Ее ошибка - Лена Бонд

– Давай еще раз, – терпеливо произносит Руслан. – Медленнее.

Со второй попытки у меня получается тронуться с места. Я медленно еду по прямой, чувствуя, как мощный мотор вибрирует подо мной. Потрясающее ощущение – свобода и страх вперемешку. Это кардинально отличается от предыдущей поездки. Сейчас я контролирую все сама. И кажется, у меня даже что-то получается!

– Ты молодец! – говорит Руслан, когда я делаю небольшой круг и возвращаюсь к нему. – Да у тебя талант!

Я смеюсь, снимая шлем. Мои волосы растрепались, а щеки горят от возбуждения.

– Это было потрясающе!

Руслан смотрит на меня с таким восхищением, что мое сердце пропускает удар.

– Ты потрясающая, – тихо говорит он, помогая мне слезть с байка.

Внезапно с небес на землю падают крупные капли дождя, и через несколько секунд начинается сильный ливень, моментально промочив мою одежду.

– Вот черт! – Руслан хватает меня за руку и тянет к деревьям неподалеку. – Бежим!

Листья в этом году только стали распускаться, поэтому мы укрываемся под густыми еловыми ветвями, но это мало помогает – дождь такой сильный, что вода протекает сквозь ветки.

Меня немного потряхивает, то ли от холода, то ли от волнения, и Руслан замечает это. Он молча расстегивает свою кожанку, снимает с меня промокшую ветровку и притягивает меня к себе, укрывая нас обоих своей курткой.

– Так теплее? – спрашивает он, обнимая меня.

Я прижимаюсь к его груди, чувствуя жар его тела сквозь футболку. Его сердце бьется быстро и ровно, а руки обнимают меня с такой нежностью, что хочется плакать от счастья.

– Да, – шепчу я, поднимая лицо к нему. – Намного.

– Уже поздно. Я вызову тебе такси, чтобы ты поехала домой.

– А ты? – спрашиваю я. – Ты поедешь со мной?

Он качает головой.

– Не могу бросить байк. Подожду немного или поеду под дождем.

Я смотрю на ливень, хлеставший по земле. Дорога быстро превратилась в реку, видимость сейчас почти нулевая. Мысль о том, что Руслан поедет на мотоцикле в таких условиях, заставляет меня похолодеть.

– Нет, это слишком опасно. Я останусь с тобой, – уверенно произношу я.

– Аня, твоя мама…

– Я позвоню ей, – я достаю телефон, но, вспомнив наш утренний разговор и мои обещания вернуться пораньше, неуверенно опускаю руку. – Она была дома, когда я пришла сегодня утром. Теперь она знает, что я не ночевала дома.

Руслан хмурится.

– Она знает, что ты была со мной?

– Знает… – вздыхаю я. – И если честно, она не в восторге от этого.

– Из-за того, что случилось со Стасом? – его голос становится жестче.

Я киваю.

– Она сказала, что ты неуравновешенный и опасный, – я смотрю на его разбитое лицо, следы недавнего боя. – Она бы так не думала, если бы знала правду о Стасе.

– Так расскажи ей.

– Не могу, Руслан… Правда, не могу, – я качаю головой. – Не могу с ней так поступить.

В этот момент звонит мой телефон. Мама. Я вздыхаю и нажимаю на кнопку приема вызова.

– Аня, где ты? – ее голос звучит напряженно. – Уже первый час ночи!

– Мам, все хорошо, я с Русланом… – отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. – Мы попали под ливень и ждем, пока он закончится. Потом он сразу отвезет меня домой, обещаю.

Повисла пауза, а затем я слышу сухое:

– Жду тебя.

Она вешает трубку, и я чувствую, как внутри все сжимается от ее холодного тона.

– Проблемы? – спрашивает Руслан, видя мое выражение лица.

– Она злится, – вздыхаю я. – И я ее понимаю. Я бы, наверно, тоже злилась на ее месте.

– Слушай, может, мне поговорить с твоей мамой? Объяснить, что ты со мной в безопасности.

Я испуганно смотрю на него.

– Нет, не надо! – вырывается у меня. – То есть… не сейчас. Я сама со всем разберусь. Ей просто нужно дать время привыкнуть.

Мы стоим под деревом, все так же обнявшись под его курткой, и молчим. Дождь не прекращается, барабаня по веткам над нашими головами. Я поднимаю взгляд на Руслана – на его разбитую бровь, синяк под глазом, ссадину на скуле – и решаюсь спросить о том, что меня тревожит.

– Что случилось на бое? – тихо произношу я. – Почему у тебя так сильно разбито лицо?

Он отводит взгляд.

– Ничего особенного. Обычное дело.

– Ты правда уезжал в другой город?

Руслан тяжело вздыхает, словно не хочет говорить об этом.

– Да, был в Новосибирске. С Вадимом, – он замолкает на мгновение. – Он поднялся, сам больше не дерется. Объединился с нужными людьми, теперь занимается организацией подпольных боев.

Я чувствую, как что-то холодное разливается внутри. Я искренне надеялась, что Вадим своим примером поможет ему выйти из этого круга, а оказалось, что наоборот.

– Ты проиграл? – с горечью спрашиваю я, глядя на его травмы.

Руслан усмехается, но в его улыбке нет радости.

– Я не проигрываю, малышка. Поэтому я им и нужен. Хотя, не спорю, соперник оказался крепким.

Я опускаю голову, чувствуя, как нарастает тревога. Руслан замечает это и приподнимает мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.

– Эй, не думай об этом, – мягко произносит он. – Я знаю, что делаю, и получаю за это большие деньги… В нашем городе в двадцать лет столько нигде не заработать.

– Но это опасно…

– Это ненадолго, маленькая, – перебивает он. – Ты же знаешь, что я хочу открыть свою спортшколу. Это дорого стоит, – он замолкает. – Я помогаю отцу. А еще мне нужно думать о своем жилье, – он нежно целует меня в кончик носа. – Не волнуйся, все будет хорошо.

Я киваю, но тревога не отпускает меня. Я представляю его на ринге, под ударами соперника, истекающего кровью. И ради чего? Денег? Легкими эти деньги точно никак нельзя назвать.

Видя мое настроение, Руслан решает сменить тему.

– Кстати, а ты почему не говоришь, что у тебя день рождения через неделю?

Я удивленно поднимаю на него глаза.

– Откуда ты знаешь?

– Дата рождения «15 мая» стоит у тебя в социальной сети, – он улыбается. – Как ты обычно празднуешь?

Я пожимаю плечами.

– Ничего особенного. Мама готовит торт, мы накрываем стол, празднуем семьей. Стас обычно быстро пьет чай и уходит, а мы с мамой сидим, болтаем.

– А друзья? – спрашивает Руслан.

– У меня их нет, – признаюсь я. – Я всегда была сама по себе. Ни с кем не конфликтовала, но и не дружила.

Руслан задумчиво смотрит на меня.

– А что насчет восемнадцатилетия? Это же важная дата.

Я опускаю глаза.

– У меня стоит рабочая смена в этот день.

Руслан хмурится, но ничего не говорит на этот счет. Вместо этого он крепче прижимает меня к себе и целует в макушку.