История глупых совпадений… - Дара Бояринова

– Спорьте сколько хотите, но на сегодня с меня хватит, – сказала я, поднимаясь со стула.

Взгляд зацепился за фальшивые карты, лежащие на столе одна на другой. Свет лампы ярким пятном высветил часть карты, лежащей под первой картой… а что если…

– Клин, смотри. На первой карте есть прокол. А на второй есть?

– Да, но они не совпадают…

– Так, я пойду, ребята, мне нужно позвонить Докери, – поднялся Энди.

– Я с тобой, мне уже надоело тут. Хочу спать. К тому же у меня есть собственная каюта, – вспорхнул на плечо Энди Сизи. – Сами тут разбирайтесь.

– Отлично, ну раз вы не будете больше работать с дневниками, то я заберу шкатулку, и мы уходим.

– Да–да, идите… – рассматривая карты на свет, сказала я. – Клин, возьми–ка лампу и стань вот тут.

Сложив карты одну на другую, я поднесла их к лучу света лампы.

– Что пытаешься найти?

– В дневниках, как и сказал Докери, упоминался механизм, а он должен нам что–то показать. Но мы уже проверяли на картах, на всех, но по одной. Я тут подумала… а если их сложить… и совместить по местам проколов… та–а–ак… карта первого форзаца на карту второго форзаца…

– Но эти карты, они все разные… разных мест…

– Вот именно, возможно, это как мозаика, ну знаешь как детские цветовые мозаики, нужно положить один цвет на другой – получишь третий.

– Но тогда… тогда получается… ничего не получается.

– Нет, ты не прав… получается… смотри, я совместила проколы на просвет… держи ровнее… и получается… хм–м… ерунда получается…

– Дай–ка я посмотрю, подержи ты. Хотя нет, сделаем по–другому.

Положив лампу на стол, Клин поставил по бокам от неё две толстых книги, а сверху положил тонкое стекло вынув его из фоторамки с изображением яхты. И получился миниатюрный стол со стеклянной поверхностью. Аккуратно уложив карты на импровизированную столешницу, Клин начал подгонять проколы на просвет.

– Смотри, у нас наложились координаты… но они странные…

– Сложи их.

– Но тогда это получится просто набор цифр…

– Нет, не просто, ты сам говорил, что механизм использовали в навигации, а что, если это зашифрованные координаты?

– Так, нужно попробовать ввести эти цифры в механизм, – взяв механизм Клин начал выставлять шестерни согласно полученным цифрам. Скрежет и тихие щелчки в полной тишине, я даже дыхание затаила…

– Та–а–ак, – выдохнул Клин. – У нас есть новые координаты… только чего?

– Возможно старые карты на форзацах нам скажут?

– Точно!

Я оказалась права, карты на форзацах показали нам две точки. Два острова. И один из них необитаем…

– Это невероятно! Столько лет! И вот! – воскликнул Клин. – У нас есть реальный шанс найти гробницу эльфийского князя! И всё благодаря тебе! Невероятно! – продолжал восхищаться он. – Ты невероятная! Ты самая невероятная и прекрасная женщина во всех мирах! Я без ума от тебя! – и впился в мои губы сумасшедшим поцелуем.

Одновременно почувствовать себя счастливым фейерверком с подкашивающимися коленками, и взлетевшим от переполняющих тебя пузырьков нежности воздушным шариком, было ново… Определённо, Клин Грасс умеет целовать женщин.

* * *

Для кого–то блаженство – это золото, деньги, для кого–то – мысль, что он особенный, не как все, для кого–то – секс или еда, а для кого–то – власть над миром и людьми… И все это имеет место быть и имеет право на существование… но не для меня и не сегодня. Сейчас я блаженствовала. Морское путешествие, водная прогулка… Кто же об этом не мечтает? Мечты должны сбываться. И мечтами нужно наслаждаться. Особенно если ты лежишь в шезлонге на палубе шикарной яхты и попиваешь коктейль. На горизонте великолепный пейзаж, восхищающий своей первозданной красотой, высокие горы, достающие вершинами до облаков, розовато–кремовые вечерние закатные облака, лёгкие и нежные, бирюзовая прозрачная морская вода бухты, сквозь неё видны проплывающие мимо рыбки, пальмы и другие экзотические растения, сладкоголосое пение птиц. Блаженство.

– Расслабляешься? – раздался голос Клина над головой.

– Ну, мне кажется, имею права.

– Ну конечно имеешь, но если ты помнишь…

– Доктор Грасс, я помню, что именно я разгадала тайну карт и вычислила место…

– Предположительное место…

– Пф… у вас и этого не было. Клин, что ты хочешь?

– Я хочу поговорить. О нас.

– Нет никаких нас. Мы просто поцеловались. И всё. Клин, мы взрослые люди. Иногда такое бывает. Это просто поцелуй. Я не сержусь на тебя. Ты не сдержался. Такое открытие и всё такое…

– Ну раз так… – потёр висок Клин. – Тогда у нас всё хорошо?

– Ну, конечно. У нас всё хорошо. Иди к ребятам, а то опять появится кто–нибудь из команды, и я вынуждена буду щебетать в стиле Мари Фарго, а мне это надело. Всё иди. Не мешай, – махнула я рукой и продолжила любоваться прекрасным видом.

* * *

Магия. Когда–то давно, её было чрезвычайно много в нашем мире. Он был пронизан магией. Буквально пропитан ею. Постепенно, её становилось меньше, и меньше, и меньше… начали появляться гости из других миров, неся искры, с их появлением наш мир начал неуловимо меняться… Однажды одна из девушек–попаданок мне рассказала, как она представляла магический мир. Это прекрасное место, где все обладают чарами, и вокруг, конечно же, всеобщее благополучие, цветущие сады и зеленые нивы, и богатые урожаи, и богатые города. Возможно, где–то и существуют такие миры, но наш мир определённо был другим. Вернее, стал другим. После ухода Драконов. Магия стала возвращаться в наш мир с появлением попаданцем. Но, магически одарённых стало рождаться меньше… Расы нашего мира научились жить с теми крохами магии, что остались. Научились распределять их. Делать амулеты, накопители, артефакты. Маги, владеющие сырой силой, научились частично отдавать её. Маги сильны, очень сильны, но их, вернее нас, всё равно очень мало. После закона о сохранении магических растений и животных, маги стали улучшать свойства обычных лекарственных растений и животных, делать из обычных вещей магические. Наш мир шагнул в развитии. Некоторые попаданцы действительно приносили в наш мир очень интересные и невероятные знания и навыки помогающие развиваться технологиям. В какой момент наш мир стал техномагическим, что неизбежно, ибо магия шла рука об руку с