то в своём телефоне!

Мне почему-то стало ужасно неприятно.

С таким трудом сохранённое мною хорошее настроение теперь было безнадёжно испорчено.

Саша даже не оторвал взгляд от своего телефона при моём возвращении, так был сосредоточен на переписке!

Мелькнула мысль, что, может быть, там срочный вопрос по работе, но я тут же отмела её — ну не та у вундеркинда профессия, чтобы требовалось решать какие-то вопросы ночью!

Да ещё и после четырёхчасового опоздания.

В конце концов, где он был?!

Что такого важного у него случилось, что он не помчался ко мне сразу же на всех парусах, как только закончил работу? Особенно учитывая его заверения, как якобы долго он этого ждал.

Я-то вот всё бросила, даже до конца рабочего дня не высидела, полетела собираться на свидание!

Снова стало ужасно обидно. Аж заклокотало всё внутри!

Вспомнила в красках, как четыре часа назад носилась по холоду, искала гадёныша, как потом ещё навернулась возле крыльца. Даже ушибленное колено опять заныло от этих мыслей. Я машинально наклонилась и потёрла его рукой.

Саша наконец соизволил закончить свою переписку, положил телефон на тумбочку и посмотрел на меня, растянув губы в знакомой порочной ухмылке.

А я подскочила и отошла к окну, выставив вперёд руки.

— Зачем ты надела этот халат? — поинтересовался вундеркинд. — Ходи лучше голой.

— Может, тебе карандаш дать? — спросила я, вспомнив старый школьный прикол.

— Зачем? — не понял он.

— Губу чтобы закатал, — победно пояснила я, сложив руки на груди.

Он хмыкнул и широко улыбнулся, явно заценив шутку.

А потом встал и тараном пошёл на меня, заставив тут же растерять всю уверенность и позорно попятиться к двери.

Глава