Загадка для ректора - София Руд

Вот, правильно. Пусть идет к невесте! Так и надо! Так и должно быть!

За мыслями не замечаю, как добираюсь до лазарета. Красивая женщина с пышной грудью увлеченно заполняет журнал, не замечая ничего вокруг.

Не хочется ее прерывать, но нужно. Не ради зелья, которое пить я точно не буду, а ради бумаг, что велел принести ректор.

Однако лекарь решает сначала исследовать меня с ног до головы.

— Ох, бедная девочка, — причитает она. — Надышалась ты гадости знатно, но ничего, это мы быстро исправим. А вот слухи, это, конечно, проблема.

— Слухи? — пугаюсь.

Неужели эти ведьмы так все растрепали, что уже каждый в академии знает?

— Это ведь тебе беременность приписывают, не так ли? — Качает она головой, а я покрываюсь красными пятнами. Уверена, что все не так, но все же…. — И не стыдно им клеветать на невинную девушку.

— Что? — теряюсь я, а следом и лекарь.

— Что такое?

О боги! Ну и как мне спросить, не умерев от стыда?

— Простите. А как вы… определили? — краснею до кончиков ушей, пока произношу эти слова, а женщина смеется.

— По ауре, солнышко. Ну чего ты засмущалась? Это обычный разговор двух девушек. В этой теме нет ничего зазорного. Ты чиста, как первый снег. Так что, если пожелаешь, напиши докладную за сплетни, чтобы злым языкам неповадно было. Ух, как я такие вещи не люблю, — мотает головой она, а затем тянется к шкафчику со склянками самых разных цветов.

Берет ту, что мне уже хорошо знакома.

— Выпейте нейтрализатор, и тошнота пройдет, — откупоривает она зелье и тянет его мне, вот только пить я это не буду.

Ибо потом опять придется кабинет спалить, чтобы запечатать все метки на теле.

— Спасибо. Я чуть позже. Сейчас сильно тошнит, — отзываюсь и надеюсь, что она не заставит меня пить на глазах.

Нет. Возвращает крышку на место.

Ну хоть в этом боги на моей стороне. Забираю пузырек и документы, предназначенные ректору, и иду обратно.

Стоит мелькнуть в голове мысли, что Сьюзи может быть там, как замедляю шаг. Но при всей моей черепашьей скорости, я оказываюсь у порога, который всеми фибрами души не хочу сейчас переступать.

А надо.

Набираю в грудь побольше воздуха, который от чего-то кажется горьким, и толкаю дверь. В приемной никого. Из кабинета звуков тоже не слышно.

Полог тишины? Нет. Пусто?

Осторожно дергаю дверную ручку, надеясь, что заперто, а значит, ректора нет, но дверь открывается.

— Ой! — выдаю я, испугавшись, что ввалилась без стука, но кабинет пуст.

Это что же получается, ректор забыл печать наложить? Ну а как бы я еще сюда попала?

Хотя, он ведь говорил занести документы в кабинет, может, потому и не запер его? Какая разница.

Оставлю бумаги и уйду!

Или рассмотрю все спокойно на наличие какого-нибудь сейфа. Вряд ли, флейта здесь, но чем гоблины не шутят. Вот бы взять ее сейчас и исчезнуть!

К радости от мысли о свободе примешивается горечь. Я не хочу получать свою жизнь такой ценой. И плевать, что ректор бабник, и дело даже не в разбитом сердце. Дело в совести.

Что б ее гоблины съели, пока она не съела меня!

Опускаю документы на стол, и тут замечаю отчет. По моему котелку!

Сердце подпрыгивает и тут же падает в пятки. Что? Что тут написано?

Примеси, основные ингредиенты — список не точный. Метод приготовления – кипение. Это все не то. Вот!

“Точно определить, какое зелье было приготовлено, не представляется возможным из-за использования нейтрализаторов. Могу предположить, что….” А дальше уже не важно. Тут целый список на абзац.

С облегчением выдыхаю и собираюсь вернуть документ на место, как взгляд цепляется за… флейту? Ту самую флейту?!

Да-да! Это она. Хоть фото и старое, я ее все равно ее узнаю.

Та самая флейта!

И зачем ректор оставил на столе эти вырезки из газет?

“Утеряна фамильная драгоценность” — так называется статья, а дальше текст выгоревшей краской:

“Имена героев мы не вправе называть, но ваш покорный слуга невообразимо рад сообщить вам, что доблестные, тайные инквизиторы Его Величества всё-таки смогли арестовать опаснейшего злодея, промышлявшего гнустностями на чёрном рынке. Им оказался небезызвестный некромант Торос Ларго.

Все изъятые у него зелья, артефакты и прочие опасные предметы по приказу нашего милостивого короля были уничтожены. Не найденной осталась лишь флейта, которая не представляет собой никакой угрозы. Как заявляет глава инквизиции господин А., эта флейта не обладает магическим запасом, зато является фамильной реликвией казненного преступника”....

Ого!

Это что же получается? Флейта, которую я ищу вовсе никакой не артефакт? Она кому-то сдалась только потому, что была фамильной драгоценностью какого-то злодея?

Так, не нравится мне все это. Да и кто такой этот Торос Ларго? Что связывает моего Хозяина с ним?

А, может, в статье не вся правда? Может быть, она написана только для отвода глаз, ведь, флейта на самом деле никуда не исчезла, она у ректора! И за ней сейчас идёт охота.

Мда…

Мне не стоит верить всему, что написано. Нужно копнуть глубже. Ведь, если я пойму ценность этой флейты, то будет проще решить, как действовать дальше.

— Вивьен? — я слышу голос, и тут же моментально возвращаю документы на место.

Ректор стоит в дверях, и мне страшно от мысли, что он увидел, чем я тут занималась.

— Господин ректор, я принесла вам документы, как вы просили, и оставила их на столе, — мямлю так невнятно и нервно, что сдаю себя с потрохами. Нужно взять себя в руки. — Прошу прощения, что зашла в кабинет без вашего разрешения, но насколько я помню, именно так вы мне велели сделать.

Ректор соизмеряет меня внимательным взглядом, а затем смотрит на стол.

Я, ведь, не привлекла лишнее внимание? Или он все понял?

А, может, он специально все это здесь оставил?

Ой, не нравится мне это.

— Ты всё сделала правильно, Вивьен. — выдает ректор, возвращаясь к своему обычному состоянию, но легче мне не становится.

С ним вообще не может быть просто, когда мы вдвоем в одном помещении.

— Лекарь дал тебе нейтрализатор?

— Да, спасибо, чувствую себя гораздо лучше.

И вновь недоверие в его взгляде. А ещё недавно сам просил меня ему доверять. Разбежалась!

Мы по разные стороны. И эта игра становится опаснее.

— Если у вас