Заступница - Владарг Дельсат

малышки снова расцветает улыбка. Какая она у меня красивая, милая, очень хорошая моя девочка… Кажется, я сюсюкать начинаю, но удержаться просто невозможно. Я и сама ещё ребёнок, но в эти минуты становлюсь кем-то другим… Мамой? Очень надеюсь стать именно мамой, такой же, как моя…

Искусственное питание тут известно, оказывается. Мне об этом рассказывает мамочка, пока мы идём к наконец доехавшей до больницы карете. Надо же, я даже не подумала о том, что с ней сталось. А ещё вопрос, конечно, как мы оказались сначала во дворце, а потом и здесь, но, думаю, однажды я это узнаю, а сейчас весь мой мир — эта малышка, любимый и родители. Папа уже полностью осознал, что он папа, это видно по тому, как он себя ведёт, правда, тот факт, что он уже и дедушка, до него пока не дошёл.

Мы усаживаемся в карету, при этом любимый меня страхует, помогая, а я просто счастлива. Мне доченьку вернули! Пусть я и сама сейчас всего лишь ребёнок, но этого просто не объяснить словами. Сейчас, пожалуй, старый страх полностью исчез. Я это осознаю, садясь в карету, ведь возле неё два стражника, которых я совсем не пугаюсь. Значит, я излечилась от страха?

Мы едем домой, а Ладушка засыпает в моих руках. И это такое чудо — просто не объяснить, не рассказать, нет у меня таких слов, чтобы это описать. Я такая счастливая! Доченька, моё нерождённое дитя, убитое страшным зверем, вернулась ко мне. Прорвалась сквозь миры к мамочке. Чуть не погибла ещё раз, но пробилась, и хоть была спрятана, но я почувствовала её.

— А как со школой будет? — интересуется любимый.

— Вам до школы минимум полгода, — объясняет папа. — Малышка подрастёт, сможет недолго обходиться без своей мамы. Вот так и будет со школой.

— То есть будем ходить в школу, — объясняет мне Стас, — а потом быстро бежать домой к нашему солнышку, понимаешь?

— Да-а-а-а, — тяну я, улыбаясь.

Действительно, всё просто. Ладушка моя подрастёт, будет с бабушкой играть, а мама учиться станет. Хорошая новость, потому что учиться мне всё-таки нужно. Но сегодня я какая-то слишком потерянная и одновременно с этим счастливая, поэтому очень плохо соображаю. День получился каким-то сложным и очень долгим. Поэтому сейчас надо покормить моё солнышко, а потом можно будет и самой отдохнуть. Самое главное сейчас — покормить Ладушку, устроить её… Ой!

— Мамочка, а у нас кроватки же нет! — вспоминаю я.

— Ну как так «нет»? — улыбается она мне. — Твоя ещё люлька осталась, да и кроватка… Никто их не выбрасывал.

— Ура! — тихо, чтобы не разбудить ребёнка, радуюсь я.

Кажется, я меняюсь, становлюсь спокойнее, просто сама чувствую изменения в себе. Сейчас-то я ещё, конечно, дёрганая, ведь и пары часов не прошло. А переход от умирающего котёнка к солнышку в моих руках оказался таким резким, что я просто не успела приспособиться, отчего мне хочется то ли плакать, то ли смеяться. Но плакать нельзя. Увидит Ладушка, как мама плачет, что будет? Ничего хорошего…

Вот и не надо плакать, значит. Мне теперь нужно учиться держать себя в руках, помня о том, что у меня ребёнок. Так подумать, сама же ещё… Странно мне немного от этого, а вот мамочка принимает всё спокойно, будто оно так и должно быть. Она у нас совершенно сказочная!

Личные ученики

Совершенно неожиданно оказывается, что меня будет учить Яга. Причём она к нам домой учить меня придёт! Подумав было, что малышку можно со Стасом на это время оставить, я уже обрадовалась, но тут опять «внезапно» обнаруживается, что у любимого тоже свой учитель — Кощей. Сам Кощей Бессмертный будет лично чему-то моего любимого учить, но так как мы с ним неразделимы, то у легендарных наших будет проблема — обоих учить придётся.

— А чему нас учить будут? — интересуюсь я у донёсшей до нас эту весть мамы, привычно уже покачивая колыбель, в которой мирно сопит Ладушка.

Не дай Макошь её разбудить… Не только потому, что я очень люблю свою доченьку. Голосочком её не обидели, буквально оглушает рёвом, так что спит — и ладно, потом проснётся, и покормим. Молочко для неё волшебное, сказочное, нам домой присылают в бутылочках, а скоро уже и прикорм вводить будем, по науке, значит, чтобы росла довольная и румяная. А плакать не нужно, совсем никому не нужно, чтобы Ладушка моя плакала.

Она и звуки издаёт, а мы все пытаемся их интерпретировать, хотя дело это гиблое. Что нам хочет Ладушка сказать, никто точно не знает. Но я её люблю, и Стас тоже, ну и родители наши, конечно же. Доченька моя с колдовскими глазками очень любит на руках своих мамы или папы обретаться, а лучше обоих сразу, и очень сильно возражает, если кто другой взять пытается. Мамочка говорит, что она вся в меня, потому что я в детстве такая же была.

Вот Ладушка у нас просыпается, теперь в правильный момент втыкаем бутылочку, отчего доченька задумывается ненадолго, но начинает кушать, причмокивая. Значит, всё я правильно угадала. Ей от роду совсем немного недель, поэтому она у нас больше спит, ест и пелёнки загрязняет. Но с пелёнками мамочка решила — они самоочищающиеся.

Как всё поменялось вдруг, на самом-то деле. Ещё недавно я не ходила и дрожала от всего на свете, а сейчас я уже чуть ли не бегаю. И доченька. Как узнать, не сон ли это? Боюсь проснуться, а там… Даже не знаю что. Стас всё чувствует и обнимает меня, отчего на душе становится полегче.

— А вот мы с маленькой поиграем, — да, доченька проснулась, надо поиграть, помассировать, потом и на улицу пойдём, ведь свежий воздух для неё очень важен. И солнышко тоже, потому что витамин Д, так доктор Варя говорит.

Оберег у Ладушки моей на шее висит, на всякий случай. Если что, лекари сюда очень быстро прибудут, но я думаю, всё и так ладно будет, потому что с Ладушкой ничего случиться не может. Сегодня, кстати, Кощей обещал прибыть, надо подготовиться к его визиту.

— Ты куда? — интересуется мамочка, видя, что я вскочила.

— Кощей же… Готовиться же… — объясняю я, но она только вздыхает.

— Все уже сготовлено, не нервничай, — говорит мне мамочка, на что я выдыхаю, обняв её.

— Спасибо… — шепчу ей.

Мамочка самая лучшая, самая понимающая, самая-самая, и с такой мамой, да и с папой, я себя чувствую защищённой и очень любимой девочкой. Как, надеюсь, и наша доченька