Загадка для ректора - София Руд

— Ну! — она открывает глаза так резко, что все вздрагивают.

— С кого начнем? — окидывает толпу пронзительным взглядом, и останавливает черные, как два уголька, глаза на мне. По телу ползут мурашки. — С тебя.

Она манит меня пальцами, наполовину испачканными золой, а я каждой клеточкой кожи ощущаю ее мощь. Сильная ведьма. А, может, сильнейшая из всех, кого я встречала, и это опасно.

У меня есть вопрос, который я хотела бы ей задать, но сейчас кажется лучше уйти. Флейту найду сама.

— Ты не ищейка! — вдруг подскакивает она. — Ты искомое!

В мгновение оказывается рядом, при этом передвигаясь скорее, как зверь, а не как человек.

— Сокрытая истинная, — шепчет мне на ухо. — Как интересно….

Глава 19. Зачем они скрыли мою вязь?

— Что? — срывается шепот с моих губ, а Шамаша хищно скалится и опять манит за собой когтистыми пальцами, медленно подплывая к плотным льняным шторкам.

Сама не понимаю, зачем я следую за ней. Оказываюсь в другом маленьком шалаше, но женщину здесь не вижу.

Она исчезла? Как? Куда?

Нет. Секунда, и я уже каждой клеточкой тела ощущаю, что она стоит прямо за моей спиной. По коже волнами разбегаются мурашки от ее силы.

А звероподобный клокот, который вытекает из ее губ прямо у моего уха, нагоняет еще больше страха.

Не выдерживаю и мигом оборачиваюсь.

— Что вы там сказали? — нервничаю не на шутку. Голос дрожит. — Что значит, сокрытая истинная?

— То и значит, — морочит голову женщина, жестом веля мне сесть на одну из коричневых подушек, расшитых южным орнаментом.

Сама же опускается напротив, а я опять отмечаю, что все ее движения, все в ней будто нереальное, не человеческое.

— Он спас тебя однажды. — шипит она точно змея, не отводя от меня пронзительного взгляда. — Вязь начала проявляться, а враг запечатал.

Вязь? Она что-то путает. То, что начало тогда возникать, было печатью проданной. Хозяин кучу сил приложил, чтобы меня от нее защитить.

— Нет, деточка. — цокает она. Она, что, читает мои мысли?! — То была вязь истинной.

Что? Как такое возможно?

— А это уже второй вопрос. Боги велят мне отвечать лишь на один, — шипит женщина, затем щелкает пальцами, и шторки за моей спиной отворяются магией.

— Следующая душа! — гаркает Шамаша так резко, что я вздрагиваю.

Не успеваю опомниться, как меня уже пытается сдвинуть с места какая-то женщина. И я бы с ней поспорила, если бы не внушительный живот. Кто же беременной откажет?

Да и Шамаша вряд ли мне теперь еще хоть что-то скажет. Она четко дала понять, что со мной разговор окончен.

— Спасибо, — шепчу ей, и только хочу нырнуть меж шторок, как они плотно смыкаются прямо перед носом.

— Ты не в ту сторону бежишь. Опасная игра, опасные ставки. Откройся истинному, ибо без него и скоро сгинешь, — добавляет провидица, пугая меня еще больше, а затем, как ни в чем не бывало, переключается на беременную.

Я выхожу из шалаша как в трансе. Пытаюсь переварить все, что там услышала, но мысли разбегаются и путаются. Растерянным взглядом ищу выход из шалаша, невнятно отвечаю девочкам, что подожду.

Как хорошо, что им сейчас не до меня, они бьются за очередь. А я, наконец-то, выхожу наружу. Прохладный воздух остужает кожу и заставляет потереть плечи. Как-то зябко.

То ли от погоды, то ли от слов пугающей Шамаши.

Она словно ворвалась в мою душу, навела там новый порядок, и ушла, а я теперь разбирайся. Мысли путаются и стягиваются в тугие узлы.

Что значит: “Ты не в ту сторону бежишь”? Опасная игра, опасные ставки…. Это мне понятно. Это про флейту и ректора.

Ой! Неужели, она все это видела в моих мыслях? А если расскажет?

Странно, но чутье уверено, что нет. Мои тайны останутся тайнами. Даже несмотря на закон? Может быть, у провидиц тоже есть клятва перед богами, как у жрецов, слушающих исповеди? Буду надеяться.

Тогда следующий по списку, но первый по важности вопрос.

“Откройся истинному, ибо без него и скоро сгишень”.

Формулировка предельно ясна, но непонятно, кто этот истинный и где его искать? Я ведь толком то и не встречала мужчин, вот так чтобы ощутить, как нас сплетают нити богов. Единственный, кто заставляет всю мою суть пылать и изнемогать по себе, это ректор.

Но он точно не мой истинный. У него его Сьюзи. И на ее руке метка!

Тогда кто, гоблины дери?

Забавно, но ловлю себя на мысли, что все мое естество отвергает идею принадлежности кому-то, разве что уже чужому ректору. Но за такие мысли ты у меня, Вивьен, получишь!

Так, вернемся к главному.

Шамаша сказала, что вязь появилась намного раньше, но потом ее запечатали. Значит ли это, что тот единственный вензель, который мне представили меткой проданной, был началом проявления той вязи?

Да, выходит так. Значит, этот истинный появился еще тогда. О боги, кто он?! Торговец людьми? Бандит, укравший меня из повозки дяди? Или….

Я замираю, вспоминая свой сон.

А вдруг, это был не сон….?

— Вивьен. Вивьен! — не сразу слышу, что меня зовут.

Пока я стояла и копалась в себе, небо потемнело. Девчонки порядком устали и хотят вернуться в академию. Идем мы молча, каждая думает о своем. Да уж, не знаю, что им сказали, но помирать мне не хочется.

Опять мысли возвращаются к вязи. Хозяин знал, что это не печать? Он намеренно мне солгал, так ведь? Зачем?

На сердце скребут кошки. Мне нужны ответы. Срочно!

— Ой, гляди! — толкает Лейла Беатрис, и кивает в сторону ворот.

Невольно и я выныриваю из мыслей, чтобы узнать, что их так увлекло.

Точнее кто.

Вирг?

А это точно он?

Вот это вид! Вырядился под стать какому-нибудь лорду. К чему все это?

— Вивьен! — подзывает он меня, и девчонки тут же хихикают.

— Везет кому-то! Жених и дня без тебя прожить не может. — щебечут мне на ушко они.

Спасибо Коллин! В сотый раз!

— Я догоню. — заверяю подруг, а сама спешу к Виргу.

Как же хочется сейчас устроить ему допрос с пристрастием, но нельзя. Не стоит раскрывать карты. Не стоит говорить, что я знаю про обман.

Не здесь. Не сейчас. Потом. Атакой в лоб